сельского хозяйства, обороны, здравоохранения, юстиции и прочая, прочая, прочая. Так вот, каждая из структур от имени монарха управляла вверенным ему аспектом жизни государства вполне себе самостоятельно, придерживаясь последнего монаршего указа. Такой режим правления делал саму роль монарха в мирное время чисто символической, а потому короли закрепили за собой ещё одну функцию: Верховный Аудит. Не знаю, как было раньше, но в этом поколении на ниве финансов не было более матёрого зубра, чем король Маркус. Он мог прийти в любое из министерств, любую даже частную компанию и проверить всю документацию по желанию, а вынесенный им вердикт имел статус закона. Так и жили.
А вот мне этим правом придётся пренебречь, по вполне понятным причинам. Но! Сама по себе конструкция давала уверенность в том, что государство без образованного монарха при отсутствии угрозы извне простоит ещё какое-то время. В теории, пока не будет подготовлен преемник. В данной ситуации — я.
Кстати, по поводу преемника. К завещанию прилагалась аж целая видеозапись, в которой король Маркус объясняет своё решение. Разумеется, так быстро на тот свет он не собирался, о чём и сообщил, но к вопросам престолонаследия его окаменевшее величество относился весьма щепетильно и в случае чего, был готов менять текст хоть каждый месяц.
Сидя в своём кабинете перед устройством записи он первым делом извинился передо мной лично, как перед сущностью иного мира, которую касаться проблемы этого должны меньше всех, но увы. Аркана на роль правительницы не подходила даже временно. И дело не в том, что её не примет знать, а в том, что по характеру она была истинной принцессой. И тут я был с ним полностью согласен, добавляя про себя «диснеевской принцессой». И это не значит, что девочка дура, совсем нет, просто есть у подростков-максималистов желание разом осчастливить всё царство-государство, а вот мысли о том, что счастье все видят по-разному у них нет, как нет и понимания текущего момента. Это место занимают в данном случае полёты на грифонах, мечты о принце и прочее девчачье. Я же, по мнению Маркуса, был более благоразумен и на данный момент мог нанести своими действиями наименьший вред.
Вот так вот. Прав он или нет уже не важно. Пришло время наносить этот самый… «наименьший вред».
— Сенешаль, будьте добры, созовите в мой кабинет оставшихся в строю старших офицеров гвардии, а ещё малярную кисть и ведро синей краски.
Спустя каких-то двадцать минут в бывший кабинет отца несмело постучали.
— Войдите! — крикнул я и оторвался от бумаг.
Вошли пятеро мужчин и одна женщина. Два полковника и четыре лейтенанта. Встали неровным строем и доложили, мол прибыли по моему поручению. И я вроде бы хотел поговорить спокойно, вот правда, но когда полковник заявил, что всё обошлось, потому что мистиконы появились вовремя, всё-таки сорвался.
В общем, из кабинета вышли три сержанта, один лейтенант, одна гражданская и одного каторжника, который бывший полковник, присутствовавший во время нападения в замке, но которого никто не видел, вывели в наручниках. И да, чинов выше лейтенантского в гвардии больше не осталось.
Оставшиеся, слегка прифигев, взяли ведро и кисточку и пошли обдумывать мой приказ и свою стратегию. А приказал я им следующее:
Каждые сутки, начиная с завтрашнего дня, будет проходить игра под названием «Покушение». На разводе произвольным способом, жребием ли или приказом, мне не интересно, будет выбран отряд, который целую неделю будет пытаться по-всякому испачкать меня синей краской. Остальная гвардия также любым способом будет им противодействовать. Те «убийцы», кому это удастся будут получать премию за удачное исполнение или планирование, а родственники защитников будут руками стирать мне одежду. Если же облажаются убийцы, я им тоже что-нибудь придумаю. Мало не покажется никому. И не дай боги я заподозрю халтуру!
— Вопросы? — Смерил я бывших офицеров и оставшегося лейтенанта.
— Сир, а почему краска синяя?
— Потому что, если увидите красную, значит игры кончились.
На том я их и отпустил, вновь зарывшись в документы. Когда от обилия цифр и высокого слога ум стал заходить за разум, дошёл по отмытым за ночь коридорам до статуй короля и королевы, посидел на троне, понаблюдал с балкона за уже опускающимся солнцем и заметил приближающуюся четвёрку грифонов.
— Ваша сестра возвращается, — чинно объявил старший слуга, совершенно неслышно материализовавшись у меня за спиной.
— А она куда-то отлучалась? — удивился я. И было чему! Про Аркану я забыл в принципе! А ведь с ней следовало поговорить первым делом.
— Да, сир, в образе мистиконов она и её свита с утра отправились в Академию астромантов, дабы просить помощи у грандмастера Новатеррона.
— О! А сестрёнка соображает! Пойдём, поприветствуем их. — Вот это она молодец, это она правильно! Сам про них вспоминал, но день вышел просто ураганный, так что мысль о магах просто не удержалась у меня в голове во время моего «общения» с гвардейцами.
— Как вам угодно.
На тренировочной площадке меня ждало очередное разочарование.
— Раз, два, три, четыре, пять, это наши, и шесть. Плюс грифоны. М-да…
— Ваше величество? — на этот раз я решил дать старику сенешалю отдых, а в сопровождающие вызвал свою личную служанку Эмму.
— Маловато, говорю. — хмуро выговорил я и ускорил шаг.
Эмма пожала плечами и посеменила за мной. Я же дождался пока Эмиральда уведёт грифонов и подошёл к группе волшебников.
— Приветствую, мистиконы, как слетали? Малварун. — кивнул я афро-магу.
— Ваше величество, — поклонился чародей и его жест скопировала блондинистая смуглая девушка с аккуратной татуировкой под глазами и в мантии астромантов. — Позвольте представить вам мою сестру Тазму, она будет ментором у мистиконов.
— Тазма? Как же! Помню. — оскалился я.
— Сир, мы встречались? — удивилась колдунья.
— Не думаю, но несколько лет назад вы потратили некоторое количество времени переводя старые дневники Гудфэйри касательно войны тысячелетней давности. Примерно два месяца назад я затребовал эти переводы из Академии астромантов, но ответа так и не получил.
— Вот как? — деланно удивилась блондинка. — Я об этом ничего не знала.
— Я всё ещё хочу изучить эти переводы. И ваш труд, ради которого вы над ними корпели.
— Я… посмотрю, что с этим можно сделать.
— Вы займётесь этим в кратчайшие сроки, доставите мне тексты лично или затребуете с курьером. Это приказ. — Обозначил я свою позицию. — Нежить объявила
