Сара вернулась в свою квартиру, довольная тем, что оставила включенным неяркий свет. Оглянувшись вокруг, она пожалела, что у нее нет домашнего любимца — кошки, например, игривого маленького создания, которое было бы радо ее видеть.
Не зная, чем себя занять, Сара включила телевизор, чтобы был какой‑то шумовой фон, и расстегнула блузку. Долгая успокоительная ванна была для Сары панацеей от всего, включая приступы одиночества.
Сара наполнила ванну водой и сняла остальную одежду. Со вздохом погрузилась в воду… и опять стала думать об Адаме.
Скользя мочалкой по телу, Сара представляла его руки — эти длинные сильные пальцы, — которые ласкают ее, касаются грудей, живота, бедер. Она невольно вообразила, как он склоняется над ней, их губы встречаются в чувственном влажном поцелуе. Нежном. Страстном.
Вскоре Сара поднялась из воды, дотянулась до полотенца и завернулась в него. По причине, которой она сама не находила объяснения, она не стала вытираться. Вместо этого она пошла в спальню и присела на краешек кровати. Может, ей хотелось, чтобы ее кожу высушил воздух, чтобы она впитала жар, который не давал ей покоя. Сара наклонила голову и отбросила прядь волос, упавшую ей на плечо. Дверца стенного шкафа была открыта, демонстрируя нехитрый гардероб Сары — строгие платья, деловые блузки, удобные брюки. Белые, бежевые, кое‑где мятно‑зеленые, немного джинсовой одежды.
Алая змея среди них выделялась, как неоновая вывеска. Как вишни на снегу. И ей уже мерещилось соитие с высоким, стройным воином — победителем драконов. Ошеломляющим. Вожделенным. Запретным.
Адам, наверно, хотел, чтобы Сара соблазнила его. Но могла ли она? А если так, то не потеряет ли она в итоге свое сердце?
Вики права. Сара не может прятаться от привязанностей всю оставшуюся жизнь. И Адам не причинит ей боль. Он добрый, достойный и сильный, мужчина, который уважает женщин, который хочет когда‑нибудь завести семью.
А не это ли ее мать подразумевала, говоря о «ее мужчине»? У Адама были все те старомодные качества, которыми Сара восхищалась.
Да, решила она. Она будет заниматься любовью. Сегодня ночью. С Адамом. Дрожащими руками она вытерла влажную кожу и потянулась за платьем. «Это не ошибка», — твердила она себе, глубоко вздыхая.
Расстегнув платье, Сара ступила в него, позволив атласу скользнуть по своей обнаженной плоти. Дальше настал черед волос. Сара вытащила шпильки и расчесала волосы до щелковистого блеска. Они ниспадали ей до талии тяжелым иссиня‑черным водопадом.
Поскольку Сара не была особенно опытна в том, как накладывать косметику, она удовлетворилась легкими мазками, надеясь смягчить свои резкие индейские черты. Слой туши удлинил ее ресницы, румяна оттенка меди с блеском подчеркнули ее скулы. Губы Сара покрыла натуральной помадой из смеси цветов Ямайки, розовой воды и масла какао. И улыбнулась. Рубиновое пятно казалось таким же греховным, как и платье, надетое на голое тело.
Сара переложила бумажник и ключи в золотую плетеную сумочку, на ноги надела золотые босоножки. Оба предмета были простыми летними аксессуарами, но сегодня вечером в них таилось что‑то экзотическое. Тут Сара сообразила, что не застегнула молнию платья до конца, а тем более не закрепила крючки. После нескольких безуспешных попыток она сдалась. Все равно она собирается снять этот наряд.
Чтобы успокоиться, Сара положила в рот фруктовую конфетку, и ее дыхание наполнилось ароматом сладости.
Вишни на снегу. Этот образ снова возник у Сары как незаметно подкравшийся чувственный соблазн. Теперь пути назад не было. Она хотела Адама слишком сильно.
Подъехав к его дому, Сара припарковала машину и долго сидела за рулем, оставаясь неподвижной. Наконец Сара вышла из автомобиля, приблизилась к входной двери и нажала на кнопку звонка, уговаривая себя, что волноваться не о чем.
Он открыл не сразу, но, когда это случилось, сердце Сары подпрыгнуло к самому горлу. Волосы Адама были распущены, грудь обнажена. А его пижамные брюки сползли на бедра, открывая пупок. Сара тут же поняла, что подняла его с постели.
Адам откинул прядь волос с лица. Его волосы были так прекрасны, как только она могла себе представить. Густые, каштанового цвета, они падали ему на плечи, гладкие и приятные на ощупь, как норковый мех. Внезапно она ясно осознала, что совершенно обнажена под своим облегающим платьем.
— Сара, — уставился на нее Адам. — Глазам не могу поверить.
Молчаливо приглашая, он ступил назад в дом, и Сара последовала за ним; наконец она остановилась у стены, не зная, что делать дальше.
У ее ног кружилась кошка, терлась своим гладким мехом о ее лодыжки. «Это будущая мамаша, — поняла Сара. — Она ждет котят».
— Выглядишь потрясающе, — с восхищением сказал Адам. — Спасибо.
Комнату облетел легкий ветерок, и Сара увидела, что окна открыты, прозрачные занавески колыхались, точно в них гулял призрак соблазна.
— Я никогда раньше этого не делала, — призналась Сара.
— В том смысле, что не забиралась ночью к мужчине в дом?
— Да… Нет. Я говорю о сексе.
Адам шагнул к ней и остановился, когда их разделяли сантиметры; его глаза приковали ее взгляд.
— Это у тебя в первый раз?
— Ты удивлен?
— Да. — Адам поднял руку, коснулся ее щеки. — Но… — Он замолк и затем слегка нахмурился.
Сара нервно изучала встревоженное выражение его лица. Он собирается отвергнуть ее? Отослать домой?
— Это проблема?
— Нет, милая Сара, я польщен, твой выбор делает мне честь. Но я…
— Шшш. — Сара прижала палец к его губам, тронутая заботой Адама. Хотя она и убеждала себя в том, что старые обычаи больше неважны, девственность ценилась в их культуре. Мужчина‑чироки, который придерживается традиций, воспринял бы предложение Сары как дар.
Они почти касались друг друга, между ними лишь вилась и мурлыкала кошка.
Дыхание Адама стало прерывистым, на шее у него забилась жилка.
— Сара…
— Расскажи мне о своей фантазии. Расскажи мне, как все это происходит.
Он закрыл глаза, но секунду спустя снова их открыл.
— Не могу.
«Это все из‑за моей девственности, — решила Сара. — И оттого, что он старается сдержать первобытное желание, закипающее в его глазах».
— Тогда исполни свои желания, пусть они сбудутся.
Похоже, это было больше, чем он мог вынести. Адам стянул платье с ее плеч, и оно упало на пол. Сара вздрогнула, когда прохладный воздух остудил ее кожу. Но вот руки Адама, теплые и чувственные, коснулись ее тела; медленно, очень медленно он повлек ее к стене, и Сару охватил неведомый доселе страх. Она чувствовала, как Адам возбужден, ощущала тяжесть и твердость его плоти сквозь легкую материю пижамы.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
