Я сгребаю её в охапку, сажу на колени, обвиваю одной рукой за талию, вторую запускаю в волосы, а потом… потом уже и не помню, где, когда и насколько долго блуждают мои руки, губы, мысли.
Нет, мыслей точно нет – они улетели, как стая вспугнутых птиц.
- Что мы делаем?.., - первой очнулась Надя.
Её губы дрожат, сама она вибрирует в моих руках, словно тетива, только что пустившая в полёт калёную стрелу. Прямо мне в сердце.
- Сходим с ума? – я не хочу её отпускать, не хочу приходить в себя.
Потому что мне безумно хорошо рядом с ней. Чувствовать её тело, вдыхать аромат кожи, но… кажется, я забыл, что у меня уже была жена. Любимая, истинная.
- Прости, я не сдержался, - поднимаюсь на ноги, иду в комнату глотнуть воды.
- Я тоже слегка потеряла бдительность, - Надя вскакивает на ноги, бросается к выходу.
Хлопает дверь.
Драх! Я вёл себя, как распоследний драх! И по отношению к деве и по отношению к памяти о моей жене. О, Размар, неужели ты решил меня искусить?
Я ставлю на стол стакан, стремительно выхожу из дому, около него уже никого нет. Быстро она скрылась, что ж, я тоже не мешкаю - двигаюсь в сторону зместника. Там мой Дарт, он знает, как унять мою тоску – бешеная скорость, ветер в лицо и только дорога впереди.
Это по-моему, это правильно.
Надежда
Я держалась, как могла. Еле вытерпела, не показала ни словом, ни жестом, что со мной на самом деле творится. О, меня можно записывать в книгу рекордов Гиннеса по покерфейсу! Конечно, мои конвоиры удивились, что я столь стремительно движусь в сторону замка, но я коротко проронила:
- Мне надо в туалет.
Всё, больше они ни о чём не спрашивали.
О, Боже, где была моя голова? Где был мой инстинкт самосохранения? Урлух словно околдовал меня, казалось, что всё неважно рядом с ним, что именно это – правильно.
Хвала остаткам мозгов, они всё-таки сумели вспомнить, кто есть кто и что делать категорически нельзя. Нельзя, я сказала! Да, его губы сводят с ума, его прикосновения дарят приятный жар, чувство защищённости от всего мира, но…
Я поклялась самой себе, что больше никогда не поверю мужчине.
Зайдя в ванну, я обнаружила, что там стоят два ведра холодной воды. Похоже, скоро принесут горячую, но сегодня она мне не нужна. Заперев дверь комнаты, я буквально сорвала с себя одежду, забрала волосы в высокую шишку, встала в ванну и…
- Ну, поехали!
Не знаю, как Гагарину в космосе, но мне было очень свежо. Вода оказалась не просто холодной, а ледяной. Видимо, её совсем недавно достали из колодца.
- Ух! – невольно вырвался сдавленный вздох. – Отлично!
Холодная вода стала для меня с некоторых пор лучшим лекарством. Скажи я родителям, да тому же Дилярову, что теперь моржую, они бы никогда не поверили. Как и в то, что я езжу на байке и планирую завести собаку. Когда-нибудь.
Раньше я была нежной барышней со странной специальностью – программист. Точнее, я тогда её только получала, когда познакомилась с Диляровым на дне рождения одной из знакомых. Не знаю, что он, успешный бизнесмен, делал на студенческой вечеринке, видимо, искал молоденькую дурочку. Нашёл. Меня.
- Да пошли они все! – с этим боевым кличем я опрокинула на себя второе ведро воды. – Ох!
Мозги окончательно прочистились, тело охватил жар, кожу покалывало, словно в неё тыкали множеством мелких иголочек. Прикольное ощущение.
Вытершись насухо, я надела ночную рубашку – довольно изысканное одеяние, стоит отметить, а потом забралась на кровать. Мыслей почти не было, остатки ощущений я смыла, поэтому в теле и голове царила блаженная пустота. Пустота, в которой я спасалась все эти годы, которая как никто другой помогала восстановить душевно равновесие.
Люблю это чувство.
Утро встретило меня солнцем в глаза и новыми испытаниями. Во-первых, мне приснился очень неприличный сон с участием Урлуха, от которого вновь захотелось облиться ледяной водой, а во-вторых, прибыла горничная. И она категорически не поняла моего желания: навела тёплой воды, принялась хлопотать, всячески избавляя от лишних телодвижений. А вот они как раз бы не помешали!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Впрочем, я быстро всё расставила по местам. Воду мне снова принесли, причём нужной температуры, платье, которое уже успели сшить, тоже надела сама и отправилась к Алёне, оставив страдать бедную девушку от когнитивного диссонанса.
Что поделать, мне тоже нелегко со всем этим!
- Дорогая, ты пропустила много интересного, - Алёна сияла довольной улыбкой, вертя в руках чудесной красоты ткань. – Эти нулонцы такие любопытные, такие обходительные, привезли множество изумительных даров.
Она показала, как переливается на солнце витиеватый рисунок, как тонка и в то же время прочна ткань.
- Ничего, мне тоже было занимательно, - я сделала вид, что ничего такого между нами с Урлухом не произошло, кроме копания в байке.
- Надо же, как ты изменилась, - проронила она.
- Ты тоже, - усмешка скользнула по моим губам. – Никогда бы не подумала, что ты будешь королевой.
- О да, мы предполагаем, а Судьба располагает, - Алёна отложила ткань, подошла ко мне поближе. – Слушай, наверное, тебе покажется это бредом, но в этом мире я научилась прислушиваться к Богу, к Судьбе. Возможно, тебя сюда занесло вовсе не случайно…
- И?.. - Я приподняла бровь, прекрасно понимая, к чему она клонит, но не спеша это озвучить.
- И вполне вероятно, что твоя вторая половина именно здесь, тем более что с Даном у вас не вышло, - она прошлась из стороны в сторону, явно волнуясь.
- Послушай, я бесконечно благодарна тебе за помощь, - шагнула к ней и даже взяла её за руку, что на самом деле для меня очень сложным моментом, - но неужели ты ничего не слышала о нас с Диляровым?
- Нет, я была погружена в учёбу и волонтёрство, а что?
- Это было…, - я сглотнула, но всё-таки решила признаться. Хотя бы частично. – Это было ужасно. Он избил меня до полусмерти, я лежала в больнице, потом был развод. А до этого я застала его с собственной подругой – теперь уже бывшей – в одной постели.
- О, Боже! – Алёна вскрикнула и тут же прикрыла рот рукой. – Прости, я не знала!
- Да, и после этого я не хочу не то чтобы замуж выходить, вообще с кем-либо связываться.
- Я, - она запнулась, сглотнула вставший поперёк горла комок и продолжила, - я понимаю твои мотивы. И не буду настаивать. Знаешь, даже хорошо, что вы с Урлухом нашли общий язык – у него тоже непростое прошлое. Не буду рассказывать – это не моя история, но, думаю, ваше общение поможет скоротать время до того, как освободится Уна. Он в этом плане безобидный, мне Крайлах говорил. Медведь-одиночка.
Я еле сдержала нервный смешок. Он – безобидный? Три ха-ха! Нет, он не делал ничего, чего бы я сама не захотела, нас тогда одновременно окутало какое-то крышесносное чувство, отключившее все мозги и сломавшее предохранители. Ох, как он целовался, как гладил, как мне с ним было горячо!
Так, надо остановиться, перестать вспоминать, а то, похоже, щёки запылали, как у первокурсницы на свидании!
- Для начала я всё же ознакомлюсь с местностью, а то мы так и не дошли до зместника.
Представляю, как удивится Трамб, но что поделать. Главное – по минимуму пересекаться с Урлухом, хотя… у него мой байк, и я совершенно точно без него долго не выдержу. Значит, в следующий раз буду заходить в дом вместе с сопровождением.
Глава 7. Зместные странности
Урлух
День не задался с самого утра. Сначала я обнаружил на апельсиновом дереве, которое мы с Беренгарией тщательно выращивали в одной из оранжерей, вредителей. И будь это любое другое растение, я бы не так переживал, но именно цвет апельсина – любимый аромат одной из королев. Говорят, там, в Коринии, цветами украшают всё: лица незамужних девушек, платья, кладут в еду, а на брачный ритуал берут свои любимые растения.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Насколько я помню из рассказа Беренгарии, Крайлах принёс на их свадьбу лист хрена. О, как она тогда была возмущена, думала, что он просто глумится над их обычаями, но нет, младший король действительно любит хрен. В сочетании с цветами апельсина вышло специфично, но Богиня приняла их дар, сотворила из них эликсир, благословила самым почётным образом[1].
