Читаем без скачивания Миссия в Арктику - Йон Колфер

Элфи запустила все четыре двигателя и решительным движением направила шаттл в пропасть. И сразу забыла обо всем на свете, целиком отдавшись чудесному ощущению свободного полета. Чем ниже ты спускаешься, не прерывая пике, тем более крутым летчиком считаешься. Даже ужасная кончина в огненной бездне Бома Арблса из Быстрого реагирования не вразумила остальных пилотов – они продолжали исполнять опасные пике к земному ядру. Последний рекорд принадлежал Элфи. Каких-то пятьсот метров оставалось до ядра, прежде чем она открыла закрылки. Этот рекорд стоил ей двухнедельного отстранения от полетов и крупного штрафа.

Но сегодня никаких рекордов. На «грохоталке» не больно-то полетаешь. Кожа на щеках натянулась от перегрузки, когда Элфи дернула на себя рычаги управления, выводя шаттл из вертикального пике. Не без удовольствия Элфи услышала, как находящиеся в кабине вершки облегченно вздохнули.

– О’кей, Жеребкинс, мы поднимаемся. Какова ситуация наверху?

Она услышала, как пальцы Жеребкинса забегали по клавиатуре.

– Извини, Элфи, связь с поверхностью отсутствует. Слишком высокие радиационные помехи от последнего выброса. Так что действуй на своё усмотрение.

Элфи бросила взгляд на сидящих рядом бледных вершков.

«Действуй на своё усмотрение… – подумала она. – Легко сказать».

Итак, теперь мы знаем, что вовсе не Артемис Фаул помог Дубину вооружить Б’ва Келл. Но кто же был этим таинственным помощником гоблинов? Какой-нибудь царек местного значения, мечтающий о неограниченной власти? Или, быть может, недовольный судьбой генерал, обладающий секретным доступом к заполненным батарейками ангарам? Нет, вовсе нет. Все куда проще.

Батарейки Б’ва Келл продал некий человек по имени Люк Каррере. Абсолютно незаметный человечек – вы бы даже не заподозрили его в этом. Впрочем, он и сам не подозревал, что торгует с гоблинами. Люк жил во Франции и был мелким частным сыщиком, прославившимся своими глупостью и невезучестью. В кругах частных детективов бытовало мнение, что Люк не способен найти даже муху в стакане молока.

Дубин решил использовать Люка по трем причинам. Во-первых, в файлах Жеребкинса Каррере значился как торговец всякого рода нелегальными вещицами. Несмотря на полное отсутствие таланта частного сыщика, Люк обладал редким даром: он мог достать абсолютно всё, что бы клиент ни пожелал. Во-вторых, он был алчным и никогда не мог противостоять соблазну лёгких денег. Ну и, наконец, в-третьих, Люк был туп как пробка. А чем меньше у человека мозгов, тем легче он поддается воздействию гипнотических чар – известный факт.

Дубин едва не изменил своим привычкам и чуть не улыбнулся, обнаружив в базе данных Жеребкинса такого человека, как Каррере. Разумеется, в своей цепочке Дубин с радостью обошелся бы без этого вершка, но цепь, состоящая сплошь из гоблинов, легко может утянуть вас на дно.

К установлению контакта с поверхностью Дубин подошёл очень и очень серьёзно. Несмотря на психическую неуравновешенность, он прекрасно понимал, что случится, если верхние людишки прознают о существовании нового неосвоенного рынка, который представлял собой подземный мир. Они наводнят все туннели подобно полчищам красных плотоядных муравьев и не успокоятся, пока не доберутся до самого ядра. О нет, прежде надо как следует подготовиться, чтобы достойно встретить этих вершков. Вот когда за ним будет стоять вся мощь Легиона…

В общем, сначала Дубин послал Люку Каррере небольшую посылку. Первым классом, гоблинской почтой…

Однажды июльским вечером Люк Каррере вошел в свою небольшую конторку (она же – его квартира) и увидел на столе какой-то пакет. Посылка как посылка, ничего особенного. На первый взгляд.

Люк разрезал липкую ленту. В коробке, обложенный банкнотами достоинством в сто евро, лежал плоский прибор, очень похожий на CD-плейер, но изготовленный из странного чёрного металла, который словно бы поглощал свет. По идее, сейчас стоило бы крикнуть в приемную секретарше, чтобы ни с кем его не соединяла. Вот только приемной у Люка не было. Как и секретарши. В общем, вместо этого Люк принялся судорожно запихивать банкноты за ворот своей заляпанной соусом рубашки, будто они могли вот-вот исчезнуть.

Прибор вдруг разложился на две половинки, как какая-нибудь раковина, открыв содержавшийся внутри крошечный экран с микродинамиками. На экране возникло чьё-то размытое лицо, и на Люка уставилась пара воспаленных заплывших глазок. Глаза эти производили жуткое впечатление, у Люка по спине даже мурашки побежали.

Но что самое странное, когда лицо заговорило, все страхи Люка мгновенно испарились, развеялись, словно дымовое облачко. Да и вообще, с какой стати он так разволновался? Лицо перед ним источало дружелюбие. А какой приятный голос. Словно ангелы поют…

– Люк Каррере?

Люк едва не расплакался. Поэзия, музыка высших сфер…

– Oui. Да, это я.

– Bonsoir, то есть вечер добрый. Ты видишь деньги, Люк? Они теперь твои.

Сказав это, Дубин довольно улыбнулся – про себя, разумеется. Всё шло гладко, как по маслу. Он очень боялся, что его жалкого запаса магии не хватит, чтобы навести на человека чары. Но, как выяснилось, у этого вершка силы воли не больше, чем у изголодавшегося борова, которому показали корыто с репой.

Люк сжал в кулаках банкноты.

– Эти деньги… Значит, они мои? И что я должен сделать?

– Ничего. Это просто подарок. Поступай с ними, как хочешь.

Люк Каррере, конечно, понимал, что даром деньги не достаются, но этот голос… Из микродинамиков с ним говорил сам Господь.

– Кроме того, будут ещё деньги. Много денег.

– Правда? – изумленно спросил Люк, с трудом оторвав губы от банкноты, которую исступленно целовал. – Много денег? И сколько?

Смотревшие на него глаза ярко сверкнули.

– Столько, сколько ты захочешь, Люк. Однако ты должен оказать мне услугу.

Люк уже заглотил приманку вместе с крючком.

– Конечно, конечно. Чем я могу вам помочь?

Доносившийся из динамика голос журчал, будто горный ручеек:

– Моя просьба очень простая. Ничего незаконного. Мне нужны батарейки, Люк. Много батареек. Тысячи. Возможно, миллионы. Ты сможешь достать их для меня?

Люк раздумывал не больше пары секунд. Банкноты призывно щекотали его подбородок. Собственно говоря, у него был один знакомый в речном порту, который регулярно поставлял всякую технику на Ближний Восток. А к технике зачастую прилагаются батарейки. Что ж, раньше прилагались, теперь не прилагаются…

– Батарейки? Oui, certainment, да, конечно, я могу их достать!

Так продолжалось несколько месяцев. Сделка была очень «вкусной». Люк Каррере забирал у своего знакомого все батарейки, складывал коробки с ними у себя в квартире, а утром батарейки пропадали. Вместо них появлялась пачка банкнот. Разумеется, эти деньги были фальшивыми – их печатали на старом принтере в «Лабораториях Кобой», но Люк об этом даже не догадывался. Да и никто не смог бы отличить эти банкноты от настоящих, кроме специально обученных служащих Казначейства.

Иногда голос обращался к Люку и с другими просьбами. Например, просил раздобыть пожарные костюмы. Пожарные костюмы? Ха, да без проблем! Это решалось одним телефонным звонком. Через шесть месяцев Люк Каррере переехал из однокомнатной квартирки в шикарные апартаменты, расположенные в престижном районе Сен-Жермен. Естественно, им сразу же заинтересовались и «Сюрте» и Интерпол. Но Люк об этом не подозревал, поскольку ничего вокруг не видел и не слышал – впервые за свою никчемную жизнь он греб деньги лопатой.

Однажды утром он обнаружил на мраморной столешнице своего нового письменного стола ещё одну посылку. Большую посылку. Тяжелую. Впрочем, Люк не сильно обеспокоился. Он хорошо работал, вот его и вознаградили – прислали много-много денег.

Люк распечатал коробку и увидел там алюминиевый чемоданчик и ещё одно устройство связи. Значит, его ждёт очередная весточка от ангела.

– Бонжур, Люк. Как жизнь?

– Bien, неплохо, – ответил Люк, тут же позабывший обо всем на свете, кроме этих глаз.

– Сегодня я хочу попросить тебя об особом одолжении. Сделай так, как я скажу, и тебе больше не придётся беспокоиться о деньгах. Инструмент лежит в чемоданчике.

– Но что это? – несколько испуганно спросил сыщик, открыв чемоданчик.

«Инструмент» очень походил на оружие, и тут оказались бессильны даже волшебные чары. Чары чарами, а натура натурой. Сыщик был плутом, мелким мошенником, но не убийцей.

– Это специальный фотоаппарат, Люк. Если ты нажмешь на вон ту закорючку, которая очень похожа на курок, из ствола вылетит птичка, – пояснил Дубин.