— Романов на базу, быстро, — гаркнул комендант, и закрыл меня от наступающих на нас стеной раттерианцев. Я не стал себя долго упрашивать и со всех ног пустился бегом к себе в комнату. Даже охрана не остановила меня, они толпились у входа, с испугом поглядывая на образовавшуюся яму и своего начальника, который на незнакомом языке, что-то пытался втолковать разгневанным чужакам.
Влетев в комнату, я бросился к умывальнику, вымыл кристалл, налил в стакан воды и бросил туда ярко-зеленый прозрачный камень с черными прожилками. Вода запузырилась и приобрела темно-зеленый цвет, который стал постепенно светлеть, приобретая естественный прозрачный оттенок. Не успел я вытащить кристалл и спрятать его под подушку, как в дверь распахнулась и в проеме появилась фигура помощника коменданта.
— Романов, к Вороиру! — рявкнул он.
— Дай, водички попить, — попросил я, и схватил стакан, но не успел отпить и половины…
— Напился? Шагом арш… — не переставая кричать на меня помощник, выхватил стакан и поставил на столик около кровати. — Не заставляй себя ждать! — и грубо схватив меня за рукав, потянул к себе и вытолкнул в коридор, а сам остался в моей комнате. — Вот, зараза, — подумал я, — сейчас кристалл упрёт, а я даже не успел рассмотреть его.
В апартаментах Вороира, кроме него самого сидел доктор, который при виде меня, заохал, заахал, тут же усадил меня на стул, и стал ощупывать мою голову.
— Надо бы рентген сделать, как бы сотрясения мозга не было — проворчал он, больно нажав на ушибленное место. Я застонал:
— А полегче нельзя? Все-таки больно!
— Простите, простите! — скороговоркой прошептал он. — И как же вас так угораздило?
— По морде получил! Так и угораздило — отбоярился я.
— Так зачем вы туда пошли?
— Куда?
— Ах, Романов, вы прекрасно понимаете, о чем я говорю! Что вас заставило резко свернуть и пойти на место, под которым наши славные ребята землю рыли.
— А на кой… — тут уж поматерился и я — они рыли? Может быть, вы объясните мне?
— Вы человек новый здесь, наверное, не в курсе, под нашими ногами залежи самоцветных камней, которые очень ценятся у нас дома. Вот ребята и стараются, хоть как-то обеспечить себе жизнь в будущем, когда срок заключения их истечет, и они смогут вернуться, — охотно стал выговаривать доктор. — Ну, я так думаю, не рассчитали малость, и вышли за территорию. А тут вы, своей тяжестью, обвалили землю. Это же скандал! И как, скажите на милость, нам его замять теперь? Вы понимаете, что наделали?
— Так, нашли крайнего… — разъярился я. — Если ребята рыть не умеют, так моя в чём вина? Ну, не я, так завтра кто-нибудь из вас все равно провалился бы…
Не успел я договорить, как в комнату вошёл помощник коменданта и положил перед Вороиром мой кристалл: — Это он спрятал под подушку, — отрапортовал он.
Директор лаборатории с такой поспешность и алчностью схватил кристалл, что я понял, больше мне его не видать.
— Откуда у тебя это? — спросил он, подозрительно глядя на меня.
— Нашёл, — пожал плечами, все стало как-то безразлично. Я почувствовал усталость, и сильно разболелась голова. Стало подташнивать. Перед глазами все поплыло.
— Где?
— На земле валялся, за ним и полез, а тут под ногами почва расползлась, я и упал…
И тут что-то со мной случилось. Я как бы выплыл из тела и повис под потолком. Как-то бесстрастно наблюдал, как я сам, там внизу, свесил голову вбок, а затем и сам стал клониться, и если бы не помощник коменданта, снова грохнулся бы головой об пол. Меня перетащили на диван.
— Сознание потерял, — констатировал доктор. — Все-таки у него сотрясение мозга. Позови людей. Надо его ко мне перенести, — обратился он к помощнику.
Когда тот скрылся за дверью, Вороир спросил: — А ты уверен, что он не притворяется?
— Абсолютно уверен, — ответил доктор, — и нам это на руку, сейчас посмотрим, что там с чипом. Почему прекратилась передача информации.
Потом меня тащили на носилках в больничный корпус. А я плыл за ними, не отставая. Вспоминая сейчас свой полет, мне кажется странным то, что совсем не было эмоций. Словно это так и нужно было. Подошёл комендант, поинтересовался, что со мной, как-то зло поглядел на Вороира, и, подойдя к доктору, тихо попросил: — Помогите мальчику, он славный паренек.
— Конечно, конечно, — заверил эскулап, — это мой долг. Вы не волнуйтесь, с ним все будет хорошо. Небольшое сотрясение мозга, сознание потерял. Это бывает, не волнуйтесь, организм у него крепкий, быстро на ноги поставим…
В больничной комнате мое тело запихнули в какую-то капсулу, а остался за ее пределами, и отстраненно наблюдал за происходящим.
— Плохо дело, — сказал доктор, — разглядывая что-то на дисплее компьютера.
— Что такое? — забеспокоился Вороир.
— У него началось нагноение вокруг чипа, боюсь, удар спровоцировал.
— Не ерунди, нам сказали, что чип хорошо лег, соединительные волокна вжились нормально.
— А вот это что такое, по-твоему?
— Чёрт знает что? И что делать будем?
— Надо его вынимать?
— Ты с ума сошёл! Ты что хочешь всю операцию под удар поставить?
— Не ори! Если не вынем, наша подсадная утка совсем из строя выйдет! И тогда все сызнова начинать? Где еще такую «болванку» найдем? И сколько это времени займет? В этом парне все сложилось как нам надо, и его психоэмоциональное состояние и качество интеллекта, да и все остальное.
— Но мы же не сможем его контролировать?
— Временно, временно! Как только все заживет, новый поставим. Сколько их у нас?
— Четыре.
— Ну, вот видишь, не все так страшно! Соединительные волокна останутся, смотри, они в порядке. Гной только вокруг чипа. Мы его вынимаем, ранку промываем. А через недельку, другую поставим новый. А этот попытаемся расшифровать. Мы должны знать, что он видел в городе.
— Ладно, давай!
Меня вытащили из капсулы, положили на операционный стол, и двое мужчин склонились над моей головой. Копошились они недолго. И вскоре в лоток было брошено что-то крошечное, все в слизи. Вороир схватил его и бросился в другой конец операционной. Я повернул голову, и увидел, как он тщательно что-то сушит, держа между большим и указательным пальцами. Затем быстрыми шагами он направился в другую комнату, дверь оставил открытой, а доктор все возился с моей головой.
— Вот чёрт! — послышался возглас директора Лаборатории.
— В чем дело? — отозвался нехотя доктор.
— Нет записи его пребывания в городе.
— Не может быть! — в голосе эскулапа послышалась тревога.
— Иди и сам посмотри…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
