Читаем без скачивания Вы прекрасны, вы грустны - Елизавета Луговская

На улице она познакомилась с молодым аптекарем Сильвио. Ему было всего шестнадцать лет, и он не отрывал дерзких глаз от Марго, пожирая глазами ее губы, шею, грудь. Молодость Сильвио - она это понимала - могла отогреть ее измученную душу, и она в этот же день пригласила его в гости, а потом и в свою спальню. Ради Сильвио она перестала спать с двумя другими своими любовниками - д'Обиаком и распутным капитаном Линьераком из своей свиты. Капитан д'Обиак смирился с новым выбором Марго, он считал, что Бог и так дал ему достаточно, ведь он провел с Маргаритой столько ночей. А вот Линьерак не мог смириться с тем, что его предпочли какому-то мальчишке-аптекарю. И однажды, узнав, что голубки в спальне Марго, он влетел, как коршун, и вонзил кинжал в грудь изумленного Сильвио, забрызгав его кровью голую Марго.

Марго вновь "вернулась" к д'Обиаку, а о Линьераке она не могла и думать. Теперь она уже не имела столько власти, чтобы казнить или миловать.

Около года провела Марго в Карлате. Она узнала, что Генрих III решил захватить в плен свою мятежную сестру и прислал за ней герцога Жуаеза с небольшим войском. Когда Жуаез подошел к городу, Марго решилась на побег. Как всегда, сзади на крупе коня верного д'Обиака она выехала из города, который служил ей убежищем. Они переходили вброд реки, пробирались сквозь густой лес, и наконец обессиленная Маргарита прибыла в замок Ибуа, который принадлежал ее матери Екатерине Медичи. Она рассчитывала, что мать разрешит ей там поселиться и не будет преследовать. "В том состоянии, в котором я оказалась, сжальтесь надо мной за все выпавшие мне долгие тяготы..." Но на следующий день Марго разбудил шум снаружи. Многочисленные всадники окружили замок. Она поняла, что бежать поздно: она в плену.

Маргарита была препровождена в неприступную крепость Юсон. Несчастного д'Обиака приговорили к смерти через повешение, как простолюдина, хоть он был настоящим дворянином. Палач повесил его, а потом бросил в наспех вырытую у подножия виселицы могилу, несмотря на то что несчастный еще дышал. Но когда д'Обиак всходил на эшафот, он страстно поцеловал голубую бархатную муфту Марго. Он не боялся смерти. Он добился того, чего хотел, он любил самую прекрасную женщину Франции и она отвечала ему взаимностью.

В Юсоне королева Марго провела почти 20 лет. Но когда она туда попала, ей исполнилось только 34 года. Это был величественный замок, опоясанный кольцом гор. Тюремщиком был комендант Канияк, мужчина невысокого роста и тщедушной наружности, который быстро превратился из тюремщика Марго в ее любовника, а значит, и слугу.

"Бедняга! - восклицает Брантом о Канияке. - На что он рассчитывал? Содержать в подчинении, в заключении, в плену женщину, которая своим взглядом и своей красотой может на весь мир наложить такие узы и цепи, что избавиться от них посложнее, чем от каторжных! Само собой, маркиз был восхищен, покорен этой красотой..."

В Юсоне ее жизнь потекла размеренно и очень спокойно. Она с философским спокойствием узнавала о том, какие страсти разгорались в Париже, как устанавливалось согласие между ее братом королем и ее мужем Генрихом, как умирал король от кинжала Жака Клемана.

Она занималась литературным творчеством. Писала мемуары, стихи. Читала своих любимых Горация, Овидия, Данте, Петрарку, Боккаччо. Любовь продолжала по-прежнему владеть ее мыслями. Приближаясь к сорокалетнему рубежу, она написала "Диалог между Маргаритой де Валуа и ломовой лошадью о любви". Одним словом, несмотря на свое вынужденное отшельничество, Маргарита жила полной жизнью. И, несмотря ни на что, оставалась внутренне свободной. Молодой Жозеф Скалиже говорил о ней с восхищением: "Она свободна, знает, чего хочет, мужчин у нее столько, сколько сама пожелает..."

Несмотря на то что возраст подходил к сорока, Марго чувствовала себя молодой, и ее все больше привлекали юноши. Они отвечали ей взаимностью, она вызывала у них восхищение, она была по-прежнему удивительно красива, хотя формы ее приобрели округлость. Впрочем, для Рубенса они могли показаться даже недостаточно округлыми.

Генрих Наваррский просил у нее развода. Она не стала возражать, стараясь извлечь из этого максимальную для себя выгоду. Он вновь, в очередной раз перешел в католицизм и собирался заключить брак с Марией Медичи, что и сделал 5 октября 1600 года.

В июле 1605 года Маргарита покинула Юсон и переселилась в Париж. Ее никто не держал в плену, она сама еще долгое время после своего "освобождения" жила в ставшем милом ее сердцу замке. Здесь начался новый период ее жизни, здесь она ощутила и развила в себе писательский талант, здесь с высоты гор она по-новому посмотрела на суету дворцовых интриг и вообще на суету жизни.

То, что ей было нужно, она имела в изобилии - честолюбивые мечты о короне Франции были небольшим эпизодом в ее жизни, о котором она и не вспоминала.

Итак, в июле 1605 года, когда ей было 52 года, она покинула Юсон вместе со своим молодым любовником Датом де Сен-Жюльеном. Он гарцевал на лошади рядом с дверцей ее кареты. Множество овернских дворян пришли проводить Маргариту до самых границ своей провинции. Они давно полюбили свою заключенную.

Марго отказалась от предложенного ей королем, ее бывшим мужем, замка Шенонсо, сославшись на то, что это слишком далеко от Сены, и попросила короля о предоставлении ей Мадридского замка в Булони. Король теперь выполнял все ее просьбы, обиды и вражда были забыты, и Марго интересовалась, как здоровье детей Генриха и Марии Медичи.

Когда она выходила из кареты, подъехавшей к ее замку, ей протянул руку, чтобы помочь сойти со ступенек, немолодой дворянин. Марго узнала красавца Шамваллона. Она улыбнулась ему, а про себя - приказу короля, который поручил встретить ее в Париже ее бывшему любовнику.

Когда Генрих увидал свою бывшую супругу, он, должно быть, испытал шок, хотя он вполне мог представить, что в пятьдесят с лишним лет Марго не будет выглядеть, как в двадцать. Но она была неисправима. Не желая признавать свой возраст, она одевалась так, как будто была молода. Глубокое декольте по-прежнему открывало большую часть груди, теперь, конечно, далеко не такой, как раньше. Однако и в этом возрасте отбоя от поклонников не было. Причем молодые люди руковод-ствовались не расчетом, они действительно влюблялись в легендарную Маргариту Валуа.

Марго и в пятьдесят была все так же ненасытна. И в Юсоне редкую ночь она спала без мужчины. Если с ней не было ее постоянного любовника, она не брезговала и молодым стройным лакеем. Это Маргариту Валуа имел в виду хроникер того времени Брантом, когда писал:

"Хороший воин всегда хорош собой, и особенно на войне, но если он не знает, что надо делать в постели, то пригожий и сильный слуга окажется никак не менее ценен, чем красивый и доблестный, но усталый дворянин".

Встреча бывших супругов длилась целых три часа. Они не могли наговориться, предаваясь воспоминаниям молодости. Генрих уже не обращал внимания на слишком неуместно открытое декольте Марго, он наслаждался беседой с умнейшей и интереснейшей из женщин, которые когда-либо встречались на его жизненном пути. В завершение беседы он заботливо и с полуулыбкой, таившей в себе недвусмысленный намек, сказал:

- Следите за своим здоровьем, не превращайте ночь в день, а день в ночь, как вы к тому привыкли.

- Я обещаю сделать все, что в моих силах, чтобы ваше величество были довольны, хотя для меня это далеко не просто, учитывая мои многолетние привычки, - лучезарно улыбаясь, ответила Марго.

Генрих заметил ей, что она чересчур расточительна. Хотя и понимал, что вряд ли сможет образумить ее не тратить так много его денег.

- Это совершенно невозможно, я не умею жить иначе, такова моя природа, - ответила Маргарита.

Другого Генрих IV и не ждал от нее. Валуа всегда швыряли деньги на ветер, проматывая свои доходы.

- Могу ли я увидеть дофина? - осведомилась она напоследок.

- Я вам это обещаю.

И на следующий день экс-королева нанесла визит королю. Генрих сказал ей:

- Душа моя, я всегда чувствовал себя привязанным к вам. Теперь вы снова в доме, где когда-то были столь могущественны...

Между Марией Медичи и Маргаритой не было никакой холодности, напротив, когда Мария увидела, как Маргарита искренне засвидетельствовала ей свое почтение - в этом не было ни капли лицемерия, - между ними возникло что-то вроде дружбы. Наследником престола, будущим Людовиком XIII, она была совершенно очарована и вскоре купила ему брошь за три тысячи экю. Одним словом, в отношениях с королевской семьей у Марго царила идиллия. Почему это произошло так поздно? Впрочем, Маргарита ни о чем не жалела. Она была благодарна Богу за все, что испытала в жизни.

Она вела в замке королевский образ жизни. Ни в чем себе не отказывая, она занималась творчеством и... любовью, как всегда. Перешагнув пятидесятилетний рубеж, что считалось в то время глубокой старостью, она с удовольствием принимала жаркие ласки двадцатилетнего Сен-Жюльена. Она питала к нему сумасшедшую страсть и вовсе не жаловалась на здоровье, что бы там Генрих ей ехидно ни говорил.