атаковать меня только в рывке. Паритет сил был нарушен, когда пираты разделились и начали окружать меня с двух сторон, но тихий рык из темноты трюма успокоил меня. Дождавшись, пока второй противник почти зайдёт мне за спину, я сделал два быстрых шага в сторону первого противника, который сейчас стоял у борта. Увернувшись от шестопёра, он не успел среагировать на удар краем щита, нанесённый левой рукой. Окованная железом узкая полоска дерева вмяла грудь пирата внутрь, круша рёбра и разрывая внутренние органы, из-за спины послышался короткий вскрик, это Фреки перекусил моему второму противнику шею, напрыгнув на него со спины.
Капитан налётчиков что-то сказал своим людям, и в меня полетело несколько стрел, которые я принял на щит, чтобы перестать быть отличной мишенью, мне пришлось спрятаться за мачту корабля, которая почти полностью скрыла мой силуэт. Под прикрытием лучников, в мою сторону побежали ещё несколько пиратов. Но кажется команда корабля всё же проснулась от моего крика и начала действовать, один из налётчиков, пробегая по решётке, отделяющую трюм от палубы, запнулся и неистово заорал, получив копьём в живот, а из лестницы за моей спиной стали появляться вооружённые люди.
— Стена щитов, раздавим ублюдков, — сам собой вырвался приказ из моей глотки.
Пока лучники с обеих сторон вступили в стрелковую дуэль, я и ещё с десяток человек успели построиться в одну линию. Поняв, что дело запахло проблемами, часть налётчиков попытались сбежать обратно на свой корабль, но их порыв быстро остановил предводитель пиратов, начав организовывать своих людей, но он не успел, так как мои соратники уже начали убивать его людей. Дальнейший бой я помнил урывками, вот передо мной появляется новый противник, удар шестопёром, и он или отлетает в сторону, или падает поломанной куклой, некоторые пытались принимать мои удары на щит, но их деревянные защитники разлетались на части, под ударами моей монструозной булавы. Только когда мы с предводителем пиратов оказались друг напротив друга, окружение приняло свой привычный вид. Орк, судя по сильно выступающим нижним клыкам, был вооружён двумя топорами и явно умел ими пользоваться, а также был слишком быстр для своих габаритов, непрекращающийся град его ударов приходилось принимать на щит, который трещал с каждой секундой всё сильнее. Тогда я применил тот же приём, которым дед Эрик, поверг в бою лидера Изгоев. За быстрым шагом вперёд, последовал взмах щитом. Орк, в отличие от изгоя успел среагировать, но сделав шаг назад, на секунду потерял баланс и упустил из поля зрения шестопёр, который уже в следующую секунду ударил своими рёбрами ему в колено. Под аккомпанемент хруста костей и крика боли, орк упал на спину, так и не выпустив свои топоры. Не давая ему опомниться, я окончил его страдания вертикальным ударом по голове, вмяв его череп в торс.
Остальных пиратов быстро добили, так как большая их часть увидев смерть капитана, потеряла всякий боевой дух и сражалась больше от отчаяния, чем в надежде победить. Когда всё было кончено, над палубой раздался победный клич, который был мною искренне поддержан, во всю мощь лёгких. С этим криком из меня выходил весь тот стресс, который успел накопиться за время схватки. Стоило нам умолкнуть, как капитан Ивар Суровое Море начал командовать матросами, организуя первую помощь раненым и распоряжаясь о мародёрстве. Без всяких просьб, я направился к раненым и по мере сил помогал в их лечении, останавливая кровь магией и держа на месте тех, кому вправляли на место кости. Убедившись, что с Фреки всё тоже в порядке, мною было с удивлением обнаружено, что, оказывается, у меня из правой икры торчала стрела, а рубаха на руке, державшей шестопёр, залита кровью.
Через несколько часов, драккар пиратов оказался прицеплен на буксир, а сами пираты раздеты догола и выкинуты в море. Капитан Ивар решил продолжить плавание несмотря ни на что, так как задерживаться у Данстара было просто опасно, также он попросил меня зайти к нему в каюту утром. Остаток ночи мы с корабельным врачом и теми из матросов и пассажиров, кто хоть немного смыслил в школе магии Восстановления, занимались ранеными. К утру умерло трое, это не считая тех, кто сразу погиб в бою и ночных дозорных, полностью вырезанных пиратами. Остальные были как минимум стабилизированы и точно дотянут до Солитьюда. Смыв себя свою и чужую кровь, и почистив оружие и доспехи, я подошёл к каюте капитана, после короткого стука, меня пригласили войти.
— Эрик, если я не ошибаюсь? Именно за тебя просил Олаф в Виндхельме.
— Да, капитан.
— Тогда позволь поблагодарить тебя за твою отвагу, если бы ты не поднял тревогу, и не удержал спуск в трюм, не знаю, как бы всё сложилось.
— На самом деле меня самого разбудил Фреки, видимо почуял кровь.
— Твой ручной волк? Надо будет давать ему побольше мяса, как лучшему дозорному на корабле. Но это не умаляет твоих заслуг, мало того, что ты продержался до прибытия подкрепления, а потом помогал раненым, так ещё и лично сразил знаменитого пирата, Коршага Акулью Пасть, который грабил корабли в море Призраков уже не первый год. Скажи прямо, ты знаешь морской закон?
— Если честно, то нет, а тот орк был действительно знаменит?
— Да, за его голову даже назначена награда, толи двести, толи уже двести пятьдесят золотых септимов. Ты погоди, сейчас расскажу, что тебе полагается по морскому закону: помимо трофеев с лично убитых тобой, а так как ты единственный был с палицей, определить их было не сложно, тебе полагается всё их морское имущество. Так что могу тебя поздравить, теперь ты можешь называть себя капитаном!
— Тогда не подскажите, если ли среди ваших знакомых кто-то, кто готов избавить меня от такой чести.
— Аха-ха-ха, точно, чести. Есть такие, корабль у Пасти хороший, думаю в Солитьюде его быстро выкупят или как патрульный, или как сувенир. А сейчас ты подойдёшь к квартирмейстеру, он отдаст тебе твою добычу и голову Коршага, которую уже должны были законсервировать, с получением награды разберёшься сам. Лично от себя, я тебе докину всю плату за рейс тех уродов, которые проспали нападение пиратов, и едва не отправили всех нас на корм рыбам, и ещё десяток золотых сверху, за то, что ты спас наши задницы.
Нежданно-негаданно я стал очень состоятельным нордом, за двести золотых септимов можно выкупить хороший кусок земли и построить отличный дом, а на оставшееся деньги ни в чём себе не отказывать пару лет. Но это не мой путь, думаю,
