— Нужно подготовить отдел, — пробормотал Чалмерс, покачивая головой. — Вся работа пошла прахом из-за проклятой эвакуации.
— Возможно. Но решение принимали не мы.
Чалмерс направился к двери, открыл ее и, поколебавшись, обернулся к Шену, возобновившему свое невеселое занятие.
— Только имей в виду, Шен…
— Что именно?
— Если все же передумаешь и решишь, что я прав, у тебя почти не останется времени что-то предпринять.
После ухода Чалмерса Шен немного постоял, уставясь на дверь, и возобновил сборы.
Чалмерс шагал быстро, как человек крайне занятой, которому некогда предаваться безделью. Он с трудом пробирался сквозь толпу техников, валом валивших по коридору с кошками и крюками, лазерными резаками и охапками скафандров. При виде этого нашествия Уинстон почти побежал. Отдел может подождать.
Добравшись до цели, он нажал сигнальную кнопку на двери директорского кабинета. Никто не ответил. Он толкнул дверь, постучал и уже хотел было снова нажать кнопку, как дверь раздвинулась.
Кахру сидела за письменным столом и выглядела крайне деловитой в своем безупречном одеянии и с прошитыми серебром, забранными назад волосами. По контрасту с подтянутой хозяйкой, стол, заваленный компьютерными дисками, представлял самое хаотическое зрелище. Она подняла усталые глаза и поморщилась:
— Я очень занята, доктор Чалмерс.
Чалмерса ничуть не смутили ни сухой тон, ни предостерегающие нотки в голосе.
— Но нужно же нам поговорить! Рано или поздно этого все равно не миновать!
Он втиснулся внутрь, слыша за спиной шипение закрывающейся двери. Кахру неохотно отложила перо.
— Директор, по-моему, вы совершаете ошибку. Руководствуетесь неудачно составленными правилами, чтобы снять с себя ответственность.
Кахру подняла брови.
— Как интересно! Не знала, что вы успели получить диплом психолога, — бросила она. И, опустив глаза, неохотно выдавила: — Приказ об эвакуации остается в силе.
— Но он отдан на основании ложных предпосылок, — запротестовал Чалмерс, устремившись к столу. Каждое слово, выверенное и заранее подготовленное, падало в воздух тяжелым камешком. — Предпосылок, диктующих нам молчать и держаться в тени. Я же считаю, что нам пора выступить на свет, вернее, в этот мир.
— Надеюсь, нет нужды напоминать о подписке, данной вами. Вы обязались держать в секрете присутствие людей в этой системе.
Чалмерс отступил к порогу. Казалось, он нуждается в пространстве, чтобы собраться с мыслями.
— Ладно, тогда хотя бы подумайте вот над чем: что если мы не пойдем на активный контакт, но все же сохраним базу? Мы могли бы продолжать исследования, делая акцент на алаланской культуре. Рано или поздно они доберутся до своей луны и все равно обнаружат нас. В этом случае именно алаланы станут инициаторами контакта, а мы тем временем лучше подготовимся к встрече.
На какое-то мгновение Чалмерсу показалось, что железная леди в самом деле готова согласиться. Но лишь на мгновение.
— Нет. Политика Земли достаточно ясна.
— Но пошлите хотя бы запрос. Объясните все…
— А кроме того, любые возникающие контакты непременно, вызовут повышенное внимание к Испытанным. Но их культура не единственная на Алале.
Этот факт непомерно затруднял изучение их цивилизации. И делал это изучение невероятно увлекательным. А заодно объяснял, почему земляне дали планете такое же название, как и звездной системе: власти никак не могли выделить единственную культуру, дав ей имя «Теху», или «Джикра», или «Эптейя», и выбрав его из сотни более или менее распространенных языков.
— Все же, — упрямо продолжал Чалмерс, — кто-то должен быть первым, поскольку мы отказываемся вклиниться в их радиопередачи и объявить о нашем существовании на всю планету. Почему бы не доверить эту честь тем, кто столько трудился ради такого момента?
Кахру нетерпеливо скривила губы.
— Ни о каком «первом» не может быть и речи, — процедила она, стараясь не повышать голоса. — Они не готовы к встрече с нами.
— Откровенно говоря, вашу позицию во всем, что касается алаланов, можно назвать, по меньшей мере, покровительственной.
Кахру полоснула Чалмерса негодующим взглядом.
— Покровительственной?!
— Да. Вы недооцениваете алаланов. Вы чересчур опекаете их, держа в неведении, — объявил Чалмерс, но, почуяв неминуемый взрыв, сменил тактику: — Много лет назад вы сказали, что обнаружение Ала-лы стало величайшим открытием в истории человечества. Позвольте и нам, в свою очередь, просветить их.
Кахру медленно поднялась, не сводя глаз с Чалмерса:
— Похоже, вы безоговорочно уверены, что мы обязаны нести знания алаланам. Чувствуете приступ лихорадки, именуемой «Бремя белого человека», Чалмерс? Лопаетесь от самонадеянности и воображаете, будто туземцы нуждаются в вашем вмешательстве, ваших наставлениях и, возможно, вашем контроле?
Как она умудряется вылить на него столько яда, не повысив голоса на жалкий децибел?
— Раздача почестей всем, кто отвечает вашим критериям? Именно это, Чалмерс, я и называю покровительственным отношением. Я довольно хорошо знакома с подобной практикой и ее наиболее известными защитниками.
Этим она окончательно добила Чалмерса. Всего одна случайная реплика, и…
— Директор Кахру, — взмолился он, — я вовсе не это имел в виду! И кроме того, сравнительные национальные иртории двух наших стран не должны отравлять…
Кахру небрежно отмахнулась и позволила здешнему минимальному притяжению опустить ее в кресло.
— Идите, — велела она. — Мне еще многое нужно сделать. И вам тоже.
Она вернулась к составлению графика эвакуации. Чалмерс, потрясенный масштабами собственного краха, умудрился добраться до двери, ни разу не запутавшись в собственных ногах.
Амин аз-Захир наблюдал за отлетом аварийного судна с унылой, усеянной камнями поверхности луны. Скафандр немного сковывал его движения, но присутствие Амина на поверхности диктовалось строгой необходимостью. Как шеф службы безопасности он был обязан сделать все, чтобы алаланы не заметили запуска. Задача становилась еще более сложной после появления «Спутника-один» — неофициальное название, данное первому спутнику алаланов сотрудниками базы.
Однако «сложнее» еще не означает «невозможно».
Аз-Захир расплылся в улыбке. Они приурочили запуск с дальней стороны луны как раз к тому времени, когда «Спутник-один» начнет пересекать обратную сторону планеты. Даже если Чалмерс ошибался в оценке возможностей спутника, вряд ли корабль засекут.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
