Читаем без скачивания Последний фей - Светлана Багдерина

Длинные острые носы ботинок из нержавейки - сабатонов - то и дело утыкались в малозаметные невооруженной ноге кочки и вообще незаметные неровности, ежесекундно грозя повергнуть металлическую груду по имени Лесли в прах и прошлогодние листья. Не притертые части доспехов повизгивали и поскрежетывали каждый раз, когда лесоруб сгибал или разгибал конечности. Наводящий ужас даже на Агафона шлем с закрученными спиралью рогами, оскаленными железными зубами и золотым пенсне ограничивал угол обзора хозяина до узкого тоннеля…

Но Лес был счастлив, как мальчишка, получивший вожделенную всю свою сознательную жизнь игрушку.

Казалось, теперь ему не нужно было никакой Изабеллы - дай только жестяной меч, картонный щит, деревянного коняшку - и будет он носиться по улице весь день напролет, сражаясь с воображаемыми драконами, спасая сказочных принцесс, побеждая в выдуманных турнирах вымышленных соперников, забыв про еду, работу, дом, и даже самого себя…

- Ну, что, дитя моё? - самодовольно усмехнулся Агафон, победно поглядывая на притихшую Грету. - Теперь твоя душенька довольна?

- Нет, - неожиданно ловко повернулся к нему лесоруб. - Мне еще оружие надо. Копье турнирное. Меч. Топор. Боевой, конечно. И щит.

- А на щиту… на щитЕ… на щИте… герб, между прочим, должен быть, - с малой дозой того ехидства, с которым она начала день, тут же проговорила девушка - изрядно расстроенная успехами попутчиков, но отнюдь не сдавшаяся. - А у рыцаря - фамилия. Благородная!

- Д-да… - вырвался унылый голос новоявленного аристократа сквозь просветы в стальных зубах шлема.

- А я вот как-то слышал, - бодро сообщил чародей, - что один рыцарь, чтобы его не узнали, выступал на турнирах под прозвищем 'Лишенный наследства'.

- Какой нормальный отец отдаст свою дочь за кого-то по имени 'Лишенный наследства?' - кисло вопросил Лес.

Агафон задумался над вопросом, и признался:

- Я бы не отдал. Но… еще был, я помню, Черный Рыцарь!

- Почему черный? - недоуменно повернулся к студенту очкастый шлем. - Он что, из Узамбара был родом?

- Да при чем тут Узамбар! Он назвался по цвету их с конем доспехов! - снисходительно хмыкнул Агафон.

Лесли покосился на одеяния Сивого.

- Нет, по цвету не надо, - решительно уперся лесоруб.

- А как тогда быть?.. - задумалась даже Грета.

- А давай мы тебе, Лес, фамилию придумаем? - посетила магическую голову идея другая. - Думаешь, король всех своих рыцарей наперечет знает?

- Думаю, знает… - не вызвала оптимизма идея.

- Это важных! А всякую мелочь, у кого одна деревня и две собаки? - не отступал студиозус.

- А за неважного не отдаст…

- Но ты же турнир выиграешь!

Лесли задумался.

- Нет, всё равно опасно так врать… У них список есть, говорят… где вся знать записана… большая и маленькая… Посмотрят - нет такого… И поди, докажи, что я есть!..

- Если тебя нет, - язвительно добавила Грета.

- Докажи, раздокажи… - раздраженно фыркнул чародей, заложил руки за спину, прошелся по полянке, маневрируя подобно слаломисту вокруг людей и коня…

И вдруг остановился.

- Всё! Знаю, что делать, - с заговорщицким видом выдохнул он и самодовольно прищурился в ожидании града вопросов.

- Что делать? - не заставил себя ждать лесоруб.

- Что?.. - заинтригованно вытянула шею даже Грета.

Поняв, что град кончился, а на мерина рассчитывать не приходится, чародей философски пожал плечами, решив довольствоваться малым, обвел победным взором девушку, лесоруба и даже коня, приосанился и важно проговорил:

- Будешь ты у нас, дитя моё, царевичем. Принцем, на ваш манер.

- Он-то?! Принцем?! - едва не подскочила от возмущения Грета. - Да из него принц, как…

- Цыц! - гаркнул маг и поспешно напомнил: - В лягуши захотела?

- Так бы сразу и сказал… - нахмурилась и обиженно замолчала дочка бондаря. - А то 'цыц, цыц'…

- Да если у них рыцари наперечет, то принцы-то… - засомневался Лес.

- А ты будешь принцем иностранным! - торжествующе ухмыльнулся маг.

- Каки-им?..

- Про царство Костей когда-нибудь слышал?

- Н-нет… Смешное название такое… А оно на самом деле существует?

Его премудрие оскорбленно хмыкнул.

- Извините, не знал… - гулко смутился Лес. - Наверное, это очень хорошее царство?

- Не суть важно, - отмахнулся волшебник, чуть поморщившись, как от зубной боли, и деловито продолжил: - Так вот. Слушай меня внимательно, то бишь, внимай, крестник. С сегодняшнего дня будешь внуком царя Костея. Агафоном… Непобедимым, к примеру.

- А кто это?

- Кто-кто… Ты!

- А если раскроется?..

- Не раскроется - это я тебе как крестный фей говорю!

- Тогда… - дровосек помялся с ноги на ногу, почесал железной пятерней в стальном затылке, и решительно кивнул. - Тогда я согласен. Наверное, это очень здорово - быть настоящим принцем… Принц Агафон… Почти твой тезка получаюсь!

Волшебник закашлялся.

- Почти. Тезка.

- А что… - по голосу было слышно, как Лесли под шлемом улыбнулся. - Моё высочество Агафон Непобедимый из царства Костей… просит руки и сердца дочери вашего величества… Хорошо звучит! Мне нравится.

Грета скривилась, надула щеки и издала губами неприличный звук, но, памятуя предостережение волшебника, язык за зубами удержала.

- Вот и молодца… - косовато усмехнулся студиозус[24] и продолжил: - Так что, заварганим тебе сейчас оружие - и вперед, к славе и счастью на веки веков. Время идет, принцесса заждалась!

- Меня?

- Тебя, кого же еще! А теперь стой смирно и по порядку диктуй, чего тебе и сколько надо.

- Меч полуторный… одна штука… - принялся дотошно загибать железные пальцы новоиспеченный внук царя Костея.

На регистрацию желающих породниться с королем новоявленный принц Костейский и его крестный фей - он же по совместительству оруженосец - успели за три минуты до окончания.

Поразительно промолчавшая всю оставшуюся дорогу Грета покинула маленький отряд почти сразу после въезда в Монплезир: Горшечная улица, где располагалась лавка заказчика ее отца, начиналась метрах в ста от городских ворот. Едва завидев указатель Посудной слободы - покрытую патиной, пылью и следами пребывания вездесущих голубей[25] медную крынку размером с бочонок, девушка угрюмо бросила через плечо нечто нечленораздельное, хлестнула кобылу так, что та припустила вскачь не хуже любого рыцарского коня, и скрылась за поворотом.

Агафон проводил ее долгим сочувственным и даже чуть грустным взглядом - но без тени раскаяния.

Если вопрос стоял, выйти замуж незнакомой дочке бондаря за его подопечного, или вылететь из ВыШиМыШи одному очень хорошо известному студенту, его премудрие однозначно выбирал первый вариант.

В конце концов, разных лесорубов, гончаров и прочих землепашцев у Греты была еще полная деревня, даже если не считать соседние.