открывается дверь, и в дверном проёме появляется Мот. Он красив до мурашек в животе.
— Почему ушла? Я соскучился, — не стесняется, подходит и встаёт сзади.
Обнимает, крепко прижимает к себе, Мот такой горячий, а я и правда замёрзла. Мне теперь всегда без него будет холодно. Я это точно знаю, но у меня будут, были эти три дня. Моя маленькая сказка. Смотрю в его серо-голубые глаза и так жалею, что завтра мы вернёмся домой, и всему придёт конец.
— Почему ты грустишь? — целует в голое плечо.
— Завтра мы возвращаемся домой, — с грустью произношу.
— И, что? Познакомлюсь с Арсением. Найдём с ним общий язык, у нас с ним много общего.
— Что? — удивляюсь.
— Ты нам дорога, а ещё я тоже плавал.
Я не верю своим ушам, Тихонов собирается знакомиться с моим сыном?
— Что ты хочешь?
— Вас в моей жизни, — твёрдо заявляет, — Да, Зеленоглазка я больше не буду дураком.
Разворачиваюсь в кольце его рук и смотрю на него. Вглядываюсь и не могу поверить его словам. Мне нужно видеть его глаза. Они не могут лгать.
— Ты, серьёзно?
— Да, Маринка. Я всё решил! Мне хватило двух дней. Чтобы понять, что бегать поздно. Скоро придётся уехать в Англию. — Холод ползёт по плечам. Он прижимает меня к себе, целует в висок и шепчет:
— Тише. Надо решить вопросы с бизнесом, но я вернусь к тебе. Надеюсь, твой сын примет меня.
Что это всё значит?
Он серьёзно сейчас это говорит? Или это только красивые слова, уедет назад и не вернётся. Я в смятении, как поступить? А наплевать. Буду брать от жизни всё, что мне предлагает судьба.
Начинаю целовать Матвея в шею, царапать спину. Он втягивает воздух и вжимает меня в своё тело. Руки ложатся на попку и сжимают её. Страсть и желание вспыхивают мгновенно. Мне всегда его будет мало.
— Моя. Больше не отпущу.
И мы вновь перемещаемся в кровать. Ночь наполнена нежностью и страстью. В каждом своём жесте Мот показывает мои чувства.
Страшно, что будет дальше…
Двадцатая глава
Мы возвращаемся домой. У меня смешанные чувства. Матвея не узнать. Он окружил заботой и вниманием. Страшно поверить, что он серьёзно. Мот решил, что будет со мной. Его намерения быть частью нашей жизни с сыном. Хочет найти точки соприкосновения с Арсением. Я боюсь разочароваться. Матвей отвозит меня домой. Проводить меня до двери квартиры не разрешают, Но он не преклонен. Провожает до лифта, прижимает меня к стене и шепчет, глядя в глаза:
— Зеленоглазка, я серьёзно, прошу, поверь и доверься.
Как хочется верить, сердце сходит с ума. Только время поможет расставить все в свои места.
— Мне нужно время, — прошу у него. — Дай время на принятие решения и разговор с сыном.
— Буду ждать, — хмуриться, — Два дня и не больше! — строгий голос любимого.
А потом целуемся и не можем насытиться. Расстаться сложно, но мы не школьники прятаться по подъездам. Обещаю позвонить. День проводим с Артёмом. Я так соскучилась по сыну. Он так вырос за три дня. Сварила ему суп, запекла мясо. А теперь сижу и наблюдаю, как мой ребёнок с таким аппетитом поглощает еду. Рассказывает о новостях, случившемся за дни моей командировки. Горжусь успехами Арсения в спорте. Мы сидим на кухне. Каждый занят своим делом. Я делаю вид, что читаю книгу, а на самом деле отвечаю на сообщения Мота. Арсений сидит за столом и печатает в ноуте. Затем раздаётся звонок в дверь. Смотрю на часы. Время позднее. Кто это может быть? Сын стягивает наушники с головы, смотрит с интересом на меня:
— Мы ждём гостей, мамуль?
— Нет, сынок.
— Пойду, посмотрю, — Арсений идёт в прихожую.
Быстро пишу сообщение Матвею, спрашиваю, чем он занят. Вдруг это он заявился. Он может. Но он пишет, что сидит с мамой. Не пойму своей реакции, я рада или нет. Поднимаюсь и иду в коридор. Слышу, что Арсений с кем-то тихо разговаривает.
— Кто там, сынок? — задают вопрос.
Вижу, как меняется в профиль лицо Арсения. Кто там? Сын не пускает визитёра на порог квартиры. Значит, это незнакомый человек. Подхожу и выглядываю за спину сына. Не могу поверить своим глаза. Это Володя.
— Какими судьбами, Вов?
— Я приехал, насовсем. Не гони, Маринка. Хочу видеть, как растёт мой старший сын.
— Я уже вырос, Владимир, — жёстко пересекает Арсений речь отца.
— Я твой отец, — бесится Вова.
— Нет у меня отца, он живёт на севере. Ты мне не нужен. Уходи.
Не даёт ответить отцу, сын захлопывает перед его носом дверь.
Смотрю на него и не знаю, что сказать. Арсений имеет право не общаться с отцом. Сын ему не нужен был десять лет. А тут я вернулся. Сжимаю кулаки. Хочется вылететь в коридор и столкнуться этого придурка с лестницы. Как у него повернулся язык такое сказать. Обнимаю Арсения, целую в щеку, шепчу:
— Как ты? — смотрю в любимые глаза сына.
— Он мне не нужен. Без него разберусь.
Двадцать первая глава
Горько смотреть на Арсения, как после того, как он закрыл перед носом Володи дверь, плечи проникли. Знаю, что ему хотелось бы общаться с отцом, вот только не с таким. Сын тянется к мужчинам, ему не хватает этого. Поняла это пять лет назад. Но привести в дом чужого мужчину было сложно, потому что не знаешь, как сложится их отношения. Мне было страшно, ведь когда Арсению было семь лет, я пробовала более близкие отношения с мужчиной. Но то, как он повёл себя с Арсением, отбило всякое желание приводить в дом чужого мужика. Решение далось легко. Для меня важен сын, а не своя личная жизнь. Мужчина был в моей жизни, и это был Арсений.
Я, конечно, не была затворницей и встречалась с мужчинами, но в мой дом они не входили. Были свидания, походы в ресторан, театр, но не один из моих трёх мужчин так и не удостоился знакомства с Арсением. Возможно, я плохая мать. Что ж, это мои ошибки.
И вот сейчас это явление за дверью. Папочка решил вернуться в жизнь сына. Злюсь. Хочется выйти, взяв за грудки и встряхнуть бывшего мужа, надавать ему пощёчин. Наш сын самый лучший и он всегда был достоин лучшего отца. Увы, мама подкачала с выбором мужчины. Возвращаюсь на кухню, ставлю чайник.
Арсений вновь вернулся к своему ноутбуку, нацепил наушники и закрылся. Сердце сжимается от обиды за моего взрослого и гордого мальчика.
