— Не желаю знать! — завопил сэр Джордж.
— Ладно, тогда не скажу. Но, оставаясь живым трупом, еще лет семь он маялся, прежде чем сыграл в ящик. На кремации я молилась, чтобы он и впрямь был покойником, когда гроб поехал в печь. Ведь кто его знает… И вот еще что…
— Ради бога, заткнись! — не выдержал сэр Джордж, швырнув сигару «Монтекристо № 2» в незажженный камин.
Но леди Кларисса нанесла завершающий удар:
— Звали его Генри Кэбан, что весьма подходяще для истого поклонника жареной свинины. Как говорится, закономерный конец.
— Я тебе не верю! — взвыл супруг. — Ты нарочно выдумала всю эту гадость!
— Как угодно. Посмотри в справочнике «Кто есть кто», он умер в 1986 году. Хотя логичнее его искать в «Кто был кем».
— Такого справочника нет, бестолочь! — через силу усмехнулся сэр Джордж.
— Ладно, тогда в последнем выпуске «Кто есть кто» посмотри, на ком женился Леонард Нокинг. Чтобы избавить тебя от хлопот, скажу: на вдове Генри Кэбана, через год после его кончины. Вскоре за свое служение медицине Нокинг получил рыцарский титул. Он был великий человек… Хотя, кажется, и сейчас еще жив.
После легкого ужина, состоявшего из спаржи и сардинного салата, сэр Джордж прошмыгнул в кабинет и, раскрыв справочник «Кто есть кто», нашел статью о Нокинге. Оказалось, стерва не солгала.
В кухне Филомена ласково гладила неприготовленного поросенка. Будь он жив, она бы и титьку ему дала. Уж так жаль бедолагу, забракованного даже в смерти.
Глава одиннадцатая
Умей машина мисс Янг чувствовать, она бы разделила все переживания своей хозяйки. Усилия четверни по осложнению поездки в Инвернесс увенчались успехом. Полтора фунта сахарного песку, растворенного в горячей воде и добавленного в бензобак, были подкреплены картофелиной, которую рукояткой швабры загнали в выхлопную трубу.
Предварительно обмазанный суперклеем, корнеплод сделал невозможным свое извлечение из патрубка без демонтажа выхлопной системы. Он же стал зачинщиком осложнений. Новенькую «хонду», предмет особой гордости мисс Янг, пришлось сдать в ремонт. Чтобы поспеть на свадьбу кузины, автовладелица выхлопотала разрешение покинуть школу за неделю до окончания учебного года, и теперь ей было, мягко говоря, не до смеха, а в душе ее зрели стойкие подозрения насчет инициаторов досадной задержки. Через два дня получив машину с обновленной выхлопной системой, мисс Янг отправилась в путь, и тогда в дело вступил сахар.
«Хонда» заглохла в Дартфордском тоннеле. Как назло, случилось это в час пик, и неподвижная машина стала последней каплей в создании чудовищной пробки.
Ревели клаксоны, порхала брань, какую мисс Янг в жизни не слыхала и не хотела бы вновь услышать. Техпомощь пробилась к ней лишь через час с лишним, но тотчас возникли новые проблемы: «хонда» остановилась так близко к грузовику, что номером зацепилась за его бампер, а сзади ее заблокировала машина, отчаявшийся водитель которой попробовал перебраться в средний ряд, но был протаранен огромным французским трейлером, не имевшим права двигаться по второй полосе вообще. Чтобы выцарапать «хонду» из затора, ушло два часа, по истечении коих мисс Янг уже ничем не напоминала здравую даму, не так давно покинувшую школу Святого Варнавы. Безумная — вот более точная характеристика бившейся в истерике учительницы, когда злополучную машину отбуксировали, а саму ее доставили в ближайшую больницу, где накачали мощными транквилизаторами.
Прежде чем лекарство подействовало, мисс Янг получила известие, что «хонда» оклемается не раньше чем через неделю.
— Убью сучек! — визжала наставница. — Через три дня я должна быть на свадьбе кузины Сары!
Медсестры скептически качали головами. Врач-ганец, призванный на трудный случай, тоже не выразил оптимизма. С тем мисс Янг и уснула.
Проснувшись во второй половине следующего дня, она потребовала немедленной выписки.
— Я успею на поезд! — вопила учительница, вырываясь из рук сиделок, которых обкладывала выражениями из лексикона, почерпнутого в тоннеле от водителей.
— Вы еще в шоке, милая, — увещевала сестра. — Ну куда вы пойдете? Вам надо отдохнуть.
— А тебя надо гнать взашей! — проревела мисс Янг, шатко устремляясь к двери.
«Ну, если этой твари невтерпеж, скатертью дорога, — про себя вздохнула сестра. — Словно других дел нет, как выслушивать всякую херню от молодящихся истеричек! А с виду культурная!»
— Матом меня обложила! — пожаловалась она сочувственному ганцу, тоже натерпевшемуся от пациентов-расистов, и злорадно добавила: — Будет знать, когда не туда заедет. В ее состоянии немудрено.
Так и вышло. Через два часа мисс Янг, еще не вполне оправившись от действия транквилизаторов, вновь уснула в поезде на Кардифф. Медсестра как в воду глядела: Янг ехала не в ту сторону, ибо категорически отвергла настойчивые доводы кассира об отсутствии билетов до Инвернесса.
— Тогда дайте такой билет, чтоб я доехала на такси! — потребовала учительница.
— Послушайте, мадам, здесь железнодорожная станция, а не таксопарк.
— А то я не знаю! Давай билет, придурок! Я спешу!
Поняв, что перед ним весьма грубая сумасшедшая, кассир продал ей билет в валлийский городок с непроизносимым названием. «Может, там есть хорошая психлечебница или хотя бы реабилитационный центр, — подумал он, — а уж валлийцы найдут способ управиться со сбрендившей англичанкой».
Проспав почти всю дорогу, мисс Янг очнулась, когда поезд прибыл в Кардифф. Действие лекарств закончилось, и теперь стало понятным нежелание кассира продать билет до Инвернесса, а также его странная мина, когда пассажирка изъявила желание добраться туда на такси.
Все еще надеясь попасть на свадьбу, мисс Янг решила взять машину напрокат, но тут выяснилось, что во всех этих передрягах она потеряла водительские права. От перебранки со злыднем-клерком, отказавшимся выдать машину, немного полегчало, но после угрозы вызвать полицию Янг сдалась и зашагала в город. По счастью, кредитная карточка уцелела, что позволило снять номер в гостинице. Мучили голод и неодолимое желание убить сестер Уилт, бесспорных виновниц кошмара, пережитого за два последних дня.
Наконец признав свое поражение, мисс Янг телеграммой известила кузину, что, к сожалению, не поспевает на свадьбу, ибо машина ее сломалась, а сама она из-за идиота-таксиста застряла в Кардиффе. Вернувшись к себе, Янг позвонила в ресторан и заказала сэндвичи. Когда их доставили, она уже опять спала.
Глава двенадцатая
Четверня планировала отмщение директрисе миссис Коллинсон, запретившей им до конца учебы общаться с другими девочками.
