Читаем без скачивания Новый Галлифрей - Вера Космолинская

— Кто входил в мою Тардис?! — вопросил я сходу, туда ворвавшись.

Естественно, мне ответили только недоуменные взгляды.

— Доктор, ведь ты не?!.. — не договорив, я безнадежно махнул рукой. Кажется, это было явление той же природы, что неожиданно сваливающиеся на голову галлюцинации, лишние Доктора и далеки с дикими идеями. — У меня в Тардис появился объект…

— Объект? — переспросил Доктор.

— Объект? — с абсолютно непередаваемым выражением лица повторил наш относительно свежеиспеченный шеф безопасности.

— Именно, предлагаю всем пойти посмотреть на него и устроить мозговой штурм, что это за дрянь. Лично я хочу вышвырнуть ее куда-нибудь в космос, может быть, в черную дыру, но сперва давайте посмотрим.

— То есть… — вкрадчиво проговорил Доктор, — ты предлагаешь нам войти в твою Тардис, и тебя даже паранойя не грызет?

— На этот раз — нет. Вы — не самая большая проблема. Да. Предлагаю.

И мы дружно отправились на исследования непонятного куба.

— Вот, полюбуйтесь! С тех пор как мы раскрыли Трещину, отовсюду валится черт-те что!

— Кажется, у тебя действительно огромные проблемы с нервами, — съехидничал Шестой. — Во вселенной все время что-нибудь происходит, например, ты мне все время подворачиваешься.

Я только покрепче стиснул отвертку, сдерживаясь.

«Из несинхронизированных линий?!.. Это еще кто кому подворачивается!»

— И между прочим, она появилась именно в твоей Тардис, — заметил Десятый. — Я предупреждал, что именно она — источник резонанса.

— Все было прекрасно, пока мы случайно не спровоцировали этот резонанс. В любом случае… От этой штуки я хочу избавиться. Как вы полагаете, может, стоит спихнуть ее в Трещину? Или отправить на солнце, или в черную дыру, или за пределы континуума…

— Не надо, — перебила Ривер. — Я знаю, что это за вещь, я видела ее раньше. Это Пандорика. Временная тюрьма, абсолютная изоляция от времени и пространства, для… — Она опустила свою отвертку и посмотрела на Доктора. — Я думаю, для того, чтобы ее открыть, надо, чтобы ты к ней прикоснулся.

— А что оттуда появится? — спросил я.

— Если я не ошибаюсь, все должно быть хорошо. — Она снова пристально посмотрела на Пандорику, пробормотав тихо что-то вроде «так вот как это случилось в первый раз…»

Доктор немного помялся, выбирая, к какой стороне куба лучше прикоснуться, пожал плечами и приложил ладонь к стенке. Раздались щелчки и лязганье. Доктор отступил на шаг, я на всякий случай поднял отвертку. Из раскрывающегося куба полилось яркое сияние, а потом раздалось что-то вроде:

— Йо-хо! Джеронимо!!!

Одиннадцатый??? И точно из соседней вселенной!

— Я жив?! Где это я? На Земле? Нет, не на Земле… А где тогда? Вселенная же взорвалась! Ривер! Ура!.. Ого! А это я!.. И это я!.. Ух ты… А где это мы?

— Эй! — позвал я. — Что значит, «вселенная взорвалась»?!

— Погибла! — сокрушенно и устало ответил Одиннадцатый. — Взорвались звезды. А, это опять ты? Привет.

— Вы что, уже встречались? — спросил Шестой.

— Было дело.

— Какой бардак!..

Согласен.

— Вечно с тобой так…

— А ты закрыл Трещину?

— Трещину? — Одиннадцатый потряс головой. — Ах да, Трещина! А ты откуда знаешь про Трещину?

— Ну, здравствуйте, мы говорили совсем недавно, когда наш Десятый оказался в твоей вселенной, а ты в этой. Ты тогда потерял свою отвертку…

— Эту? — Одиннадцатый вытащил из кармана в точности такую отвертку, какая была теперь у Десятого. Десятый посмотрел на свой эквивалент и сделал большие глаза.

— Наверное, предыдущую… Но кусок обшивки Тардис нашего Доктора ты унес с собой.

— А какой Доктор ваш?

Я молча указал на Десятого. Ривер кивнула и заботливо взяла Одиннадцатого под руку.

— Пойдем, надо привести тебя в себя.

— И судя по тому, что ты, Ривер, помнишь эту штуку, и что взорвались звезды, и это в твоем прошлом, все кончится благополучно, да? Он вернется, и вселенная восстановится.

— Спойлеры, — проворчала Ривер. — Сперва я должна о нем позаботиться.

— Конечно. Иначе мы рискуем целой вселенной с твоим прошлым, а значит, и нашим тоже…

— А мы пока снимем чертежи! — оживился Десятый, оглядывая Пандорику внутри и снаружи и вовсю жужжа отверткой во всех ее углах и стыках.

— Может еще и применим для чего-нибудь, — заметил Харт. — Например, для Давроса?

— Вариант… В любом случае может пригодиться. И ведь это в моем будущем? Хотя нет, уже вряд ли в моем… Мы в разных вселенных, и у нас разные истории…

Я нажал пару кнопок на консоли — для полной съемки «объекта», кое-что заблокировал и временно сосредоточился на других нужных мне расчетах. Судя по всему, основной работой придется заняться позже. Весь день мы блуждали вокруг ошарашенного Одиннадцатого, Ривер хлопотала над ним с такой теплотой, что страдающий ревностью Десятый поделился со мной печальной мыслью, что, похоже, нам обоим не на что надеяться, на что я намекнул ему, что тем или иным Одиннадцатым он когда-нибудь, конечно, наверняка еще будет (если, конечно, звезды не взорвутся), и пытались выяснить подробности произошедшего. А заодно пришли с Десятым к мысли, что аномалии в нашей зоне не регистрируются потому, что мы находимся в узловой точке пространства-времени, в области разделения вселенных, причем соседняя является в данный момент погибшей начисто. Потому и никаких парадоксов и аномалий… все, что есть, то есть — и практически никаких причинно-следственных связей. На данный момент.

Хотя мы и знали уже, что и та вселенная должна восстановиться. Значит, нам надо отправить Одиннадцатого обратно. Единственный путь в его измерение — через Трещину. Значит, нам опять нужно в Библиотеку… И там нужно будет переправить через Трещину и Одиннадцатого, и Пандорику, но отправить по отдельности, чтобы он был снаружи и мог что-то на этот раз предпринять. И даже замкнуть свои действия в автономный замкнутый цикл. Погибшей вселенной это не грозило абсолютно ничем. Кроме того, что Одиннадцатый скорее всего опять забудет нашу встречу. Но уж вселенную-то восстановить он наверняка не забудет, и это главное.

Наконец мы снова собрались у меня в Тардис, с вечными подколками Шестого, что он всегда хотел увидеть, как я это делаю — управляю машиной времени, и мы отправились в Библиотеку. Эффекты мы почувствовали сразу же — тряску, нечеткость в контурах, а кроме того, у меня снова что-то приключилось с головой.

— Мастер!.. — Снова это бледное лицо с ритуальными линиями и горящими глазами. — Мастер!.. Ты слышишь меня?

— Мистер Харт! — позвал я. — Я вам показывал, как пользоваться подъемником. Переместите этот куб в Трещину!

— Ты доверяешь это кому-то другому?.. — чуть не возмутился Десятый Доктор.

— Я не могу сам. — Я отошел в сторонку и присел на стул. — У меня снова видения. Мало ли что мне померещится.

— Не особо-то он стал нормальнее с годами, — посочувствовал Шестой. — Похоже, совсем хорош…

— Перестань, — остановил его Десятый. — Как раз сейчас он не безумен. А был — да. И ты еще не знаешь, по какой причине. Уверяю, она была серьезней некуда.

— Ты слышишь меня?.. — Бледное лицо, руки, призрачные языки пламени, серебряный дым… я вздрогнул. На этот раз не только слышал и видел. Я буквально ощутил ее прикосновение к своей руке. Что-то тонкое, сухое, отзывающееся внутри электрическими искрами, пальцы с острыми ногтями, покрытыми черным лаком. Я попытался вздохнуть, и мне показалось, что я делаю это в двух разных местах одновременно. И в том, другом месте, я умирал. Поэтому было так трудно дышать. Я вдруг ощутил себя находящимся там так отчетливо, что мне стало страшно, что я могу оказаться там и остаться навечно. И в то же время, я хотел осмотреться… понять, что происходит, но все прочее было в тумане, и мне даже не хотелось знать… и хотелось одновременно. Что с Рассилоном? Я убил его? Израсходовав всю энергию без остатка? Если повезло, может быть даже дважды, и он не успел регенерировать?.. Или лучше бы успел, чтобы знал, где он находится — навсегда…

— Да. Зачем я тебе? Что ты хочешь сказать?

— Спасай их.

— Спасать? Кого?

— Детей Галлифрея.

— Детей? На этот раз «детей»? Почему ты мне это говоришь? Ты знаешь, что здесь происходит? Что мы собираемся спасти планету?

— Да, спаси их.

Она внезапно исчезла. Десятый Доктор тряс меня за плечо.

— Все в порядке?

— Да. — Я потер лицо руками, дрожь не унималась. Я встал, и меня здорово повело в сторону. Доктор деликатно поддержал. Я кивнул ему и потряс головой энергичнее. Так. Все. Уже лучше. — Одиннадцатый?

— Ушел через Трещину. Пандорика тоже там.

— Отлично. Будем надеяться, у него получится. — Я облизнул пересохшие губы, перевел дух и усмехнулся. — Жаль, пропустил самое интересное…