– Так давай со мной, в Камбоджу! – живо предложил Стас.
– В этот раз точно не получится. Еду на «Серфомай». А вот в следующем, если поедешь, зови.
– Обязательно! Я бы еще предложил тебе на следующий год сноубордом заняться. Очень хорошо ум очищает.
– Сноуборд? Ум? А как это связано?
– Очень даже связано! Доказано на личном опыте. Например, когда мы с командой разработчиков заходим в тупик при решении какой-то задачи, то летим на Эльбрус, берем доски, спускаемся все вместе, и, внизу, после волны адреналина и высокой скорости, все «неразрешимые» вопросы решаются очень быстро! А ты сам-то чем занимаешься для поддержания формы?
– Сам в спортклуб похаживаю. Немного тренажеры, йога, пилатес.
– А, ну это тоже тема. Но попробуй для сравнения цигун тоже. Очень влияет на осознанность в теле.
– Благодарю за интересную информацию!
– Пользуйся на здоровье! Очень приятно, что, оказывается, с тобой можно так запросто познакомиться!
– Ну, не запросто. Я все-таки выбираю, с кем мне общаться.
Они попили еще чаю, пообщались на близкие для них обоих темы. Олег подписал книгу для Станислава и тепло попрощался с новым знакомым.
Олег с горечью подумал о том, что вряд ли ему, конечно, удастся когда-нибудь поехать в Камбоджу одному, чтобы спокойно заняться там цигуном и съездить к шаману. Все это были мечты, которые никогда не станут реальностью. По крайней мере, в ближайшие пятнадцать лет, пока дети не вырастут.
Сделав дела, Олег решил съездить на пилатес к Елене в «Hard Candy». Клуб располагался тут же, на Петроградке, на Петровской набережной. Олег любил смотреть на Неву, разминаясь на беговой дорожке, и думать о своем. Нева совсем недавно освободилась ото льда и поблескивала муарами волн в такт дыханию города. В этот раз Олег размышлял о предстоящей поездке, о том, как они будут жить с сыном в палатке, о том, как он наконец-таки встанет на виндсерф.
Глава 10. Продиджи
Тема с виндсерфингом была связана у Олега с воспоминаниями о Виталике по прозвищу Продиджи. Виталий более пятнадцати лет был для Олега живой легендой. Олег постоянно о нем что-то слышал от его девушки, от общих знакомых, но познакомился только спустя лет десять после того, как впервые услышал о нем. Тогда Олег еще работал следователем в районном управлении МВД, нарабатывал практику и отдавал долг родине за бесплатное обучение в престижном юридическом вузе. Уже через несколько месяцев он глубоко погрузился в рутину работы, расследуя одновременно по двадцать уголовных дел. В то время компьютеров еще не было. Все документы печатались на печатной машинке: грубая ошибка внизу листа – и весь его надо было перепечатывать заново с самого начала.
В его отделе работала девушка по имени Инна. Улыбчивая, слегка застенчивая, с очень дружелюбным, мягким и тактичным характером и глубокими зелеными глазами. Инна периодически приносила фотографии со своего отдыха, и Олег с легкой завистью смотрел, как она то летает на параплане, то стоит на доске с парусом, то в горах, то на море. Она с гордостью рассказывала о своем парне Виталике, который и развлекал ее подобным образом.
Чем занимался Виталик, было не совсем понятно, но график его работы позволял ему в любой момент схватить доску, кинуть ее в свой маленький желтый микроавтобус «фольксваген» и помчаться туда, «где дует».
Олег, не вылезавший из кабинета с утра до вечера, пересиживающий суточные, ночные, сверхурочные и прочие «прелести» работы, с которой даже в отпуск было не уйти, слушал эти истории, как рассказы очевидцев об инопланетянах, и даже представить себе не мог – какой он, тот мир, где живут такие люди. И конечно же, все это стоило денег, которые ему тогда даже и не снились.
А Виталик не работал ни одного дня на наемной работе. Он не мог исповедовать принцип «Кто понял жизнь – работу бросил», так как бросать ему было нечего. Он никогда ее и не начинал.
Очень показательной была история, которую передавали из уст в уста, о том, как один раз Виталик чуть было не согласился пойти на наемную работу. Его пригласил приятель на престижную должность заместителя руководителя крупной компании, увидев, как легко Виталик справился со сложной задачей на переговорах. Зарплату предложил большую, чем приносил Виталику его непростой бизнес. «А график будет свободный?» – уточнил Виталий у работодателя. «Нет, конечно! Будут выходные – на них и катайся. В будни работай». Через несколько дней Виталик пришел с решением: «Я согласен. Но у меня одно условие: если в будний день хороший ветер, то я не работаю. Идет?» Его маленькое условие не устроило работодателя, и Виталик так и не попробовал себя в шкуре «наемника».
Они познакомились уже тогда, когда Олег начал строить свой юридический бизнес. По рекомендации Олега Виталий даже сходил на тренинг, который в свое время изменил жизнь Олега. После этого же тренинга Виталий (как к тому моменту уже выяснилось, занимавшийся скупкой и продажей промышленных трансформаторов) решил открыть свою дизайнерскую студию «Jakobs Machines», в которой, вместе со своими друзьями давал вторую жизнь этим «многолапым» металлическим монстрам-трансформаторам, делая из них эксклюзивные барные стойки, светильники, диджейские пульты и еще много чего интересного.
Свою выставку в Питере, в лофт-пространстве «Этажи», Виталик решил назвать «Пролом». Название должно было стать проломом старых стереотипов о промышленных объектах, но буквально воплотилось в реальности, когда стало понятно, что монстры Виталика не могут войти на четвертый этаж здания ни по одной из лестниц. Любой нормальный человек перенес бы выставку в другое место, но не Виталик. Он договорился с администрацией, что сделает пролом, демонтирует окно на четвертом этаже и загрузит свои изделия краном прямо через него. А потом все починит. Так и сделали.
Выставку посетило очень много народу. Были репортажи на телевидении, интервью в журналах. Виталик привлек к участию в ней еще и своих друзей, работающих в этом же направлении. Было действительно интересно. Открытие и закрытие сопровождалось эпатажными шоу в стиле «стим-панк», да и сам Виталик встречал на выставке гостей в цилиндре и кожаных подтяжках, как английский механик девятнадцатого века. Надо было видеть, с какой любовью и увлечением Виталик, наверное, уже в сотый раз рассказывал гостям выставки о каждом изделии. «А вот нефтяные часы! – вещал он с улыбкой, показывая на стену, на которой размещались огромные часы, наподобие песочных, но в их стеклянной колбе свободно перемещался не песок, а нефть. – Часы рассчитаны на двадцать четыре часа. Вот видите нанесенные риски „Утро“, „Вечер“, а между ними риска с наименованием „Подвиг“. Это означает, что каждый день в нашей жизни есть место подвигу».
В планах у Виталика были выставки в Финляндии и Нью-Йорке.
Виталий не бросал своих увлечений активными видами спорта. Он поставил на доску, наверное, больше сотни человек. Все с восторгом рассказывали о совместных поездках с ним на его микроавтобусе, на тот же «Серфомай» или еще куда-нибудь. Виталий звал с собой и Олега. «Да! С удовольствием! Обязательно съездим! Чуть позже! Вот дети чуток подрастут!» – отвечал Олег.
«Чуть позже» не случилось. Виталик скоропостижно умер от рака. Сгорел буквально за месяц. Никто не мог поверить. В нем было столько энергии, столько амбиций, что хватило бы на десять человек на сто лет. Почему он? Никто не мог понять. Инна не могла найти себе утешения очень долго. Из разговоров с ней было ясно, что жилось ему в последнее время очень непросто: постоянно случались какие-то форс-мажоры в бизнесе, какие-то непредвиденные расходы. Он был вынужден занимать деньги у друзей, и все это довольно сильно подкашивало его морально, хотя внешне он и продолжал бодриться.
На отпевание и проводы Виталика пришло более сотни человек. Пришел и Олег. Многих он видел впервые. Проводы устроили в яхт-клубе, где Виталик был частым гостем. Очень много было тех, кого Продиджи поставил на доску. Все наперебой рассказывали истории из жизни друга, и одна была краше другой. Была среди провожавших и компания ребят, которые улыбались и веселились больше всех, – друзья Виталика, ставшие не так давно кришнаитами. Один из них, Паша, рассказывал, что, когда был у Виталика в больнице, за день до смерти, тот рассказал о том, что встречался с Богом. Паша рассказывал об этом с радостью и вдохновением на лице, не беспокоясь о дальнейшей судьбе друга, и это очень контрастировало с угрюмыми лицами «покинутых».
Кстати, доску Женьке подарил как раз Виталик. И он же дал Женьке первые уроки виндсерфинга.
Олег предвкушал предстоящую поездку, отчего так легко бежалось на бесконечной беговой дорожке. После пробежки он сходил на пилатес, к Лене, а затем покайфовал в великолепном турецком хамаме с маленькими «звездочками» на потолке и меняющей свой цвет подсветкой фонтана посередине круглого помещения бани.
