Назир, конечно, был доволен успехами своего внука. Но один день стал для звездочета особенным, и он понял, что Валид не просто прилежный ученик, что он будет настоящим мудрецом и ему суждена великая судьба.
Стояло изумительное утро. В саду пели птицы, прохладный ветерок врывался в распахнутые окна «приюта мудрости» и шевелил страницы географического атласа, который рассматривал восьмилетний Валид. Мальчик старался одновременно в трех книгах прочитать о чудесах далекой страны, окруженной Великой Стеной. Назир-звездочет удивлялся, как внуку не надоедает часами «путешествовать» по атласу.
– Но это же очень просто, учитель. Я раскрываю карту и пытаюсь себе представить, как выглядит местность. Вот я вижу вдали холмы, – палец мальчика скользил по желтым пятнам, – вот среди холмов протекает река… А вот здесь должен быть городок…
– Почему, мой мальчик?
– Очень удобное место: есть и дороги и вода… А за городком те самые холмы не дают разгуляться свирепым ветрам, которые дуют вот отсюда, с близкого океана… А потом я раскрываю книгу, где описываются эти места и узнаю, прав я был или нет. Понимаешь, дед, это такая игра… Игра с самим собой.
– Понимаю, мой юный странник. И часто ты оказываешь прав?
– Нет, не часто. Но это ведь тоже хорошо! Значит, я не увидел чего-то важного, значит, надо больше узнать об этих местах, чтобы понять, почему же люди не захотели здесь селиться? Или наоборот, почему они поселились там, где каждую весну разливается река, подтапливая дома и уничтожая пастбища… Это происходит каждый год, в одно и то же время, но люди не уходят оттуда. И вот странствие по книгам и отвечает на мои вопросы.
– Да, мой мальчик, книга всегда даст ответ на твой вопрос. Надо лишь знать, о чем ты хотел спросить и где следует этот ответ искать. Но ты сейчас говорил о земле Кемет?
– Конечно.
– Тогда мудрые книги должны были тебе дать ответ, почему люди не уходят с берегов Нила.
– Я получил сразу несколько ответов. И каждый из них вызвал к жизни еще больше вопросов. Но прости, мой учитель, я отвлекаю тебя от размышлений.
– Прости меня и ты, мой любимый ученик. Думаю, что я тоже отвлекаю тебя.
Дед и внук понимающе улыбнулись друг другу и разошлись в разные концы длинного «приюта мудрости». Мальчик вновь зашуршал страницами атласа и огромной старинной инкунабулы, переплетенной в телячью кожу и закрывающейся на два замка, будто тайны, что хранила под обложкой эта книга, могли сбежать с ее страниц и невидимками путешествовать по миру.
Повисла удивительная тишина. Назир углубился в звездные таблицы, рассчитывая день, когда должно произойти солнечное затмение и будет ли оно видно из дворцового сада. И в этот момент совершенно отчетливо звездочет услышал голос своего внука, произнесшего «О Аллах милосердный, как же прекрасен наш огромный мир!» Назир уже открыл рот, чтобы пожурить внука, но увидел, что тот углубился в книгу и не произнес ни слова. Не произнес ни слова вслух.
«Аллах всемилостивый, неужели ты дал мальчику такие же способности, как у моего далекого друга Георгия?» – подумал звездочет. Желание проверить эту догадку немедленно было так велико, что Назир, сосредоточившись, спросил: «О чем ты, мой друг?»
– Ты что-то сказал, мой мудрый учитель?
– Сказал, мой мальчик, вернее, спросил. Но не словами. Я сейчас услышал, как ты, вероятно, в восторге от прочитанного, про себя воскликнул что-то о прекрасном мире. Вот теперь сосредоточься и постарайся мне ответить, но ответить без слов. Пусть твои уста будут немы, а разум – раскрыт.
И вновь звездочет услышал ясный голос своего внука: «Ты слышишь меня, учитель?»
«Да, мой мальчик!»
«О Аллах, как же это легко! Я еще могу и спеть!»
И тоненький детский голосок, невыносимо фальшивя, затянул какую-то песенку.
– Прошу тебя, малыш, прекрати петь! Твои таланты так разнообразны, что музыкальному уже не поместиться среди них.
Но про себя Назир подумал, какой же удивительной силой обладает его восьмилетний внук! И какая же невероятная ответственность лежит, оказывается, на его, звездочета, плечах. Как же важно, нет, просто необходимо, научить его всему тому, чему не учат в обычных школах, а лишь в одном-единственном месте во всем подлунном мире – на факультете магии в далекой Кордове, светоче знаний и культуры, перекрестке тысяч людских судеб и дорог.
«Попробуй-ка, мой друг, сказать мне еще что-то. Сказать без слов, одной только силой мысли!»
«Слушаю и повинуюсь, мой великий учитель!» —
И Назир-звездочет не только услышал мысли мальчика, но и, все так же мысленно, увидел озорную усмешку, на миг осветившую серьезное личико внука.
«Ну что ж, малыш, просто отлично! Теперь, думаю, нам пора перейти к изучению и иных предметов, каким не учат в обычной школе. Но прошу тебя, мой лучший ученик, никому не рассказывай об этом!»
«Повинуюсь, мой учитель! Но кому я могу рассказать о наших занятиях? Матери? Отцу?»
– Никому, малыш. Ни-ко-му! – Звездочету показалось, что сказанное вслух слово будет звучать куда весомей.
– Хорошо, я никому не скажу. А что еще мы будем учить? – Все-таки это был обычный любопытный восьмилетний мальчишка. Ему, как и всем другим малышам, надо было раскрыть сразу все тайны и попробовать вкус каждой конфеты из коробки со сластями.
И Назир понял, что он немного поторопился.
– Мы еще будем изучать те умения, овладеть которыми дано лишь избранным. Но не торопись, мой мальчик. Ибо первая заповедь настоящего мага гласит: «Терпение – вот ключ к раскрытию всех тайн и овладению всеми секретами!» Перед нами океан времени, будем же, малыш Валид, ценить каждую его каплю!
– Повинуюсь, мой мудрый учитель!
И тогда Назир подумал: «Клянусь Аллахом милосердным, когда-нибудь этот сорванец станет первым мудрецом царства. И будет это царство гордиться почтенным Валидом, знатоком всего на свете!»
Воистину, в жизни каждого учителя настает такой день – день, когда он начинает гордиться своим учеником. День, когда из неравных учитель и ученик становятся ровней перед величием Мироздания, которое пытается познать пытливый человеческий разум.
И с того дня ежедневные занятия дополнились и ежевечерними. Зачастую Назир и его внук беседовали заполночь. Ибо звездное небо для любознательного ума оказалось столь же богато тайнами, как и ясный день. И не было в мире более счастливых учителя и ученика, чем Назир-звездочет и его внук, Валид.
Макама восьмая
Как и обещал звездочет, в спокойствии текли годы страны Ал-Лат. Росли сыновья царя Омара. Уже давно утих ропот дивана, возмущавшегося нарушением древних обычаев. Царь, некогда согласившись с доводами царицы Амани, сейчас с удовольствием наблюдал, как его мальчики, словно капли воды, повторяют друг друга. Но то было лишь внешнее сходство. Ибо внутренне мальчики стали совсем разными.
