В твоём случае это уже прогресс. Удачи!
В следующую секунду Механикус исчез во вспышке телепортации. Друг не просил помощи, но поступил именно что, как друг — сказал, куда идёт и как бы попросил «не волноваться». В случае полубога [10] механоида это не просто прогресс… Это всё равно что перемахнуть одним шагом через пропасть, разделяющую мышление «кожаных» и живых машин.
Догадка, пролетевшая в голове Асклепия, на первый взгляд казалась притянутой за уши. Но чем больше бог-целитель о ней думал, тем правдоподобней она ему казалось.
[Вполне возможно, что аспект у Довлатова — это следующий этап в лечении даром рода? Встреча лицом к лицу с тем, чего пациент искренне боится.]
Бог-целитель примерил мысль на себе… По спине забегали мурашки, но Асклепию теперь и самому захотелось в жизни перемен.
Глава 6
Выстраивая планы
Первые сутки после пробуждения аспекта
Михаил Довлатов
Последнее, что помню, как мой аспект принял форму кровати около Источника и я плюхнулся на мягкую постель. Непривычным стало то, что вместо сна я увидел уже знакомую клубящуюся темноту. Она смутно напоминала диалоговое пространство, в котором я общался с Эволюцией.
— Есть вопросы, на которые тебе лучше сразу получить ответы, — шутливо шептала Смерть из темноты. — Впервые мы были представлены друг другу в день твоей инициации.
— Так это же было…
— Давно, — казалось, в этот краткий миг Смерть мило улыбнулась. — Для тебя давно… А для меня с тех пор прошло меньше одного мгновения. Твой горячо любимый дед, Геннадий «Язва», расколов сосуд твоей души, пошёл на огромный риск. Двадцать шесть минут клинической смерти. Не бьётся сердце, клетки мозга не получают кислород. Всё это время дед удерживал твою душу в теле, восстанавливая нити энио.
Перед глазами предстаёт испуганное лицо деда. Инициацию мы провели в кафе. Помню, что очнулся в крови, натёкшей из-под носа.
— Вот оно что, — дошла до меня, наконец, подоплёка той забытой сцены. — Так мы с тобой уже давно знакомы?
Даже не видя Смерти, я ощутил, как она кокетливо закатила глазки.
— Довлатов, то было лишь первое знакомство… Наши свидания с тобой стали повторяться. Помнишь, как ты получил дар рода Лей? Патриарх Лей Хай пронзил тебя корнем, едва не убив при этом. Твой переход в ранг учителя с падением из самолета? Или как ты в клинике Аркхэма остановил себе сердце, спасаясь от проклятия фараонов?
На душе стало теплее.
— Спасибо, что приглядывала за мной… Всё это время.
— Уже лучше, — голос Смерти также стал теплее. — Не забывай меня хвалить! Девушки, знаешь ли, любят комплименты. Что же касается второй жизни… Меня впечатлило то, с какой храбростью ты согласился отказаться от прежнего тела, обратившись к Матери Чудовищ. Мы с ней семьдесят пять лет искали подходящий для тебя сосуд нового воплощения. И, наконец, мне попался Макс Граут.
— За это я благодарю тебе отдельно, — с улыбкой от уха до уха отдаю даме поклоном дань должного уважения, — второй шанс, возможность взять реванш в войне с Олимпом. От лица всех землян я говорю спасибо, леди Смерть.
Перед глазами пролетела сцена того, как я прохожу инициацию в архонты [6]. Сначала вылез дед Макса — друид Грегори Граут. Затем из подсознания выполз Чак Норрис. С точки зрения развития одарённого, мне в этот момент невероятно сильно повезло. Душа, перегруженная ложными именами, освободилась от мешающей ей ноши. Чем выше по рангам взбирается адепт, тем сильнее возрастает нагрузка на его душу.
Те же абсолюты [7] — это ни разу не адекватные люди. Какую-то идею фикс они возводят в абсолют… Потому и могут сами стать абсолютами [7]. Исследования пространства моей Нереи или поиск секретов Древних у её коллеги-учёного Мохиндера Суреша [7].
Нельзя стать абсолютом, прячась за разными именами. Враньё, двуличие или жизнь, в которой слова адепта отличаются от дела — это то, от чего придётся отказаться.
Абсолют [7] — это человек со стальной волей, точно знающий, чего хочет. Его не сковывают рамки нормы, навязываемые обществом. Абсолют всегда идёт своим путём к обретению большой силы.
Удачно сложилось, что Грегори Граут восстал из мёртвых. И то, что и Чак Норрис больше не является частью моего подсознания. Теперь я целитель-архонт [6] Михаил Довлатов.
Смерть тихо по-девичьи посмеялась над самым ухом.
— Всё верно… Твой путь среди бессмертных только начинается, Довлатов. Когда настанет время…
— Ну-ну… не будем торопить события, — улыбаясь и шутя, делаю шаг назад. — Время нашей встречи ещё не наступило!
Ответом мне стал весёлый смех, и я провалился в сновидения.
* * *
Мир Солэнберг, домен Иссу
То же время
Едва заметно улыбаясь, Охотник наблюдал за тем, как Леди смотрит на его вещи в кабинете. Старое вино, особый сыр, тарелка с фруктами.
— Кэл, у меня волосы скоро загорятся! — девушка шутливо фыркнула. — Кому ещё ты бы разрешил трогать своё вино. А тут всё разложено чёрт-те как.
— Знаю, — мягкий голос Охотника переполняли чувства. — Смотрю на тебя, и мне снова и снова хочется в тебя влюбляться. Ямочки на щеках… Вот! То, как ты сейчас поправила волосы… И как собираешься на меня сейчас дуться. И как смущаешься, когда я на тебя пристально смотрю. Ты всё та же Леди.
— Пфф! — девушка смущённо отвернулась. — Это для тебя двести лет прошло, а для меня одно мгновение. Так что это я должна говорить: «Хочу снова тебя узнать, Каладрис».
— Вижу, — Охотник улыбнулся. — У тебя покраснели щеки.
Девушка закатила глазки.
— Просто обними меня, Охотник. — она оглядела кабинет. — Мне всё-всё здесь интересно. Как ты жил? Как там Орден Колохари? Аталанта? Как я вообще смогла вернуться к жизни? И кто такой этот Довлатов?
Не медля более ни секунды, Каладрис крепко обнял девушку и вдохнул запах её серебряных волос. Много лет назад, став полубогом [10], Леди отказалась от своего имени, став Серебряной Луной. Так выглядел её аспект. Поднимаясь над полем боя, она снижает влияние гравитации на союзников и давит на врагов. Чем ярче сияет Серебряная Луна, тем сильнее её влияние на поле боя.
— Довлатов, — Каладрис задумался на секунду, думая, как бы получше его описать. — Целитель высшей категории по классификации Стены. Как человек, он что-то с чем-то.
Охотник, как мог, описал историю жизни Довлатова
