— Свинья какая-то! — сморщил нос Сергей. — Вызвать бы наряд, пусть проверят весь подъезд на никотин.
— И меня тоже, да? — Наташа распахнула дверь в квартиру. — Входи. Сейчас ночь, если кому в форточку и надует — не почувствуют.
— Вот в этом и свинство! — не мог успокоиться патрульный. — Получается, люди уже спать не могут в безопасности, даже летом без фильтров дышать невозможно.
— Да, да... Иди мой руки, только быстро, не занимай долго ванную.
Наташа зажгла свет, прошла в дальнюю, маленькую гостиную. Вот сейчас бы повалиться прямо на эту кушетку, чтобы белья не пачкать, и уснуть как есть... Нет, нельзя расслабляться, с утра пора приниматься за дело. Месть крысам — вот что теперь самое главное. Она содрала с себя безнадёжно испорченное тряпьё, скинула ненавистные сабо, потом прошла в спальню и запихнула пистолет под кровать.
— Хочешь, я кофе сварю? — Сергей стоял в дверях, комкал в руках бумажное полотенце и изображал полное отсутствие интереса к голой хозяйке.
— Не перестарайся только, — буркнула Наташа, проходя мимо.
— Что?.. Сварить, да?
— Нет, не надо кофе, хватит с меня и сигарет. На кухне есть бар, а на его дверце — рецепты. Смешай мне «Анисовый», себе что хочешь. Только не напейся!
— Я не пью. — Полицейский шел за ней. — У меня не совсем правильная реакция на спиртное, так что если можно, то сварю себе кофе и покурю немного.
— Ладно. — Наташа задержалась у входа в ванную. — Оружие у тебя есть?
— Нет, нам же нельзя домой забирать! — Сергей рассмеялся. — Я сегодня ствол даже не получал, а то бы пришлось заезжать в участок.
— Дисциплинированный. Молодец.
Она прикрыла дверь, не глядя набрала код. Хорошо дома — пятая программа была рассчитана как раз на такое состояние. Сначала тёплая вода, постепенно переходящая в горячую, потом с лёгким контрастом холодная, почти до ледяной, опять горячая, немного, и снова тёплая. Наташа упёрлась руками в стенки душевой, подставив себя под бьющие со всех сторон толстые нежные струи.
Почему Манане вытащили язык в разрезанное горло? И надо обязательно узнать, на месте ли оружие. Не спросила, ничего не спросила! Это последствия шока. Граната. Если бы Наташа оказалась ближе, её разорвало бы, как Андрея. И если бы «Нива» не закрыла от осколков... Она вспомнила про повязку, потрогала руку. Вроде бы доктор не схалтурил, воду не пропускает.
Силы постепенно возвращались. Наташа выпрямилась, погуляла по кабинке, погладила колючий лобок. Стоило бы всерьёз заняться собой, включить эпилятор, но это утром, Сергей потерпит. Или выгнать его?.. Почему-то там, на проклятой поляне, захотелось секса. Данилова сунула в рот зубную щётку. Механизм заурчал тихонько, завибрировал — у него много работы, это потому что курила.
Программа отработала своё, струи опали. Зеркальные стены душевой мгновенно высохли, Наташа оглядела себя. Для нерожавшей женщины тридцати восьми лет очень неплохо, не зря на неё косятся соседки. Работа в полиции сопряжена с посещением спортзала, а это почти та самая презренная «забота о внешнем». Даже некоторые мужчины на улице глядят осуждающе — думают, что Наташа хочет им понравиться. Наплевать, главное — нравиться себе.
— Лицо в починку ещё рано, — поделилась со своим отражением капитан Данилова. — Глаза оставим карие и волосы как есть.
Волосы Наташа не красила, оставляла тёмными, только стригла очень коротко. Это шло к высокому черепу и длинной тонкой шее, жаль только плечи от возраста и тренировок немного округлились, потеряли юношескую угловатость. Умеренной температуры воздух уже досушивал светло-коричневую кожу, лишь немного подправленную пигментами — естественный желтоватый отлив Наташе не нравился.
— А эпилятор пусть отдыхает, перебьётся наш «индеец»... — Данилова вышла из ванной.
По квартире и в самом деле распространился аромат только что сваренного кофе. Хозяйка прошла на кухню и с неудовольствием посмотрела на Сергея, осторожно делающего первый глоток. Недокуренная сигарета лежала под колпаком фильтратора.
— Долго ты возился!
— Джезву искал, — виновато заморгал патрульный. — Но коктейль я смешал, он в спальне, на тумбочке.
— Это правильно, только давай-ка иди, мойся, я не собираюсь тебя часами дожидаться! Пять минут тебе. Кофе потом допьёшь.
Данилова демонстративно фыркнула и ушла в спальню. Излишняя хозяйственность тоже может быть утомительна. Дай ему волю — он ещё и до пирожных доберётся, потом завалится в ванну с массажем, а женщина будет ждать, со сном бороться. Самец, что с него взять... Постель он тоже, конечно же, не разобрал. Наташа стащила покрывало и улеглась, вытянув ноги поверх одеяла. Перина не спеша подстраивалась под её вес и положение. Надо бы было добавить упругости, но лень. Она дотянулась до бокала, попробовала.
— Терпимо, — вынесла вердикт Наташа и всё-таки взяла пульт — включить камеру сразу, чтобы потом не забыть. — Терпимо, но лучше бы я смешала сама. Если задержится дольше десяти минут, усну.
Мысли всё крутились вокруг языка Мананы. Крысы какие-то особенные, необычные, пугающие. Снайперы их не видят... Что за чушь?! Мутанты в городе, ужасы в новостях. За полтора года существования Седьмого Особого отдела их оперативные группы побывали на сотнях таких заданий. И только один раз всё пошло наперекосяк, только один раз полицейские погибли. Тогда сменили руководство, усилили почти в три раза прикрытие, и вот теперь опять.
— А ведь всё забыли, только Тофик помнил... — Наташа побегала пальцами по пульту — чуть прикрыла окно, расправила шторы.
Не дождавшись рассвета, хрипловато запела какая-то самая ранняя птица. Зачем Наташа притащила сюда этого Мартиросяна? Надо было сразу лечь и уснуть, а утром, после врача, пойти к Насыровой. Пусть Раиса расскажет, что у неё там накопилось по крысам, пусть отдаст всю аналитику. Наташа имеет на это право, ведь двое её подчинённых улеглись в ящики «морозилки».
— Не даст... — Данилова допила коктейль, закатила бокал под кровать, чтобы не тянуться опять к тумбочке. — Не даст, потому что оперативник аналитики знать не должен. Лучше бы я эксперта в постель затащила, а не патрульного...
— Ты что-то сказала? — Сергей вошёл почти бесшумно, перед собой он нёс аккуратно сложенную форму, как будто случайно прикрываясь ею.
— Чепуха. — Наташа сползла пониже, раскинула ноги. — Иди ко мне, уже вставать скоро.
Патрульный бросил на ворсистый ковёр одежду, подобрался к хозяйке. Он очень старался успокоить дыхание, но из этого мало что получалось. Наташа не без удовольствия подумала, что действительно ему нравится. Самцу всё равно, она или другая с похожим телом — и всё же это было приятно.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
