— Вы завладели всем моим вниманием, миссис Стоун.
Он улыбается ей с ямочками на щеках и открывает свой блокнот.
Миссис Стоун начинает перечислять учебную программу класса. Я беру ручку и блокнот и начинаю делать пометки.
Наш учитель английской литературы, вероятно, самая пожилая в школе и, скорей всего, скоро уйдет на пенсию. Ее седые волосы собраны в консервативный пучок, а очки удерживаются на тех золотых ремешках, которыми больше никто не пользуется.
Открывается дверь. Весь класс замолкает. Даже миссис Стоун.
Я останавливаюсь на середине строчки и поднимаю голову.
Раскрасневшаяся Ким выглядывает из-за двери, ее волосы в беспорядке.
В классе раздаются смешки и смех.
— Вы опоздали на десять минут, мисс Рид, — ругает миссис Стоун.
— Я... эм... — Ким спотыкается на собственных словах.
Я вздрагиваю, ощущая ее дискомфорт под кожей. Она всегда ненавидела находиться в центре внимания.
— В чем дело, Пузо, потеряла язык вместе с жиром?
Кто-то насмехается сбоку.
Миссис Стоун бросает на него свирепый взгляд.
— Еще одно слово, и наказаны будете вы,
мистер Роббинс.
Его лицо становится пепельно-серым, и мне хочется встать и обнять миссис Стоун. Она, наверное, единственная учительница, которая не закрывает глаза на издевательства. По крайней мере, от таких незначительных людей, как Роббинс. Сомневаюсь, что она сделала бы что-нибудь, если бы в этом была замешана одна из Элит.
За ерзающим телом Ким появляется тень.
Я перестаю дышать.
Как будто земля разверзлась и теперь утаскивает меня в свои глубины, чтобы похоронить заживо.
Эйден кладет обе руки на плечи Ким.
Он положил свои грязные руки на гребаные плечи моей подруги.
Не хочу драматизировать, но думаю, что меня сейчас вырвет.
Его взгляд встречается с моим, и в нем что-то вспыхивает. Уголок его губ приподнимается в жестокой, психотической ухмылке.
Вот и все.
Я убью его.
Я пожертвую всем своим будущим, спасая мир от его зла.
Ухмылка исчезает так же быстро, как и появилась. Все еще держа Кима за плечи, он одаривает миссис Стоун своей золотой мальчишеской улыбкой.
— Просим нас простить. Кимберли стало плохо, поэтому мне пришлось отвести ее к медсестре.
Он это серьезно?
Я огорчаюсь, когда выражение лица миссис Стоун меняется с ругательного на принимающее.
— С вами все в порядке, мисс Рид? — Ким кивает, не говоря ни слова. — Это было мило с вашей стороны, мистер Кинг. — миссис Стоун одаривает его улыбкой. — Вы оба присаживайтесь.
Моя челюсть, вероятно, отвисает до пола. Не могу в это поверить.
Темная дыра, образовавшаяся ранее, расширяется до тех пор, пока я едва могу дышать.
Должно быть, он что-то сделал с Ким, и теперь заставляет всех поверить, что помогал ей.
Я вглядываюсь в его лицо в поисках каких-либо признаков.
Он улыбается, маска сидит твердо на месте, выглядя как золотой парень, которому все завидуют.
Девушки хотят его. Парни хотят стать им.
Но никто из них не видит этой пустоты внутри него.
Пустота.
Ничто..
Они знают только этого Эйдена. Того, которого он презентует для шоу. Образ, который он проецирует на них. Они слишком ослеплены его фальшивым светом, чтобы видеть тени.
Но разве это не лучше? Разве ложь не лучше правды?
В конце концов, истина разрушает прежде, чем освобождает кого-либо.
Мое сердце колотится с каждым его шагом. На этот раз это не страх за меня.
А за то, что он сделал с Ким.
Я знала, что, ударив его, он вернется, чтобы укусить меня в ответ, но я никогда не думала, что это будет так быстро.
Или смертельно опасно.
Никогда не могла предположить, что он пойдет за Ким.
Мои губы дрожат, в попытке встретиться взглядом со своей лучшей подругой и убедиться, что с ней все хорошо. Ее голова опущена. Завесы ее мятных волос скрывают выражение ее лица от меня и всего мира.
Эйден останавливается рядом со мной. Я мельком замечаю, как его рука скользит в карман, прежде чем я сосредотачиваюсь на своем блокноте, сжимая карандаш так сильно, что он почти ломается.
Его тело нависает надо мной, как мрачный жнец, а глаза прожигают дыры на моей макушке.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Часть меня хочет поднять взгляд и посмотреть в ответ. Как я делала это последние два года.
Но тогда я не имела ни малейшего представления о том, на что он способен.
Теперь знаю.
После того, что кажется вечностью, он неторопливо подходит к свободному месту позади меня. Место, которое я приберегала для Ким.
Она ерзает возле единственного свободного места в классе. На глазах у Ксандера.
Последний бросает на нее насмешливый взгляд, как бы провоцируя сесть.
— Мисс Рид? — нетерпеливый тон миссис Стоун зовет. — Что-то случилось?
— Нет, — шепчет Ким.
— Тогда, пожалуйста, присаживайтесь, чтобы мы могли продолжить урок.
Ким медленно опускается на свое место, будто боится, что там ее ждет бомба.
Коул бросает взгляд назад, на Ким, и Ронан подмигивает мне, сидя передо мной.
Мы окружены врагами.
Глава 8
Я стараюсь.
Я действительно стараюсь сосредоточиться во время урока.
Это невозможно.
Во-первых, Ким, кажется, отстранена, почти ничего не записывает. И это меня чертовски беспокоит.
Во-вторых, передняя линия футбольной команды КЭШ окружает нас, как стая волков, а большой плохой волк прямо за мной.
Эйден не сказал ни слова, но в этом и не было необходимости.
Его присутствие невозможно спутать, даже если он будет молчать. Я чувствую, как его глаза сверлят дыру у меня в затылке и пожирают мой мозг.
Миссис Стоун начинает говорить о подготовительном тесте. Я сосредотачиваюсь на ней впервые с начала урока.
— Вы исполните известный сценарий и добавите в него свой особый штрих. Чем вы более изобретательны, тем больше бонусных очков вы получите.
Я люблю бонусные очки. Это мой идеальный шанс побить свой рекорд в Кембридже.
— Мы можем выбрать, с кем будем выступать? — спрашивает девочка в начале класса.
— Партнеры будут выбраны случайным образом, — говорит миссис Стоун. — Обмен партнерами запрещен.
— Мы можем выполнить работу в одиночку?
— Абсолютно нет, — произносит миссис Стоун. — Это научит вас командному духу.
Некоторые тихо ноют, в то время как другие хихикают.
Я провожу остаток урока, пытаясь сделать как можно больше заметок, занимая свои мысли.
Но нельзя стереть из памяти, как Эйден маячит, как дьявол, в углу, в ожидании украсть мою душу.
Как только урок заканчивается, Ким запихивает свои вещи в рюкзак и вылетает за дверь.
Я уже собираюсь последовать за ней, когда моя ручка падает, катаясь по полу.
Высокая фигура наклоняется и поднимает ее.
Я перестаю дышать, когда Эйден встает во весь рост. Он сосредоточен на мне, вертя ручку между указательным и средним пальцами.
Эта ручка может идти к черту, мне все равно. Назовите меня трусихой, но я не смогу вынести еще одного столкновения с Эйденом прямо сейчас.
Кроме того, Ким мой приоритет.
Не удостоив Эйдена даже взглядом, я выбегаю из класса, пока он все еще полон людей.
Новое решение: никогда не попадать в ловушку в одном и том же месте, что и Эйден.
Это мой лучший шанс на выживание.
Требуется несколько минут, чтобы найти Ким. Она прячется за углом нашего следующего класса, в наушниках, и ее взгляд потерян, где-то вне досягаемости.
Я подбегаю к ней и хватаю ее за плечо.
— Ким! Я так волновалась за тебя. Почему ты мне не перезвонила?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Ее лицо побледнело, словно она увидела привидение, когда она снимает наушники.
— Элли...
— Что? Что такое? Эйден что-то сделал?
