ГОЛОС УБЮ (извне, затерянный вдали): Кто говорит там о Фигнансах? Готовы Мы поклясться Нашею Брюхнею[94] августейшей и трубообразной! Хотя чего Нам? Ведь фигнансы любезного и куртуазного Ахраса Мы вовремя похитили; а самого его Мы посадили на кол, забрали дом его Себе, и в сей обители теперь, обуреваемые угрызениями совести, Мы ищем место, где могли бы вернуть — в слегка вульгаризированном, зато весьма конкретном виде — переработанную часть того, что у него Мы отобрали, то бишь, его последний ужин.
РЕЗКИЕ ГОЛОСА (пока еще отдаленные): Путь осветите, братья, нашему господину, толстому пилигриму[95]! Мы за ним следуем, не скучая ничуть: в коробах жестяных с прошлой недели, лишь в воскресенье мы можем свежим воздухом подышать, да и то еле-еле.
Конюшие Медных Змеев, мы — ко-, мы — ко-, мы — колошматы[96]!
Г-жа УБЮ: Это г-н Убю! Я пропала!
ВШИБОРОД: Сквозь окошечко в форме бубнового туза[97] я вижу, как вдалеке сверкают его рога. Куда же мне деться?
ГОЛОС УБЮ: О, Херубы[98] Великой Бочки! Иллюминацию сделайте Нам, когда Мы направимся к тем местам, в которых не восседали пока. Дерьмоваз, Сопель-Гог, Квадрух[99], посветите здесь!
ВШИБОРОД: Придется окунуться в эту мерзкую яму!
Г-жа УБЮ: Ты шутишь, мой нежный малыш?! Ты же там умрешь!
ВШИБОРОД: Я? Умру?! Клянусь Гогом и Магогом[100], раз там можно дышать, значит можно и жить. Это ведь моя работа[101]. Раз, два… Хоп!
СЦЕНА IV
В тот самый момент, когда Вшибород ныряет, ему навстречу, извиваясь как червь, выплывает какое-то длинное тощее Существо.
— Ух! Какой удар! У меня даже в черепе что-то загудело!
ВШИБОРОД: Как в пустой бочке.
СУЩЕСТВО: А у вас в черепе не гудит?
ВШИБОРОД: Нисколько.
СУЩЕСТВО: Значит, как в треснутом горшке. У меня глаз — алмаз.
ВШИБОРОД: Скорее страз, иначе вы бы не оказались на самом дне.
СУЩЕСТВО: И действительно, я имею честь быть Совестью г-на Убю.
ВШИБОРОД: Так это он кинул в эту яму вашу нематериальную персону?
СУЩЕСТВО: Я это заслужил: я его терзал, и он меня наказал.
Г-жа УБЮ: Бедный юноша[102]…
ГОЛОСА КОЛОШМАТОВ (приближаются): Ухо по ветру, сомкнутый ряд по-боевому шагает, и каждый встречный нас принимает за настоящий военный отряд…
ВШИБОРОД: O-о, кажется, тебе пора лезть обратно, да и мы с г-жой Убю, пожалуй, там укроемся!
Ныряет.
КОЛОШМАТЫ (за дверью): Это мы, Колошматы! Мы любой стык распихаем, и в любой кран мы нассым; атмосферу мы вдыхаем через трубки с загибом косым! Мы — колошматы!
УБЮ: Открывайте, рог вам в брюхо[103]!
СЦЕНА V
КОЛОШМАТЫ (с зелеными факелами в руках); УБЮ
УБЮ (молча, усаживается; все рушится; его выталкивает на поверхность согласно правилу Архимеда; он произносит с простотой и достоинством):
А что, Медные Змеи совсем не действуют? Отвечайте или я вас сейчас обезмозжу[104].
СЦЕНА VI
ТЕ ЖЕ, ВШИБОРОД (высовывая из ямы голову)
ВШИБОРОД: Они совсем не действуют. Они остановились. Совсем как ваша машина для обезмозживания: еще та гнусь, но меня она не пугает. Вы же сами видите, что от традиционных бочек куда больше пользы, чем от всей вашей ахинейской[105] герпетологии[106]. Вы провалились и выплыли: вот уже полдела и сделано.
УБЮ: Клянусь своей зеленой свечкой! Я сейчас тебе глаза выдавлю, бочка ты навозная, тыквища, отброс человечества. Обезмозжить его! Отрезать ему уши!
Он его топит.
СЦЕНА VII
Апофеоз.
УБЮ (водворившись на своем основании).
КОЛОШМАТЫ (ему светят).
ГИМН КОЛОШМАТОВ
Горите факелы смерти! Пусть плачут ваши зеленые очи! Что человек пожирает, то он и порождает и с телом своим роднит. Что отдает он земле, то отдает он ночи. Плачьте факелы смерти!
То, что он в глубь устремляет, в какие-то тартарары, внутри него выбирает извилистый путь, где любой неожиданный срыв вызывает громоподобный взрыв. О падение в ночь, погружение в черную жидкую жуть! Нимб света, который сверкал среди ночи, как экраном закрыт телом убийцы. Плачьте, факелы смерти, пусть плачут ваши зеленые очи!
Внимание!
Текст предназначен только для предварительного ознакомительного чтения.
После ознакомления с содержанием данной книги Вам следует незамедлительно ее удалить. Сохраняя данный текст Вы несете ответственность в соответствии с законодательством. Любое коммерческое и иное использование кроме предварительного ознакомления запрещено. Публикация данных материалов не преследует за собой никакой коммерческой выгоды. Эта книга способствует профессиональному росту читателей и является рекламой бумажных изданий.
Все права на исходные материалы принадлежат соответствующим организациям и частным лицам.
Примечания
1
Сочинение «Любовь преходящая» (или «Любовь наездами / Любовь урывками») было опубликовано в 1898 году издателем Пьером Фором, который специализировался на эротической продукции «сомнительного качества» («Гоморрский монастырь», «Придворные проститутки», «Господа Альфонсы» и т. п.). Согласно первоначальному плану (см. Maurice Saillet, Cahier du Collège de Pataphysique, 8–9, стр. 69–75) книга состояла из следующих глав: I «У Манетты», II «У Манон», III «У Марго», IV «У Кузины», V «У Пожилой Дамы», VI «У Знатной Дамы», VII «У Невесты», VIII «У Врача», IX «У Горного Старца», X «У Смерти или Другая Альцеста», XI «У Музы», XII «У Дамы Иокасты или Абсолютная Любовь». Текст «Горный старец» (Le Vieux de la Montagne) был опубликован в журнале «Ла Ревю Бланш» (La Revue blanche) в 1896 г. Кровосмесительная тема последней главы была раскрыта и развита в отдельном издании — «Любовь абсолютная» (L’amour absolu), которое Жарри в виде факсимильного воспроизведения рукописи издал за свой счет в 1899 году.
Перевод сделан по изданию Alfred Jarry, L’amour en visites, Gallimard, coll. L’Imaginaire, 1972.
2
Во французском académie может также означать «обнаженное тело» и «рисунок обнаженного тела», «ню».
3
Феликс Фор (Félixe Fort, 1841–1899) — французский политический деятель, президент французской Республики с 1895 по 1899 гг.
4
в духе Форэна — то есть карикатурная, достойная карандаша Форэна: Жан-Луи Форэн (Jean-Louis Forain, 1852–1931), французский художник и гравер, прославившийся своими сатирическими рисунками.
5
Игра слов: в конце 19 века вместо пластыря пользовались специальной английской тафтой (taffetas d’Angleterre). Тафты у Манетты не оказалось, и она предложила лен (fil или fil de lin), но это слово означает еще и нитку.
6
Ста — возможно, сокращенное название престижного парижского лицея Станислас.
7
Считалось, что вода на мелиссе (лимонной мяте) помогает от головокружения.
8
Речь идет о планке, с помощью которой на медицинской комиссии измерялся рост призывников: в то время на действительную военную службу брали лишь рослых юношей.
9
клуазоне — (от фр. cloisonné — «разделенный перегородками»), техника перегородчатой эмали, пришедшая из центральной Азии в Китай в XIV веке. На медную или бронзовую поверхность привариваются тонкие латунные перегородки, образующие определенный рисунок или орнамент; затем ячейки между перегородками заполняются цветными эмалями; после обжига посуды в печи при очень высокой температуре перегородки покрываются позолотой.
10
Жозеф Жубер (Joseph Joubert, 1754–1824) — французский литератор, секретарь Дидро, близкий друг Шатобриана.
11
Эдмон Абу (Edmond About, 1828–1885) — французский писатель и журналист, автор сатирических очерков «Современная Греция» (1854) и «Путешествие из Понтуазы в Стамбул», а также юмористических рассказов и романов, которые принесли ему известность: «Парижская свадьба» (1856), «Горный Царь» (1868), «Человек со сломанным ухом» (1862).
12
Ж. Оне (Georges Ohnet, 1848–1918) — французский журналист, романист и драматург, пользовавшийся огромной и, по мнению некоторых современников, явно незаслуженной популярностью, автор легких романов, чьи тиражи во много раз превосходили тиражи произведений Доде или Золя. На основе многих произведений были осуществлены театральные постановки, имевшие колоссальный успех у зрителей: это относится и к роману «Большой карьер» (Grande Marnière, 1885).
