– Сядешь на площадку «Бифорт Дайнэмикс», – приказал Роберт пилоту, плюхаясь в переднюю кабину рядом с ним, – и можешь быть свободен…
Коптер пронесся над центром города и опустился на уставленной воздушными машинами крыше гигантского небоскреба финансово-промышленной корпорации «Бифорт Дайнэмикс Груп». Пилот выбрался наружу. Роббо быстро занял его место и рванул штурвал на себя, бросая мощную машину в небо.
– Я, честно говоря, и сам не много понимаю, – сказал он Кэтрин, опустив отделявшую салон от кабины перегородку, – прости меня. Мы сильно рискуем, но я не видел другого выхода.
– Ты втравил меня в какую-то веселую историю? – иронично поинтересовалась женщина.
– Не совсем так, Кэт. Ты влипла в нее без моей помощи. Понимаешь, тогда, в порту, стреляли не в капитана Лашке, а в меня. И я хорошо знаю, кто… это тот же мерзавец, что уделал Макса Даниэли. Сейчас у меня нет времени выяснять, каким образом Макс, крупный профсоюзный гангстер, был связан с этим ублюдком – ситуация слишком накалилась, мне уже не до Макса. Ты тоже под ударом, а мне, поверь, очень не хотелось бы вернуться и обнаружить тебя в могиле.
– Вернуться откуда?
– С Грэхема. Кажется, там я смогу получить кое-какие ответы на свои вопросы. Фактически, в данный момент я почти ничего не понимаю… но сегодня я узнал, что на меня открыли сезон охоты.
– Ты собираешься лететь рейсовым? У меня могут быть проблемы с таможней – полицейские чиновники моего ранга не имеют права покидать планету без особого разрешения начальника департамента.
– Мы не будем проходить таможню, – отмахнулся Роберт, – у меня собственный корабль… и я хотел бы поглядеть на того идиота, который решится сунуться под огонь его башен и батарей. Мы вылетим завтра вечером.
– А сейчас?..
– В департаменте Дагсборо у меня есть хижина. Предгорья Пирс-Рок, места там дикие, и о ней никто не знает. По крайней мере, я так думаю. Да и вообще: по некоторым данным, убивать меня нужно при большом скоплении народа, иначе нет смысла даже завязываться с таким дерьмовым делом. В Дагсборо – глушь, а взять меня живым не так-то просто, особенно там.
Кэтрин покачала головой и отвернулась, уставившись в окошко. Коптер мчался на огромной высоте, жадно пожирая километры – роскошная модель вполне оправдывала свою заоблачную цену, ее глухо ревущие двигатели могли перебросить хозяина на другую сторону планеты буквально за час. Сейчас ее острый нос смотрел на северо-запад, торопясь увидеть покрытые вечным снегом вершины горной цепи Пирс-Рок.
Роберт убрал газ и отдал штурвал от себя. Красноватое солнце высоких широт, равнодушно горевшее слева по курсу, исчезло – снижаясь, машина провалилась в плотную пелену облаков. За толстыми стеклами кабины клубился серый кисель. Коптер продолжал терять высоту, но до края облачности еще было далеко, приборы показывали его лишь на ста с лишним метрах. Роббо перевел взгляд на курсограф и коротко выругался. Рука крутнула штурвал влево, корректируя курс снижения… коптер выпал наконец из плена седого марева, и в продолговатом окошке у левой ноги Роберта помчался однообразный буро-зеленый ковер непролазной тайги.
– Накинь плащ, – сказал он Кэтрин, – здесь уже осень… и вообще не тропики.
Короткие крылья коптера неторопливо спрятались в пазы на днище: замедлив ход, машина огибала высокий, заросший старыми деревьями холм, и Кэтрин увидела наконец то, что Роберт называл «хижиной’. Угрюмое, островерхое двухэтажное строение прилепилось к самому склону горы; узенькая площадка, едва достаточная для посадки коптера, заканчивалась глубоким и темным обрывом. Справа от дома угадывались неровные контуры какого-то приземистого сооружения, почти целиком скрывшегося под паутиной цепких ветвей ползуна. Дом выглядел древним. Его стены, сложенные некогда из разнокалиберных каменных глыб, сплошь заросли бурым мхом, темные провалы высоких стрельчатых окон показались Кэтрин глазами мертвеца. Опоры шасси коснулись дерна, раздраженно фыркающие двигатели смолкли, и Роберт распахнул дверцу пилотской кабины. В теплое нутро коптера ворвался холодный ветер, несущий с собой целую гамму непривычных Кэтрин запахов: пахло прелой листвой, смолой и чем-то еще, холодным и чужим.
Она выбралась из машины, кутаясь в свой нелепый плащ, и двинулась вслед за Робертом, который поднялся по по усыпанной листьями серой от времени лестнице и уже колдовал над замками входных дверей.
– Боже, какая глухомань, – протянула она, всматриваясь в зловещую громаду леса, начинавшуюся сразу же за недалеким обрывом.
Огромная, окаменевшая за столетия дверь противно взвизгнула по камню, сметая в сторону рубиново-красные палые листья, и в глубине дома неожиданно вспыхнул свет.
– Добро пожаловать в один из древнейших замков планеты, – улыбнулся Роберт, – сейчас я запущу генератор, и здесь будет тепло и очень мило. Ты пока можешь разжечь камин – дрова в углу за креслом.
Кэтрин шагнула через порог и с любопытством огляделась. Огромный холл, похоже, занимал больше половины всего первого этажа. Стены были отделаны полированными деревянными панелями, на окнах висели тяжелые коричневые шторы, пол был затянут мохнатым темным ковром. Камин поразил ее, и не столько своими гигантскими размерами, сколько странной формой и загадочной, совершенно нечеловеческой резьбой: казалось, по синему камню струятся живые, пульсирующие нити, сплетаясь в игриво подмигивающие узоры. Перед камином стояло тяжеловесное глубокое кресло и невысокий круглый стол из потемневшего от времени темно-красного дерева. Второе кресло находилось в углу, и за ним действительно обнаружился небольшой запас аккуратно напиленных смолистых поленец. Уложив их в глубине громадного очага ровным колодцем, Кэтрин взяла с каминной полки баллончик с легко горючим аэрозолем, брызнула на дрова и поднесла к ним зажигалку. Поленья схватились ровным, чуть гудящим в тяге пламенем.
Молочного цвета потолочные плафоны на секунду моргнули и вспыхнули неожиданно ярким, неприятным белым светом. Мягко щелкнула внутренняя дверь, и в холл вошел Роберт.
– Молодец, – похвалил он Кэтрин, поднося к камину замерзшие руки, – сейчас уже будет тепло во всем доме: имперские генераторы тянут, как звери.
– Имперские генераторы? – поразилась женщина. – Но откуда?
– Резерв жизнеобеспечения с какого-то небольшого корабля. Это бунгало было выстроено очень давно, и вообще – история у него довольно странная. Ну что ж, пора готовить ужин: за бортом уже темнеет.
Просторная кухня, освещаемая довольно странным, но приятным плафоном, оказалась набита старинной бытовой техникой – ничего подобного Кэтрин раньше не встречала. На массивной электроплите, высокочастотных печках и посудомоечном автомате красовались выцветшие логотипы неизвестных ей фирм, а низкотемпературный продуктовый шкаф оказался и вовсе непонятного, явно нечеловеческого происхождения.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
