Эти слова как молотом отозвались в Эше.
— Понимаю.
Кивнув, он повернулся и направился прочь из комнаты, каждым шагом сапог по ковру все глубже вколачивая полученное от этих слов оскорбление.
Он действительно понимал. Теперь он все видел ясно. Джек отлично донес до него свое послание. Эш — недостаточно хорош и не заслуживает сохранить полностью себе империю, которую выстроил из двух разваливающихся игорных домов. Он просто не достаточно хорош, чтобы стать единственным наследником Джека.
Вот только никто не смеет говорить ему, что он недостаточно хорош. Что не может чего-то иметь, что бы ни сделал, что бы ни сказал, и как бы усердно ни старался. Эш доказал это за прошедшие годы.
И докажет снова.
Он может не хотеть жениться, но сделает это.
Эш получит одну из дочерей Джека, украдет ее прямо из-под его носа. Какого бы чертового герцога Джек не подыскал для нее, тот просто останется ни с чем. Потому что Эш не собирается проигрывать.
Ни за что.
Глава 7
Она была одета явно неподходяще к случаю.
Эта достойная сожаления мысль промелькнула в голове Маргарит, когда она вошла в гостиную Джека Хадли, чтобы присоединиться к своим сестрам. Ее отец, как проинформировал девушку дворецкий, был в данный момент нездоров, но позже присоединится к ним. В самый раз. В конце концов, она пришла сюда не ради него.
— Маргарит? — Старшая из двух девушек поднялась, ее изящные юбки заколыхались, когда она с легкой уверенностью двинулась вперед. — Я боялась, что ты не придешь. — Она жестом указала в сторону другой девушки, очень тихо сидящей с аккуратно сложенными на коленях тонкими руками. — Мы начали опасаться, что ты не захотела встречаться с нами.
— Конечно, я хотела встретиться с вами. Обеими.
«Особенно перед тем, как уеду».
Маргарит нехотя шагнула вперед, неуверенная, куда сесть.
— Проходи, садись. Я Грир, а это Клеопатра.
— Клео, — поспешно поправила та, чьи волосы были почти такими же темными, как у Маргарит. Мрачная улыбка скривила ее губы. — Моя мать немного с причудами.
— Ты живешь с матерью?
На кончике языка Маргарит вертелся вопрос, почему она здесь, если у нее есть мать.
— Да, и с отчимом, — гримаса пробежала по бледному лицу девушки. — И со сводными братьями и сестрами.
— Четырнадцатью, ты можешь в это поверить? — вставила Грир, заправляя золотисто-каштановый локон обратно в свободно собранный пучок на затылке. Ее кожа была немодно загорелой, но даже это не скрывало россыпь коричневых веснушек на носу и щеках.
Грир наклонилась вперед. Дотянувшись до чайного сервиза, она наполнила чашку Маргарит.
— Четырнадцать? Как замечательно, — пробормотала Маргарит.
Клео пожала плечами.
— Не очень. Зачем еще я ответила на требование явиться от отца, который никогда прежде не стремился меня признать?
Маргарит медленно кивнула, ценя ее искренность и ощущая отголоски того же чувства, нахлынувшего на нее.
— Значит именно поэтому ты здесь?
— Поэтому мы обе здесь, — прояснила Грир. — У нас обеих ограниченные возможности. Клео устала быть одновременно прислугой, поварихой и нянькой, а я… ну, мне просто нужно было убраться подальше от дома. — Темные глаза Грир приняли отсутствующее выражение. Она потянула плотно облегающий рукав и почесала под ним запястье, что убедило Маргарит в том, что девушке было бы значительно удобнее в чем-то другом. — Мне надо было уйти давным-давно, но у меня никогда до этого не было возможности. И вот мы тут. А что насчет тебя? Ты останешься?
— Нет, это не входит в мои намерения. Я пришла, чтобы встретиться с вами обеими. — Маргарит прочистила горло, решив, что сейчас такой же хороший момент, как и любой другой, чтобы сообщить о своем намерении покинуть страну. — Прежде, чем я уеду.
— Уедешь? — спросила Клео. — Куда ты едешь? Ты же только приехала.
— Я уезжаю. Завтра. В Испанию.
— Испанию? Как волнующе. — Грир сделала большой глоток чая и потянулась за печеньем. — Я не уезжала из дома дальше, чем сюда. Будет справедливо предположить, что ты не стеснена печальными обстоятельствами, заставляющими тебя принять гостеприимство отца, который всю жизнь пренебрегал тобой? Хорошо тебе.
Маргарит вздрогнула. Она едва ли считала свои обстоятельства хорошими.
— Но что насчет сегодняшнего вечера? — спросила Клео, ее глаза стали светлыми от огорчения. — Ты не собираешься присоединиться к нам?
— Сегодняшнего вечера?
— Ты разве не получила мое письмо? — Клео покачала головой. Свет, льющийся сквозь окно, разделенное средником [6], падал на ее темные волосы, отчего они местами отливали синевой. — Джек дал мне твой адрес. Я послала письмо два дня назад. Думала, что ты поэтому приехала сегодня.
Маргарит сглотнула. Она выехала из пансиона вчера. После ужасного кошмара девушка стремилась быстрее покинуть пансион. Каждый раз, когда она бросала взгляд в угол арендованной комнаты, она ожидала снова увидеть темную, закутанную в плащ фигуру Смерти.
Кроме того, Роджер настаивал на том, чтобы разместить ее в отеле до их отъезда. Его сестры жили с ним в городе, так что едва ли было приемлемо останавливаться у него, но он жаждал начать играть роль благодетеля.
— Что будет сегодня вечером?
— Джек устраивает для нас небольшую вечеринку.
Улыбка Клео выглядела натянутой и нервной, как будто слова причиняли ей боль.
— О, называй все своими именами, — отрезала Грир, покончив с печеньем и стряхивая крошки со своих юбок.
— Я уверена, что мы сможем найти для тебя что-нибудь из одежды, — предложила Клео, в ее голосе слышалась надежда.
— Разве ты не слышала ее? — спросила Грир. — Она уезжает в Испанию. Не думаю, что у нее есть желание заманивать в ловушку мужа сегодня вечером, как, предполагается, будем делать мы.
Муж. Слово ножом прошло сквозь Маргарит, как петлей обвившись вокруг ее шеи. Мадам Фостер сейчас словно была рядом с ней, шепча на ухо: «Ты выйдешь замуж».
— Заманивать в ловушку мужа? — умудрилась вымолвить она пересохшими губами.
— Джек пригласил нескольких джентльменов познакомиться с нами сегодня вечером. Это будет особенный прием.
— Особенный, — фыркнула Грир. — Скорее аукцион для того, чтобы эти дворяне могли оценить нас как потенциальных жен. Вот почему он собрал нас. Он хочет выдать нас замуж за каких-то щеголей с голубой кровью, так чтобы он смог называть себя одним из них. — Она вздохнула. — Но перспектива удачно выйти замуж, безопасности… никогда больше не волноваться о крыше над головой… — Девушка твердо кивнула один раз. — Я была бы дурой, если бы упустила такую возможность.
