- Поговори с ней, - к его удивлению спокойно сказала Моргейн.
Она освободила ему место, он присел на колени и поймал один из взглядов девочки - безумные, но спокойные глаза, как у дикого животного. Девочка что-то с трудом пробормотала и потянулась к нему. Он дал ей руку, ощутил мягкое прикосновение ее пальчиков.
- Она нашла тебя, - сказала она, едва дыша, с акцентом, который трудно было понимать. - Она нашла тебя. И ты не боишься? Я думала, вы враги.
Да, теперь он все понял. Он похолодел от этих слов, чувствуя за спиной присутствие Моргейн.
- Ты встретила моего кузина, - сказал он. - Его имя кайя Рох.
Ее губы задрожали, она взглянула на него с полным сознанием в темных глазах.
- Да, - сказала она наконец, - ты другой. Я вижу, что ты другой.
- Где Рох? - спросила Моргейн.
Угроза в голосе Моргейн испугала девочку. Она попыталась двинуться, но Вейни не отпустил ее руку. Ее глаза опять вернулись к нему.
- Кто ты, - спросила она. - Кто ты?
- Нхи Вейни, - ответил он, в то время как Моргейн молчала, и после раздумья повторил свое имя: - Нхи Вейни из клана Кайя. А кто ты?
- Джиран, дочь Эла, - сказала она и добавила: - Я иду на север, в Шиюн, - словно эта информация и она сама были неразделимы.
- А Рох? - Моргейн встала на колени и схватила ее за руку.
Рука Джиран отпустила его руку. На мгновение девочка уставилась в лицо Моргейн, ее губы дрожали.
- Не надо, - попросил Вейни свою повелительницу. - Лио, не надо волновать ее.
Моргейн отпустила руку девочки и поднялась, возвращаясь к костру. Несколько секунд Джиран смотрела в ее сторону, на ее лице были следы испуга. - Дай-кел, - пробормотала она наконец.
Дай хал, высокий клан кваджлов, - все, что смог понять Вейни. Он проследил за взглядом Джиран, который был прикован к Моргейн. Худая, завернутая в черную кожу, она сидела у костра и ее волосы поблескивали в отсветах огня. Он прикоснулся к плечу девушки, и она вздрогнула.
- Если ты знаешь, где Рох, - сказал он, - расскажи нам.
- Я не знаю.
Он отдернул руку, тревога возросла в нем. Ее акцент был странным. Он ненавидел эти развалины - обиталище призраков. Это был сон, в который он сам себя заманил. И у него все еще была свежая рана, которую он получил, когда гнался за ней. Рана кровоточила, и он не сомневался, что у него был шанс умереть здесь, под этим страшным и низким небом. В первую ночь, потерянный, оглядываясь вокруг, он молился. Он все больше и больше боялся, что так и останется на этой земле, на этих бесплодных затопленных холмах, которые воплощали сам ад и в которых маялись потерянные души. Это было бы проклятием для него.
- Когда ты приняла меня за него, - сказал он ей, - ты сказала, что искала меня. Это значит, что он должен быть на этой дороге?
Она закрыла глаза и отвернула лицо, слабое, со следами пота над бровями. Он вынужден был уважать такую смелость. Она - крестьянка, а он воин из клана Нхи. Дрожа от страха и ужаса в этом аду, он ехал за ней и ее маленькой лошадкой, готовый использовать против нее силу вооруженного воина. И это было большое везение, что ее череп не разбился, попав на мягкую землю вместо камня.
- Вейни, - позвала Моргейн позади него.
Он оставил девочку и вернулся к своей хозяйке. Сел рядом с теплом костра. Моргейн пристально смотрела на него, явно чем-то недовольная. Она держала в руках маленький предмет, золотое украшение.
- Она встречалась с ним, - сказала Моргейн, поджав губы. - Он где-то здесь, рядом. Возможно, где-то в засаде.
- Но мы не можем истязать лошадей. Лио, мы совершенно не знаем, что нас здесь может ожидать.
- Но она может знать. Она точно знает.
- Она очень боится тебя, - возразил он мягко. - Лио, позволь мне расспросить ее. Мы должны дать отдых лошадям. У нас есть время. Есть время.
- То, к чему прикасался Рох, не заслуживает доверия, - сказала она. Помни это. Возьми дар на память.
Он протянул руку, думая, что она имеет в виду украшение, но в ее руке блеснуло лезвие, и в его сердце прокрался ужас, потому что это был клинок чести, предназначенный для самоубийства. Сначала он подумал, что это ее, потому что он выглядел точно так же как работы мастеров Мориджа. Затем он понял, что это не так. Это был клинок Роха.
- Сохрани его, - сказала она, - вместо твоего собственного.
Он неохотно взял его и всунул в пустые ножны на своем поясе.
- Храни меня от зла, - пробормотал он, крестясь.
- Храни меня от зла, - повторила она, воздавая дань уважения его верованиям, которые, возможно, никогда не разделяла, и сделала какой-то божественный знак, словно запечатывая его, желая охранить его от зла и от плохого предзнаменования этого клинка.
- Ты можешь вернуть это ему, если хочешь. Это было у ребенка с невинным лицом. Помни об этом, когда обращаешься с ней ласково.
Вейни соскользнул со своего сидения и сел, скрестив ноги, возле нее, угнетаемый плохими предчувствиями. Непривычная тяжесть клинка на его поясе был жестокой насмешкой, конечно же неумышленной. Он был безоружным. Моргейн вкладывала во все свой, только ей известный смысл. Убей его, означало это. Он взял клинок, меньше всего желая использовать его по прямому назначению. Он потерял право на это. Неожиданно он почувствовал вокруг вихрь напряженности: Рох, странная девочка, потерянный клинок, целая сеть каких-то уродливых совпадений.
Моргейн протянула руку второй раз, давая ему маленький золотой предмет: изящно вырезанную птичку с крыльями. Он опустил ее в карман на поясе. - Верни это ей, - он понял, что Моргейн имела в виду. - Ты сам теперь будешь иметь с ней дело. - Моргейн наклонилась вперед и подбросила в огонь дров. Маленькие веточки быстро занялись красными язычками. Отсветы костра блестели на звеньях ее серебряной кольчуги, на плечах, освещали загорелое лицо, светлые глаза и светлые волосы неестественным светом в сгущающейся тьме. Она была колдуньей-кваджлом, несмотря на то, что по крови была человеком. Сам он был родом из далеких гор Эндара-Карша, из местности под названием Моридж. Возможно, она родилась именно здесь, куда привела его. Он не спрашивал. Он чувствовал соленый ветер и запах гнили и знал, что потерял все, на что только мог надеяться. Его любимые горы, стены его мира - все исчезло навеки. Какая-то сила словно бы выбросила его на границу мира и показала ему все уродство, лежащее за его пределами. Солнце было бледным и далеким от земли. Звезды дрожали на небе, а движение лун не поддавалось никакому разумному объяснению.
Огонь стал выше, так как Моргейн не пыталась скрывать его. - Не достаточно ли? - спросил Вейни, нарушая тишину, которая царила над развалинами, древними и зловещими. Он чувствовал себя раздетым, свет делал их уязвимыми для врага, который ночью мог появиться на дороге в любой момент. Но Моргейн просто пожала плечами и подбросила в костер еще одно большое полено. Ей нечего бояться, у нее достаточно могущественное оружие. Может быть, она рассчитывала, что ее враги побоятся приближаться к излишне сильному огню. Колдунья была сумасшедшей и временами непредсказуемой. Бывали моменты, когда Вейни подозревал, что она идет на риск не для того, чтобы испытать своих врагов, но с более темным намерением: испытать саму судьбу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
