казалось, что каждая клетка моего тела превратилась в желудок. В очень, очень голодный желудок, и сейчас, пытаясь поймать крохи энергии, эти желудки переваривали меня самого.
— Поддайте энергии, — раздался рядом незнакомый женский голос.
— В него как в чёрную дыру уходит, — удивлённо проговорил мужской голос.
— А чего ты хотел? — снова заговорила женщина. — Тело истощено, резервуар на нуле… Хотя да, для его возраста он действительно большой…
Голоса замолчали, а я по-прежнему не мог ни открыть глаза, ни что-то сказать — желудки никак не могли наесться.
Наконец, через год по моим внутренним часам, стало немного легче. Ещё через два я с трудом разлепил тяжёлые веки.
Нависшая ветка берёзы, голубое небо, летящие по нему облака и немного размытое, но красивое женское лицо, обрамлённое вьющимися чёрными волосами.
— Вы как, барон? — Женщина улыбнулась, а её карие глаза довольно сверкнули.
— Бывало и лучше, — прохрипел я.
— Понимаю, выпейте это. — Ладонь подняла мой затылок, а губ коснулось прохладное горлышко бутылки. — Ага. Хорошо, а теперь вот это…
В итоге целительница заставила меня выпить аж пять настоек, но жаловаться я не стал, так как с каждой секундой чувствовал себя всё лучше. Правда, даже садиться пока не рискнул.
— Отдыхайте, барон, я ещё позже подойду вас проведаю.
Женщина встала, и мне открылся очень интересный вид на… облачённые в тяжёлую металлическую броню ноги, а потом спину и задницу.
— Не понимаю, как они постоянно такую тяжесть носят… — В поле моего зрения показалось лицо Феникса.
— Там же облегчающие руны. Слушай, будь другом, подложи мне что-нибудь под голову.
— Сейчас! — Феникс стянул с себя куртку, смотал её и подсунул мне под затылок. — Нормально?
— Да, а теперь рассказывай!
— Да нечего рассказывать. — Торговец уселся рядом и сунул в рот травинку. — Ты отрубился три часа назад, ребята пришли минут сорок назад. Твоим взрывом перевернуло ещё две лодки и со всех сняло щиты. Видимо, в этот момент эти черти осознали, что их преследует кто-то очень сильный, и, побросав своих, поплыли к тому берегу. Я расстрелял все свои и твои патроны. Но часть гадов ушла.
— Сколько?
— Человек сорок, может, пятьдесят, но не больше. Некоторые раненые, зато они потеряли почти всё, что везли с собой. Сейчас наши ребята всё это вылавливают из реки. Ну и за теми козлами тоже пошёл большой отряд, может быть, догонят.
— Кости нет? — оглядывая суетящихся на берегу штурмовиков, спросил я.
— Нет, тут только военные. Сейчас подкрепление ждут, чтобы спокойно добычу из леса вынести. О, босс идёт! Давай я вас наедине оставлю.
Феникс встал, а ко мне, тяжело шагая по траве, подошёл очередной закованный в броню воин. Мужчина лет сорока с чёрными волосами и лицом, заросшим трёхдневной щетиной.
— Как самочувствие героя? — с усмешкой спросил он.
— Дырка под медаль чешется.
— О! — рассмеялся воин и сел на корточки. — Там под все три должно чесаться! Я полковник Севастьянов. Руслан Олегович. Командующий этой операцией.
— Барон Д, — усмехнулся я.
— Я знаю ваше имя, барон, — кивнул военный, — и вы правы, здесь на всякий случай его лучше не называть. У вас есть что ещё нам сообщить?
— Могу только рассказать, где тот бункер в Трое, в котором одна из групп скрывалась.
— Да! Это очень нужно. — Полковник задумчиво поскрёб щетину. — Понятно, что они там ничего не оставили и, скорее всего, вообще заминировали, но, возможно, с помощью него мы сумеем понять, как они прячутся, и найти остальные. Ещё что-нибудь?
— Да так в голову ничего не приходит, но, если что-то вспомню, обязательно сообщу.
— Хорошо. Когда вернёмся в империю, я дам вам координаты, и вы в любой момент сможете связаться со мной напрямую. Ещё раз спасибо, и не сомневайтесь, награда будет очень большой! Ну и медаль, конечно.
Военный встал.
— А когда вы назад пойдёте? — спросил я.
— Первая группа выйдет через три часа, если хотите, можете пойти с ними.
— Хочу.
— Значит, договорились. Отдыхайте, барон Д.
Военный резко развернулся и зашагал к своим.
— Обещал награду? — тут же вернулся на своё место Феникс.
— Очень большую обещал.
— Если дадут выбор, проси деньгами!
— Обязательно, — ответил я и перевёл взгляд на колышущиеся на ветру листья берёзы.
— О чём думаешь? — через минуту спросил Феникс.
Перед тем как ответить, я обратился к своему резервуару и прогнал по каналам немного энергии. Больно, но терпимо.
— О Лос-Сантосе, — сказал я, предварительно установив небольшое звуконепроницаемое поле.
— А что с ним?
— Да вот думаю, что от Савино до него всего двадцать километров, а там же могут быть такие же бункеры «Центра».
— Ага. — Феникс достал бутылку с водой и сделал несколько глотков. — А ещё совсем скоро они что-то предпримут, и лучше бы найти эти бункеры раньше.
— Как думаешь? — Я посмотрел на напарника. — А можно, кроме награды, выбить с военных деньги на новую операцию?
— И вложить их в Савино?
— Как можно! — возмутился я, но при этом едва заметно кивнул.
— Думаю, ради такого дела военные могут раскошелиться.
— Значит, попробуем так и сделать. — Я зевнул. — Ладно, через три часа выход, мне надо отдохнуть.
— Давай спи, герой, а я посторожу. — Феникс прислонился спиной к берёзе и тут же захрапел.
— Сторож, блин, — усмехнулся я, зевнул ещё раз и через мгновение тоже отрубился.
И снились мне тысячи несущихся на Нижний Новгород квадроциклов и летящие над ними здоровенные треугольные космические корабли.
Глава 6
По счастью, на обратной дороге нам не пришлось ходить зигзагами и отряд шёл по прямой. Вернее, шли все, кроме меня. Меня же почти весь путь назад по очереди тащили на носилках. Ну а я, наложив на одежду руны, притягивающие ману, и напившись восстанавливающих зелий, бессовестно дрых.
Когда мы вышли к транспорту, уже давно стемнело, а когда прибыли в Усмань, время перевалило за полночь. Эту часть дороги я тоже, кстати, всю проспал и нисколько этого не стыдился.
Скоро за нами с Фениксом должны были приехать ребята из Савино, но перед этим я решил зайти к Петру
