Читаем без скачивания Страх — это ключ - Алистер Маклин

— Ну что же, спасибо за выпивку, генерал. Будьте осторожны.

Я же возьму свою шляпу и чек и, пожалуй, отправлюсь восвояси. В вашем чеке моя пенсия.

Я не заметил, кто дал сигнал, — возможно, Вайленд. И снова не заметил, как пистолет оказался в руке Ройала. Но я увидел сам пистолет.

Заметил его и Яблонски. Это был маленький плоский автоматический пистолет с коротким стволом, по размерам даже меньше отобранного у меня шерифом «лилипута». Но, возможно, у Ройала был глаз и точность охотника на белок и в более мощном пистолете он не нуждался — огромная дырка в груди от пули тяжелого кольта не делает человека более мертвым, чем маленькая от пули 22-го калибра.

Яблонски задумчиво посмотрел на пистолет:

— Вы предпочли бы, генерал, чтобы я остался?

— Уберите этот чертов пистолет, — рявкнул генерал. — Яблонски на нашей стороне. По крайней мере я надеюсь, что это так. Да, я предпочел бы, чтобы вы остались. Но никто не заставит вас остаться, если вы сами этого не захотите.

— А что может заставить меня захотеть? — вопросил Яблонски всю компанию. — Возможно, то, что генерал, который еще ни разу в своей жизни сознательно не совершил ничего дурного, собирается отложить выплаты по чеку? Или, может быть, собирается вообще порвать его?

Генерал вдруг отвел глаза, и это подтвердило догадку Яблонски. В разговор мягко вступил Вайленд:

— Это займет два дня, самое большое — три, Яблонски. Кроме того, ты получаешь большую кучу денег почти ни за что.

Все, что мы просим тебя сделать, — это приглядеть за Толботом, пока он не сделает того, чего мы от него хотим.

Яблонски кивнул:

— Понимаю, Ройал не опустится до того, чтобы стать телохранителем. Он заботится о людях как-то раз и навсегда. Тот головорез в дверях, дворецкий и наш маленький друг Ларри с ним не справятся. Толбот сделает их всех сразу. Вам Толбот, должно быть, позарез нужен, да?

— Он нужен нам, — спокойно ответил Вайленд. — А из того, что нам сообщила мисс Рутвен и что знает о тебе Ройал, мы делаем вывод, что ты можешь справиться с ним. И твои деньги в безопасности.

— Угу. А скажите-ка мне, кто я — пленник, присматривающий за пленником, или вольный человек?

— Ты же слышал, что сказал генерал, — ответил Вайленд. — Ты свободный человек. Но если ты решишь отлучиться, то запри его или свяжи так, чтобы он не смог удрать.

— Семьдесят тысяч долларов за то, чтобы покараулить? — мрачно произнес Яблонски. — Да он в таком же надежном месте, как золото в Форт-Ноксе. — Я заметил, как Ройал и Вайленд быстро переглянулись, а Яблонски тем временем продолжал:

— Но я весьма беспокоюсь о семидесяти тысячах: если кто-нибудь узнает, что Толбот находится здесь, то я не получу этих денег. С моим-то прошлым я получу лишь десять лет тюрьмы за то, что препятствовал отправлению правосудия и оказал помощь разыскиваемому убийце. — Он внимательно посмотрел на Вайленда и генерала и вкрадчиво поинтересовался:

— Какие у меня гарантии, что в этом доме никто не заговорит?

— Никто не заговорит, — решительно заявил Вайленд.

— Шофер живет в том домике, да? — спросил Яблонски.

— Да, — задумчиво ответил Вайленд. — А неплохая идея — избавиться...

— Нет! — с яростью прервала его девушка. Она вскочила, сжав руки в кулачки.

— Ни в коем случае, — тихо сказал генерал Рутвен. — Кеннеди будет жить. Мы слишком многим ему обязаны.

Темные глаза Вайленда на мгновение сузились, и он посмотрел на генерала. Но на его немой вопрос ответила девушка:

— Саймон не проболтается, — невыразительным голосом сказала она и направилась к двери.

— Я пойду к нему.

— Саймон, да? — Вайленд потрогал пальцем кончик уса и оценивающе оглядел ее. — Саймон Кеннеди, шофер и мастер на все руки.

Девушка вернулась, остановилась перед Вайлендом и посмотрела на него твердо и устало. Во всем ее облике проглядывались все пятнадцать поколений, начиная с ее предков, сошедших с «Мейфлауэр», и каждый из 285 миллионов долларов.

— Вы самый ненавистный мне человек, которого я только встречала, отчеканила она и вышла из библиотеки, закрыв за собой дверь.

— Моя дочь слишком устала, — поспешно сказал генерал. — Она...

— Не обращайте внимания, генерал, — Вайленд оставался вежливым, но выглядел так, будто сам сильно устал. — Ройал, покажи Яблонски и Толботу их комнаты на сегодняшнюю ночь. Восточная часть нового крыла, комнаты уже готовы.

Ройал кивнул, но Яблонски поднял руку:

— Нужную вам работу Толбот должен выполнить в этом доме?

Генерал Рутвен бросил взгляд на Вайленда и покачал головой.

— Тогда где? — потребовал ответа Яблонски. — Если где-то в другом месте и если кто-нибудь в радиусе ста миль от этого места засечет его, нам конец. И денежкам моим привет. Мне кажется, я заслуживаю хоть каких-то гарантий, генерал.

Рутвен и Вайленд снова быстро переглянулись, и Вайленд едва заметно кивнул.

— Я думаю, мы можем сказать вам, — начал генерал. — Работать предстоит на Х-13 — моей буровой платформе в заливе. — Он слегка улыбнулся. — Пятнадцать миль отсюда и далеко в заливе. Никто из посторонних не увидит его там, мистер Яблонски.

Яблонски кивнул, как бы удовлетворенный на время, и больше вопросов задавать не стал. Я уставился в пол, не осмеливаясь поднять глаза. Ройал мягко предложил:

— Пойдемте.

Я допил виски и встал. Тяжелая дверь библиотеки открылась, и Ройал с пистолетом в руке пропустил меня первым. Ему следовало бы быть попрозорливей. А может, моя хромота обманула его. Люди считают, что хромота делает человека неповоротливым, но они ошибаются.

Валентино исчез. Я вышел в коридор, остановился и слегка отодвинулся в сторону, как бы ожидая, пока выйдет Ройал и покажет мне дорогу. Затем резко развернулся и пяткой левой ноги изо всех сил врезал по двери.

Ройала прищемило дверью, и попади между дверью и косяком его голова все, тушите свечи. Но его ударило по плечам, однако даже этого было достаточно, чтобы он завопил от боли, а пистолет выпал из его руки и отлетел ярда на два. Я нырнул за пистолетом, схватил его за ствол и развернулся еще в полуприсяде, скорее почувствовав, чем услышав, за спиной шум прыжка. Рукоятка пистолета попала Ройалу по лицу. Я не заметил, куда именно, но звук походил на удар топора по сосновому полену. Теряя сознание, он все же успел ударить меня — топор не может остановить падающее дерево. Лишь пара секунд понадобилась мне, чтобы отбросить его и перехватить пистолет, но для такого человека, как Яблонски, двух секунд более чем достаточно.

Он ударил ногой по моей руке, и пистолет отлетел футов на двадцать. Я вскочил на ноги, но он отпрыгнул в сторону с резвостью боксера легкого веса и ударом колена вмял меня в дверь. Далее было поздно что-либо предпринимать, поскольку в руке он уже держал маузер, нацеленный мне в переносицу.

Я медленно поднялся на ноги, не пытаясь что-либо сделать. Генерал и Вайленд, вооруженный пистолетом, вывалились в дверь и облегченно вздохнули, увидев меня на прицеле у Яблонски. Вайленд наклонился и помог стонущему Ройалу сесть. У Ройала была длинная и сильно кровоточащая рана над левым глазом — на следующий день у него там будет синяк с утиное яйцо.

Он помотал головой, тыльной частью кисти стер кровь и медленно повел глазами, пока его взгляд не натолкнулся на меня. Я посмотрел ему в глаза и почти явственно почувствовал влажный запах свежевырытой могилы.

— Вижу, джентльмены, что я вам действительно нужен, — весело произнес Яблонски. — Никогда не думал, что кто-нибудь попытается сотворить такую штуку с Ройалом и проживет достаточно долго, чтобы успеть рассказать об этом. Но все мы учимся.

Он сунул руку в карман, достал пару аккуратных наручников и со знанием дела защелкнул на моих запястьях.

— Сувенир от старых плохих времен, — оправдываясь, произнес он. — Нет ли в доме еще пары наручников, проволоки или цепи?

— Достанем, — почти механически ответил Вайленд. Он все еще не мог поверить в то, что случилось с его надежным головорезом.

— Отлично, — Яблонски с усмешкой посмотрел на Ройала. — Можешь не запирать сегодня ночью свою спальню — я позабочусь, чтобы Толбот не добрался до тебя.

Ройал перенес свой мрачный и полный злобы взгляд с моего лица на лицо Яблонски, и я заметил, что выражение его лица не изменилось. Полагаю, что в этот момент у Ройала, возможно, закопошились мысли о могиле на двоих.

Дворецкий провел нас вверх по лестнице и по узкому коридору в заднюю часть огромного дома, вытащил из кармана ключ, открыл дверь и пригласил войти. Это была спальня с дорогой мебелью, раковиной в углу и современной кроватью красного дерева у правой стены. Дверь слева вела в другую спальню. Дворецкий достал второй ключ и открыл и эту дверь — комната была почти точной копией первой, за исключением старомодной железной кровати.

Она, казалось, была сделана из мостовых балок и, похоже, предназначалась для меня.