этого мира потрясающей через три года. Мне нужен кто-то, кто будет ее телохранителем, кто-то, кому я могу доверять, чтобы никто не прикасался к тому, что не принадлежит ему или кому-то еще.
Глаза Ромеро расширились, наконец-то поняв смысл. Маттео и Чезаре тоже выглядели удивленными.
— Лука. — тихо сказал он. — Если ты выберешь меня в качестве телохранителя Арии, клянусь, она будет в безопасности. И я никогда даже не буду думать о ней неподобающим образом.
Маттео фыркнул.
— Не клянись на этом. У меня такое чувство, что будет трудно не думать об Арии.
Я пристально посмотрел на Ромеро.
— Ты знаешь, что я доверяю тебе, и ты один из моих лучших солдат, но то, что я только что сказал Раффаэле, справедливо для любого, кто прикоснется к ней.
Мои глаза скользнули по всем трем мужчинам, прежде чем я ухмыльнулся и поднял руку, прося бармена налить ещё. Они получили сообщение.
ГЛАВА 4
━━➳༻❀✿❀༺➳━━
ПОЧТИ 3 ГОДА СПУСТЯ
Маттео помахал газетой в воздухе, когда вошел в мой пентхаус. Поставив чашку кофе на стол, я поднял брови.
— С каких это пор ты читаешь газеты? — спросил я.
Конечно, нам нужно было быть в курсе политических событий, особенно законодательства, но для этого и был интернет. Неужели Маттео думает, что так он будет выглядеть лучше? Как какой-то гребаный бруклинский хипстер?
Я бы не исключил, что он стал бы носить с собой газету для модных целей.
Его ответная улыбка вызвала у меня подозрения.
— Увидел интересную статью в интернете, когда проверял новости в постели сегодня утром и решил получить физическое доказательство этого.
— Чего же?
Маттео подошел к кухонному бару и положил передо мной газету. Мои брови удивленно поднялись, когда я увидел заголовок и фотографию.
Та самая девушка, которая отхватила самого востребованного холостяка Нью-Йорка!
Под заголовком была моя фотография, а рядом фотография Арии. На секунду я застыл. Я не видел Арию последние три года после нашей помолвки. Не было никаких причин. Я посылал ей подарки на Рождество, годовщину нашей помолвки, День Святого Валентина и ее День Рождения — последний вчера на ее восемнадцатилетие.
Ария была до боли красива. Фотография не была официальной. Казалось, что папарацци засняли без ее ведома, поэтому ее взгляд был отстраненным, когда она смотрела в камеру.
Она шла по улицам Чикаго, неся несколько пакетов, а за ней следовали Умберто и ее второй телохранитель. Она была одета в короткое серое зимнее пальто, большой белый шерстяной пуловер, душераздирающе короткую клетчатую юбку и серые замшевые сапоги, которые демонстрировали ее стройные икры и ноги. Ее длинные светлые волосы ниспадали на плечи, и боже мой, ее лицо… я даже не был уверен, что она была накрашена, но она была потрясающей.
— У тебя слюни текут, — сказал Маттео, наклонившись ко мне. Мои глаза метнулись к нему. — И у него тоже.
Маттео указал на мужчину на фотографии, который чуть не сломал шею, чтобы посмотреть вслед, наблюдая за Арией.
Мне захотелось узнать, кто он такой, и убить его просто ради удовольствия. Но у меня было чувство, что я не перестану убивать, если буду наказывать каждого парня, который смотрел на мою невесту.
— Должен сказать, я немного задет тем, что они не посчитали меня самым востребованным холостяком Нью-Йорка. Посмотри на меня. — Маттео отступил назад, чтобы я мог полюбоваться им в его одежде.
Чертовы байкерские ботинки, кожаная куртка и рваные джинсы.
— Тебе больше не нужно об этом беспокоиться. Согласно этому, я теперь вне рынка. — сухо сказал я.
— Ты знал, что новость просочится в прессу?
Я отрицательно покачал головой. Отец не сказал мне, когда именно выйдет газета. Я просмотрел статью, чтобы узнать, что они написали про Арию.
Длинный список завоеваний Луки Витиелло, безусловно, прольет пару слез, узнав, что наследник с оценочно чистым состоянием в 600 миллионов долларов больше не одинок.
— Они даже лишили тебя наследства в статье, — сказал я брату.
Мы с ним оба унаследуем состояние отца, а оно приближается к 700 миллионам долларов, но что значит плюс-минус сто миллионов для прессы? Они, как обычно, свели свою проверку фактов к минимуму.
Его будущая жена, Ария Скудери, как и ожидалось, является старшей дочерью владельца сети ресторанов — Рокко Скудери.
Я чуть не фыркнул. У Рокко определенно был бизнес, связанный с несколькими ресторанными, но это определенно не входило в его должностные обязанности.
О его связях с чикагским преступным миром ходили слухи, но никогда не имели подтверждения. То же самое можно сказать и о Витиелло, что приводит к вопросу нас о том, как возникла эта связь. Сальваторе Витиелло и Рокко Скудери отказались от каких-либо комментариев. Нельзя не задаться вопросом, как Ария Скудери убедила наследника Витиелло отказаться от своего холостяцкого пути.
Я закрыл газету. Что за чушь.
Мой телефон зазвонил, и на экране вспыхнуло имя Грейс. Обычно она знала, что лучше не звонить мне. Это я назначал встрече, а не наоборот.
— Это сердитое кольцо, — сказал Маттео с ликованием.
Я поднял трубку, но не успел произнести ни слова, как голос Грейс пронзительно зазвенел у меня в ухе.
— Когда ты собирался мне рассказать? — ее голос был злым и плаксивым.
Маттео усмехнулся и допил мой кофе.
— Рассказать тебе что?
— Что ты собираешься жениться, конечно!
— Это не твое дело.
— Что? — взвизгнула она. — Мы трахаемся уже три года. Думаю, я заслуживаю…
— Ты ни хрена не заслуживаешь, Грейс. Как ты и сказала. Мы трахались, и если я правильно помню, мы оба трахали других параллельно в то время.
Тишина.
— Я бы согласилась, что ты был единственным, если бы попросил.
— Я не хотел этого делать. Мне все равно, кого ты трахаешь.
Маттео тихо засмеялся, и мне захотелось швырнуть телефон в его хорошенькую головку.
— Так ты думаешь, что я просто позволю тебе трахать меня, когда ты женишься, как будто ничего и не изменилось?
— Во-первых, я еще не женат. Во-вторых, ты и раньше трахалась с женатыми парнями. И в-третьих, в тебе нет ничего особенного, так что мне плевать, позволишь ли ты мне трахнуть тебя или нет.
— Лука. — ее голос стал еще более жалобным. — Ты же это не всерьез. Почему бы нам не встретиться позже и не повеселиться?
Я повесил трубку. У этой девушки не было гордости.
Маттео усмехнулся.
— Ваша светлость, драма снова скрашивает мой день.
— Пойдем в додзе. Я хочу исправить твое
