равно покупались. Оно и понятно, выбора у людей не было. Смерть от бешенства или дорогая панацея.
Остальные страны, если и производили лекарство, то старались этого не афишировать. Производимого количества все равно не хватало даже для своих, что уж говорить о продажах.
Люди сразу смекнули, куда все идет. На обеспечение Европы потребуется несколько лет. К моменту, когда болезнь подавят, половина населения там уже умрет от болезни. Все таки, бешенство было смертельным. Естественно, на Африке уже сейчас можно было ставить крест. Когда очередь дойдет до них, там останутся только кости. Человеческие кости.
И африканцы это понимали. И их это не устраивало. Ни один человек не хочет умирать. А в Африке тоже были люди. А чтобы выжить, люди готовы пойти на все!
И началась война.
12. Отпуск (3)
Хоть война и началась, наш город это мало затронуло, далековато мы были от границы. Единственным отличием стало появление большого количества полицейских на улицах. Как я поняла, они нужны были, чтобы контролировать порядок и, в случае появления зараженных, сразу устранять угрозу.
А еще, теперь стало обязательным ношение масок. На улицах, в магазинах, в торговых центрах и парках, везде. Проще говоря, выходя за дверь, ты обязан сразу одеть маску. А ведь лето на дворе! Морда лица потела только в путь!
Маски, маски, маски. Зачем?! Никто этого не понимал, но пришлось носить, ибо штрафы за отказ были не детские.
Напряжение просто зависло в воздухе. Появилось ощущение неминуемой беды.
Наша компания решила поехать в отпуск на природу, на сплав. Из-за начавшейся войны, было много ограничений, и выбор у нас был не слишком велик. Выбрав один из разрешенных маршрутов, мы собрали вещи и отправились в плаванье.
И да, Слипа в этот раз я взяла с собой, не забыла!
Лодки были маленькие, на два человека каждая, так что расселись парочками. Моя лодка заметно проседала, по сравнению с другими. Оно и понятно, кроме меня с Лешей, тут была еще и псина. А блохастый мой вымахал так, что мама не горюй! Половина моего веса точно есть, а может быть и половина Лешиного, не знаю, не взвешивала.
— Успокой свою собаку, а то мы так перевернемся! — недовольно воскликнул Леша, сидевший на веслах.
Даже удивительно, что он вообще взялся работать своими нежными ручками. Наверное, это потому что другие парни сразу заняли подобные места, не допуская даже мысли, что девушки будут грести. Пришлось и Леше заниматься подобным. Не мог же он допустить, чтобы он был единственным халявщиком, за которого работает девушка.
Однако, сейчас он был прав.
Слип впервые увидел реку. Он впервые плавал в лодке. Конечно, он был возбужден и весел, громко гавкая и прыгая по всей лодке туда-сюда, раскачивая наше маленькое судно и грозя перевернуть оное.
— Слип! К ноге! — скомандовала я.
Хоть и стоял август и было тепло, но вот оказаться посреди реки вместе со всеми вещами не очень хотелось.
Песик послушался, хоть и частично. Слишком он был взбудоражен, чтобы слышать и слушать меня, поэтому постоянно порывался снова пуститься вскачь. Приходилось придерживать его за ошейник.
— Хорошо бы еще, чтобы он заткнулся, — кивнул Леша, чутка удовлетворившийся переставшей прыгать блохастой скотиной.
— Чем он тебе мешает? — удивилась я. — Тявкает и тявкает, не кусается же.
— Громко очень. Глушит. Мне мои уши еще нужны, — проворчал в ответ Леша.
— Сам же его мне подарил, чем теперь недоволен?
— Подарил, — кивнул парень. — И теперь жалею об этом.
Пф! Странный все таки Леша. Сам подарил, сам же и недоволен, хотя с псиной возиться приходиться мне.
И вообще, наши отношения снова стали ухудшаться. Леше не нравилась моя хромота. Его родителям не нравилась возможно будущая хромая невестка. По этой причине, в наши отношения закралась прохлада. И вроде я не виновата, и в то же время понимаю, что выгляжу ущербно, и злость берет, что на меня бочку катят за то, что я исправить не могу.
Почему-то засела в голове мысль, что эта поездка должна расставить все по своим местам. То ли все наладится, то ли расстанемся.
Первые пару дней было весело и шумно. Особенно Слип способствовал хаосу в нашем лагере. Ему все было интересно: и воду покусать, и на белок погавкать, и за мышками погоняться.
Мы развлекались, как обычно. Шашлычки, уха, рыбалка, купание. Девчонки иногда устраивали часовые принятия солнечных ванн, а парни… а фиг его знает, что парни в это время делали, нам было не до них.
Скажем так, ЧП произошло на третий день. Днем, когда мы остановились на приготовление обеда, парни отошли отлить в кустах. И тут закричал Коля, парень Светы, скрючившись и хватаясь за свое мужское достоинство. Как оказалось, пока он занимался своими мокрыми делами, на его писающий хвостик села оса. И укусила. У мужиков это и так слабое место, а тут еще и оса. Короче, парню было больно. Очень!
Хорошо хоть, что мы остановились не так далеко от какого-то поселения. Света подхватила своего благоверного и потащила его к врачу. Угу, ей же с ним спать. И с парнем, и с его хвостиком. Понятное дело, что девчонка беспокоилась о своем будущем. В качестве помощи по доставке пострадавшего, пошли еще Леша и Миша, парень Оли, подхватившие Колю под руки и бодро потащившие больное тело вперед, через поля, пока Света порхала вокруг них, обеспокоенно взмахивая руками.
В лагере осталась я, Оля, Марина и Дима, Маринин парень. И Слип.
Пока наш отряд ходил за оказанием первой и последующей помощи, мы уже успели сварганить обед, поесть и позагорать.
— Идут, — окликнул нас Дима.
Мы подняли головы. Коля шел сам, частично. Его все равно придерживали парни, но в основном двигался сам, иногда болезненно морщась.
Света прибежала к нам первой, спеша поделиться новостями.
— Все в порядке. Ничего не пострадало, все будет, как и раньше. Просто пару дней с опухолью походит. К концу плаванья поправится. Должен, по крайней мере. Сказали, что если не будет улучшений, пойти к врачу еще раз. А то мало ли, аллергическая реакция.
Света еще что-то нам щебетала, но мы уже не слушали, мы заржали. Ну, зачем нам такие подробности? Все будет в порядке? Ок. Все, большего нам знать не надо. Не нам же спать с парнем и его хвостиком!
А после выслушанных ненужных подробностей, мы обратили более пристальное внимание на Колю, особенно на ту часть, что опухла. Тут даже свободные шорты не спасали, полностью выдавая
