- Да-ааа, наверное. Но ты простишь меня?
- Конечно. А теперь - на кухню, Выпей стакан теплого молока и спать. Слышишь меня? Спать.
Ощущаю себя маленьким глупым ребенком. Послушно бреду на кухню. Подогреваю молоко. Заставляю себя выпить его. И отправляюсь в спальню. Как ни странно, засыпаю быстро. Последнее, о чем успеваю подумать:
- Какая она хорошая, Элинка… Вот умеет же найти нужные слова…
Глава 18
Звонок Мамаева застал меня уже на выходе из офиса. Накопилось много мелких вопросов, на решение которых ушел весь день. Я с удовольствием погрузилась в рутинную коммерческую деятельность. Работа всегда спасала меня от сложностей в личной жизни.
Бизнес мог принести неудачи финансового характера или порадовать удачной сделкой и прибылью. Но в любом варианте, он не терзал сердце, не взрывал мозг до такой степени, чтобы хотелось зарыться с головой под подушку и кусать кулаки, пытаясь предотвратить подступающую истерику.
Предстоящая встреча с Тарасом хоть и не обещала приятных минут, однако тоже отвлекала от мыслей о Соболеве. А именно они нет-нет да и прорывались сквозь толщу будничных дел.
- Милана, Вы уже освободились? – вот так сразу, без предисловий. В этом весь Мамаев.
- Да, я уже вышла из офиса.
- Через минуту я подъеду. Буквально одну минуту подождите.
- Но я и сама могу подъехать. Назовите только, куда именно.
- Нет, что Вы. Оставьте свою ласточку. Я уже подъезжаю.
Буквально через пару секунд он уже остановил рядом с офисом свой шикарный седан стального цвета. Машинка, конечно, впечатляла, но, как и все, что было в самом Мамаеве, оставляла впечатление холодности. Особенно ярко эта особенность хозяина и его автомобиля бросалась в глаза на фоне моей бордовой, как он правильно отметил, ласточки – AUDI A3.
Внушительная фигура Тараса уже нарисовалась передо мной, поражая ростом не менее двух метров. Его широкие плечи, накачанные бицепсы и внушительная борода в сочетании с решительным шагом слегка напрягали, даже отпугивали.
Если бы не мама, я бы далеко стороной обходила этого внушительного мужчину с признаками даже некоторой свирепости.
Однако в галантности ему было трудно отказать. Пока я прокачивала в мыслях его фактурность, он уже оказался рядом. Взял меня под локоток и препроводил к автомобилю. Молча. Только слегка склонил голову на бок в знак учтивого ко мне отношения.
Это что же получается? Пригласил для разговора, а сам ждет, что я буду заполнять паузы? Ну, нет! Я тоже помолчу.
В ожидании заказа разглядываю зал. Делаю вид, что меня очень интересует оформление интерьера. Изучаю меню! И, слегка перефразируя Маяковского, думаю: и каждый миг «ужасно злить меня вот это стало».
Мое настроение не осталось незамеченным.
- Тебе здесь не нравится? - наконец, прерывает молчание Мамаев. – Мы можем поехать в другой ресторан или клуб.
- Нет, что ты, - не считаю нужным обращаться на «Вы» к человеку, который вот так, запросто, не заручившись моим согласием, переходит границы.
- Милана, чем вызвано такое недоброжелательное отношение ко мне? Я тебя чем-то обидел?
Ну это вообще за гранью! Что он себе позволяет?
- Не поняла, о чем ты? И вообще, ты хотел поговорить о какой-то проблеме?
Меня бесит этот пинг-понг на «ты - Вы». Но раз он так по-свойски ко мне обращается, то почему я должна ему выкать?! Моя правая нога уже не может удержаться от нервного покачивания. Даю себе установку успокоиться и выдержать это испытание. Но сомневаюсь, что меня хватит надолго.
- Да, у меня к тебе деловое предложение.
О! Это уже что-то новенькое! Смотрю на Мамаева с интересом.
- Понимаешь, мне сложно понять мотивы моей тети и твоей матери. Но мне кажется, что они решили нас поженить.
Вспыхиваю как маков цвет. И как он может говорить со мной об этом! Может еще возомнил, что я мечтаю выйти за него? Это уж слишком! Чурбан толстокожий.
- Впервые слышу, - произношу уже с нескрываемым возмущением. – И что же ты предлагаешь, раз уж пригласил меня для обсуждения этой проблемы?
- Я бы не хотел расстраивать тетушку и…
- Мою маму? – не даю ему договорить.
Меня бесит каждое его слово! А он… Ничего себе! Он вдруг берет в свои огромные руки мою ладошку. Я вздрагиваю и машинально пытаюсь избавиться от его тактильного посягательства.
- Извини, не удержался, - в голосе появились новые оттенки. Он произносит последние слова приглушенно и мягко. Даже нежно.
О нет! Только не это. Я ничего не понимаю. Или он настолько вообще не умеет поддерживать беседу с женщинами. Или просто теряется именно в моем присутствии. Или…
А он смотрит мне прямо в глаза. Взгляд восторженный, даже нежный.
Мне все-таки удается отнять свою руку. Жду объяснений. Так чего он хочет? Угодить тетушке и моей маме или признается мне в своих… чувствах? Вот только не надо этого. Мне больше нравится первое предположение.
- Милана, ты не подумай, я здесь с тобой не потому, что исполняю их желание. Да, расстраивать тетушку не хочу. Но должен признаться, что буквально с первой встречи постоянно думаю о тебе.
Чувствую, как округляются мои глаза и приподнимается краешек губ. Вовремя прячу зарождающуюся усмешку, оставляя только изумление. Если честно, то мне уже не до насмешки. Не знаю, как себя вести. И начинаю понимать странности в его поведении.
- Именно об этом Вы… ты хотел поговорить со мной, - слова даются с трудом. Неужели он смутил меня своим признанием?
- Да, я понимаю, что мое внезапное появление при первом знакомстве шокировало и возмутило тебя. При второй встрече я тоже выглядел нелепо.
- И я прекрасно понимал, - продолжал он, - что тебя возмущает мое появление именно потому, что выглядит оно не совсем в рамках допустимого. Меня буквально парализовало осознание, что ты видишь во мне потенциального претендента на твою руку и сердце, но избранного не тобой, а твоей матушкой.
Его сумбурное признание привело меня в замешательство. Я не знала, как воспринимать его слова. Получается, не такой уж он бука. А его странное поведение объясняется тем, что ему буквально навязывали меня в качестве… потенциальной жены.
То есть, как выяснилось, мы оба изначально понимали, что нас упорно навязывают друг другу. И это, естественно, вызывало у нас негативное восприятие и отторжение.
Принимаю неожиданное решение. Расплываюсь в добродушной улыбке. Надо как-то сгладить ситуацию и выяснить, что ему от меня надо.
- До сих пор не могу понять, в чем же заключается твое деловое предложение.
- Ах, это! – Мамаев уже говорит просто и даже с некоторой легкостью. - Я хотел предложить тебе не шарахаться от меня как от прокаженного. И не видеть во мне мужчину, с которым тебя пытаются свести. Давай просто начнем общаться. Словно мы с тобой только сегодня познакомились. САМИ. Понимаешь, о чем я?
- Понимаю… с трудом. И что дальше? Ты начнешь за мной ухаживать?
- Это как получится. Только главное условие – наши близкие ни при чем. Их вмешательство вызвало у тебя негатив ко мне. Признаюсь, до того, как я тебя увидел, тоже не особенно горел желанием знакомиться с тобой. Всякое давление, как любой уважающий себя человек, воспринимаю отрицательно.
- В этом я тебя поддерживаю.
- Значит, мир? Как Вас зовут, девушка?
Улыбаюсь и называю свое имя.
- А меня – Тарас Мамаев.
Мы уже смеемся. Напряжение проходит. Оказывается, Мамаев даже шутить умеет.
Беседа продолжается уже в дружеском русле. Он расспрашивает обо мне, рассказывает о себе. За ужином мы прекрасно проводим время. Я вижу Мамаева в другом свете. Он – неплохой собеседник.
Даже его жуткая борода уже не пугает меня…
Глава 19
Время пролетело незаметно. От неприязни к Мамаеву не осталось и следа. Мне не давали покоя только некоторые вопросы. И я, перешагнув неловкость, решилась задать их Тарасу.
