местного. Ниггер поднял перчатку. Хотел сказать речь. Ужасно величавый ниггер. Начал речь. Затем ему врезал местный белый. Затем он вырубил белого. Затем все принялись бросаться стульями. Ниггер вернулся домой с нами, в нашей машине. Не мог достать свою одежду. Надел мое пальто. Теперь вспомнил, как все было. Большой спортивный вечер.
– Что случилось?
– Одолжил одежду ниггеру и вернулся с ним, пытался получить его деньги. Заявили: ниггер должен им за разгромленный зал. Интересно, кто переводил? Я, что ли?
– Это маловероятно.
– Ты прав. Вовсе не я. Другой был малый. Кажись, мы называли его местным ботаном. Вспомнил его. Учится музыке.
– Ну и как в итоге?
– Не ахти, Джейк. Кругом несправедливость. Импресарио заявил, ниггер обещал сдаться местному боксеру. Заявил: ниггер нарушил контракт. Нельзя нокаутировать венца в Вене. «Боже правый, мистер Гортон, – сказал ниггер, – я там сорок минут ни шиша не делал, только ему подыгрывал. Должно быть, этот белый надорвался, замахиваясь на меня. Я его пальцем не трогал».
– Деньги хоть какие получил?
– Никаких, Джейк. Все, что мы получили, – это одежду ниггера. И часы его кто-то забрал. Великолепный ниггер! Большая ошибка была приехать в Вену. Не ахти вышло, Джейк. Не ахти.
– А что стало с ниггером?
– Уехал обратно, в Кёльн. Живет там. Женат. Семейный человек. Сказал, напишет мне и вышлет деньги, какие я ему одолжил. Чудесный ниггер! Надеюсь, я дал ему правильный адрес.
– Вероятно.
– Ну, так или иначе, давай поедим, – сказал Билл. – Если только ты не хочешь послушать еще путевых историй.
– Продолжай.
– Давай поедим.
Мы спустились по лестнице и пошли по бульвару Сен-Мишель теплым июньским вечером.
– Куда пойдем?
– Хочешь, поедим на острове?
– Конечно.
Мы пошли по бульвару. И дошли до перекрестка с Рю-Денфер-Рошро, где стоят статуи двух человек в развевающихся мантиях.
– Я знаю, кто они. – Билл взглянул на монумент. – Эти джентльмены придумали фармацевтику. Не пудри мне мозги насчет Парижа.
Мы пошли дальше.
– Вот таксидермист, – сказал Билл. – Ничего не хочешь купить? Милую набитую собачку?
– Ладно тебе, – сказал я. – Ты глаза залил.
– Такие милые набитые собачки! – сказал Билл. – Несомненно украсят твою квартиру.
– Ладно тебе.
– Всего одну набитую собачку. Я могу что с ними, что без них. Но, слушай, Джейк. Всего одну набитую собачку.
– Ладно тебе.
– Станет для тебя всем на свете, когда купишь. Простой обмен ценностями. Ты даешь им деньги. Они дают тебе набитую собачку.
– Возьмем одну на обратном пути.
– Ну хорошо. Будь по-твоему. Дорога в ад вымощена некупленными набитыми собачками. Я не виноват.
Мы пошли дальше.
– Что это ты вдруг полюбил собачек?
– Всегда любил собачек. Всегда обожал набитых зверушек.
Мы остановились и выпили.
– Определенно люблю выпить, – сказал Билл. – Тебе, Джейк, тоже надо иногда.
– Ты обходишь меня на сотню с гаком.
– Не надо падать духом. Никогда не падай духом. Секрет моего успеха – никогда не падать духом. Никогда не падать духом на людях.
– Где ты напился?
– Заглянул в «Крийон». Жорж сделал мне пару Джек-Роузов. Жорж великий человек. Знаешь секрет его успеха? Никогда не падает духом.
– Выпьешь еще три перно и упадешь.
– Только не на людях. Если пойму, что сейчас упаду, уйду восвояси. Я в этом плане как кот.
– Когда ты видел Харви Стоуна?
– В «Крийоне». Харви малость упал духом. Три дня не ел. Больше не ест. Захирел, как кот. Грустная картина.
– Он в порядке.
– Великолепен. Только перестал бы хиреть, как кот. Переживаю за него.
– Что будем делать вечером?
– Совершенно без разницы. Только давай не падать духом. Допустим, тут подают крутые яйца? Если тут есть крутые яйца, нам не придется тащиться на остров, чтобы поесть.
– Дудки! – сказал я. – У нас будет регулярное питание.
– Просто предлагаю, – сказал Билл. – Хочешь двинуться в путь?
– Ладно.
Мы двинулись дальше по бульвару. Мимо проехал кэб. Билл посмотрел на него.
– Видишь этот кэб? Сделаю из него чучело и подарю тебе на Рождество. Хочу всем друзьям подарить чучела животных. Я натуралист.
Проехало такси, кто-то помахал нам из окошка, а затем постучал водителю. Такси подъехало к тротуару. Это была Бретт.
– Прекрасная незнакомка, – сказал Билл. – Хочет нас похитить.
– Здорово! – сказала Бретт.
– Это Билл Гортон – леди Эшли.
Бретт улыбнулась Биллу.
– Слушайте, я только вернулась. Даже ванну не принимала. Майкл прибывает вечером.
– Хорошо. Давай, поешь с нами, и пойдем вместе встречать его.
– Надо привести себя в порядок.
– Паршивая идея! Давай с нами.
– Надо принять ванну. Он будет не раньше девяти.
– Тогда идем выпьем, перед ванной.
– Это можно. Это не паршивая идея.
Мы сели в такси. Таксист оглянулся.
– До ближайшего бистро, – сказал я.
– Мы могли бы поехать в «Клозери», – сказала Бретт. – Не могу пить это паршивое бренди.
– «Клозери-де-Лила».
Бретт повернулась к Биллу:
– Давно вы в этом чумном городе?
– Только сегодня прибыл из Будапешта.
– Как там Будапешт?
– Чудесно. Будапешт чудесный.
– Спроси его про Вену.
– Вена, – сказал Билл, – странный город.
– Прямо как Париж. – Бретт улыбнулась ему, и в уголках ее глаз собрались морщинки.
– Точно, – сказал Билл. – Прямо как Париж в эту минуту.
– Вы взяли хороший старт.
Усевшись на террасе «Лилы», Бретт заказала виски с содовой, я тоже себе взял, а Билл взял еще перно.
– Как сам, Джейк?
– Отлично, – сказал я. – Хорошо провел время.
Бретт посмотрела на меня.
– Дура я была, что уехала, – сказала она. – Надо совсем тронуться, чтобы оставить Париж.
– Хорошо провела время?
– Да, ничего так. С интересом. Не слишком увлекательно.
– Видела кого-нибудь?
– Нет, почти никого. Никуда не выбиралась.
– Не купалась?
– Нет. Ничего не делала.
– Очень похоже на Вену, – сказал Билл.
Бретт улыбнулась ему одними глазами.
– Так вот как было в Вене.
– В Вене только так и было.
Бретт снова ему улыбнулась.
– У тебя славный друг, Джейк.
– Он ничего, – сказал я. – Он таксидермист.
– Это было в другой стране, – сказал Билл. – И вообще, все животные были уже мертвые.
– Еще по одной, – сказала Бретт, – и мне надо бежать. Пошлите уже официанта за такси.
– Их там целая шеренга. Прямо у крыльца.
– Хорошо.
Мы выпили и посадили Бретт в такси.
– Помни: в «Селекте» около десяти. И его бери. Майкл там будет.
– Мы там будем, – сказал Билл.
Такси тронулось, и Бретт нам помахала.
– Вот это девушка! – сказал Билл. – Чертовски мила. А кто этот Майкл?
– Тот, за кого она выходит.
– Ну-ну, – сказал Билл. – Привычные декорации для знакомства. Что бы мне послать им? Как насчет пары чучел скаковых лошадей?
– Лучше поедим.
– А она действительно леди как-ее-там? – спросил Билл в такси по пути к острову Сен-Луи.
– О, да. С родословной книгой и всем прочим.
– Ну-ну.
