Адриан буквально исчез. Но это не значит, что Сьюзен перестала думать о нем.
В последний раз они виделись две недели назад, перед его отъездом — ходили в ночной клуб вместе с Кэролайн, кузиной Сьюзен, и ее воздыхателем. Сьюзен возлагала большие надежды на тот вечер: на поиск платья, которое сочетало бы в себе соблазнительность и изысканность, ушла целая неделя. Сьюзен любила делать макияж и прическу сама, но в тот день даже пошла в салон — слишком нервничала и боялась от волнения что-нибудь испортить.
Бывает, что человек видит намеки даже там, где их нет, — если хочет. И пропустит мимо ушей то, что ему будет сказано открытым текстом, если так ему будет проще или он просто не ожидает этого услышать. Адриан намеков Сьюзен не понял: ни алое шелковое платье на тонких бретельках, ни соответствующая расстановка сил — он и Сьюзен и влюбленная пара — не навели его на определенные мысли, а если и навели, то он ничем их не выдал. Сьюзен не получила от него ни одного нескромного взгляда, и ритуальный поцелуй на прощание — прикосновение теплых губ к щеке — был так же быстр и беспечен, как всегда.
В тот вечер, точнее в ту ночь, Сьюзен узнала, что такое слезы досады.
Но весь опыт ее предыдущей жизни говорил, что, если она чего-то захочет, у нее это рано или поздно будет. Скорее рано. А если на этот раз рано не получается, то ничего страшного: исключение только подтверждает правило.
Поэтому она стерла перемешанную со слезами тушь со щек и решила, что ей, наверное, даже полезно будет потомиться еще несколько недель, пока Адриан не вернется из тетиного имения. И тогда она возьмется за него вплотную.
А теперь — этот звонок тети Маргарет, который поверг ее в состояние, близкое к отчаянию.
Ясно, что у Адриана появилась женщина.
Естественно, он не жил затворником, и время от времени Сьюзен, исполняя свой дружеский долг, оказывалась в роли поверенного лица во всех его связях. Связи были мимолетными, и у Сьюзен складывалось впечатление, что эти влюбленности не задевают самых глубоких струн его души, и это очень правильно, потому что струны эти звучат только для нее. Она ждала подходящего момента, чтобы вступить в игру.
Дождалась…
Нужно срочно что-то предпринять, но что?
Она даже не представляет, с какой соперницей придется бороться! Где-то в душе Сьюзен подозревала, что в Эшингтоне вряд ли обитают утонченные дивы и светские львицы, которые могли бы по-настоящему заинтересовать Адриана. Но кто знает, что у него за причуды. Может, ему внезапно пришло в голову приударить за какой-нибудь местной учительницей. Сьюзен не была настолько наивна, чтобы полагать, что Эшингтон до сих пор держится на сельском хозяйстве, но, кто и как там живет, она совершенно не представляла. Но школа-то, по меньшей мере, должна быть… Наверное.
Переливчатый писк телефона заставил ее подпрыгнуть, как ошпаренного котенка.
— Алло? — Ладонь, обхватившая пластиковую трубку, мгновенно взмокла.
— Привет, Сью! — Голос Адриана был бодр, но звучал немножко напряженно.
Возможно, так только кажется, потому что она давно его не слышала и отвыкла. Возможно, это он отвык от нее… Все равно сердце Сьюзен вздрогнуло и забилось быстро-быстро. Она так и не успела продумать план дальнейших действий…
— О, Эйд, привет! Ты совсем про меня забыл. — Она пошла по испытанному пути — изобразила обиженную девочку. И только потом ей в голову пришла здравая мысль: вряд ли перед мужчиной, которого хочешь заинтересовать, стоит разыгрывать маленького ребенка.
— Ну что ты, Сью. Просто я в последнее время сам не свой и не хотел тебя тревожить. Извини. Мне следовало позвонить раньше. Что у тебя стряслось?
— Стряслось?.. — Сьюзен соображала быстро. — Эйд… — Она коротко вздохнула. — Я не хочу говорить об этом по телефону.
— Сью, брось…
— У меня неприятности с отцом, — брякнула она первое, что пришло на ум.
— С отцом? — Адриан был удивлен и обеспокоен: он знал, какое важное место занимает отец в жизни Сьюзен. Он для нее почти бог. А если отношения с богом складываются не лучшим образом… — Сью, говори.
— Эйд, мне очень нужна твоя помощь!
— В чем?
— Отец хочет отправить меня на стажировку в Сидней. — Драматическая история складывалась сама собой.
Адриан молчал — видимо, соображал, чем же ей так плох Сидней.
Значит, перспектива разлуки его нисколько не волнует…
— И?.. — осторожно подтолкнул он ее.
— Эйд, это же почти на Южный полюс! Я не хочу! Я не могу! Я должна ехать в Нью-Йорк, у меня приглашение, это мой шанс…
— Ты говорила это отцу?
— Да.
— И что он?
— Назвал меня упрямой и недальновидной и сказал, что, если я не полечу в Сидней, он больше не будет со мной разговаривать. Он и сейчас со мной не разговаривает…
— Хочешь, я завтра позвоню ему? Сегодня поздно уже…
— Эйд! — Вполне натуральный всхлип: Сьюзен стало внезапно себя очень жалко. Просто так. Вжилась в предлагаемые обстоятельства, как говорят актеры. — Пожалуйста, приезжай… Может, тебе удастся его убедить.
Пауза.
— А ты уверена, что телефонным разговором не обойтись?
— Ты же его знаешь — если ход разговора его не устроит, он просто повесит трубку. Эйд, он тебя послушает, пожалуйста…
Снова пауза.
— Хорошо, Сью, я приеду.
— О, Эйд, ты самый лучший на свете друг! — Сьюзен плакала — на этот раз от радости и умиления. Все-таки недаром говорят, что адвокаты — это те же актеры, только в строгих костюмах и с жестко определенным амплуа.
— Может быть, завтра или послезавтра.
— Я буду очень-очень ждать. Вместе мы ведь прорвемся, правда?
— Конечно, правда! Выше нос. Думай о хорошем. И спокойной ночи.
— Спокойной ночи, Эйд… До встречи. Спасибо тебе.
Гудки в трубке.
Ладно, папу можно убедить подыграть — ему нравится Адриан, и он был бы не против, чтобы они со Сьюзен составили пару. Этим можно заняться прямо сейчас, все равно он еще не спит… Сьюзен припудрилась светлой пудрой, чтобы казаться бледнее — на папу это всегда действовало безотказно.
Вот только что дальше делать с Адрианом? Ладно, впереди целая ночь и половина дня как минимум. Достаточно времени для рождения тактического плана.
— Ну как там Сьюзен? — Это был первый вопрос тети Маргарет, когда Адриан спустился к завтраку. — У нее конфликт с отцом. Она хочет, чтобы я помог его уладить.
Тетя Маргарет кивнула, будто бы сочувственно. Адриану и в голову не пришло, что на самом деле это был кивок одобрения — молодец, девочка. Быстро сориентировалась.
— Она же твоя подруга. Думаю, она вправе рассчитывать на такую помощь.
