Несколько секунд Брант смотрел мне в глаза, потом разжал руки.
— Они живы? — спросил я, кивнув на лежащих.
— Не думаю.
— Тогда очень жаль, что третьему удалось уйти, — сказал я, потихоньку массируя горло. — Это люди Локуфы. Он не прощает обид. Вас будут искать и наверняка скоро найдут.
— Кто такой Локуфа?
— Ночной король Климба и окрестностей.
— Бандит, — хмыкнул Брант.
— Думаю, немного больше, чем просто бандит, — уточнил я. — А вы здесь чужие. Потому он для вас очень опасен. Где вы остановились?
— Пока нигде, — пожал плечами Брант. — Пента подвернулся нам, едва мы сошли с паровика. Он что-то говорил насчет гостиницы.
— Никакой гостиницы! — воскликнул я. — Там вас будут искать в первую очередь. Идите сразу на причал. На судне мой помощник, его зовут Горан. Покажете ему вот это, — я стянул с левой руки медный браслет и передал Бранту. — Может, каюта покажется вам тесноватой, но там тепло и безопасно. Постарайтесь никому не попадаться на глаза. А я должен вернуться в погребок…
Боль в колене почти прошла, и обратный путь я проделал достаточно быстро. На мое счастье, дождь так и не начался, поэтому в погребок я вернулся сухим. Вышел из коридорчика и скользнул на свое место. Подвальчик к этому времени был заполнен народом, и на меня никто не обратил внимания. Кружка с пивом уже стояла на столе, на ней я и сосредоточился. Я подозревал, что мое одиночество окажется недолгим — так оно и произошло, — но нарушили его вовсе не жаждущие мщения люди Локуфы.
Два чужака в одинаковых темных дождевиках подошли к стойке. После короткого разговора с буфетчиком устремились ко мне и уселись за стол. Средних лет, сильные и крепкие, с решительными лицами профессиональных солдат.
— Капитан Якоб? — спросил тот, что выглядел постарше, с белой полоской шрама на подбородке.
Я молча ждал.
— Мы ищем наших друзей, — продолжал человек со шрамом, — мужчину, женщину и мальчика. Они приехали в Климб с дневным паровиком. Буфетчик сказал, что вы с ними знакомы.
— Не более, чем с вами, — я равнодушно пожал плечами и хлебнул из кружки. — Они были здесь, но я никогда не видел их прежде.
— Однако они искали именно вас.
— Так сказал буфетчик? — удивился я. — В таком случае, он вводит вас в заблуждение. Вначале они искали капитана Герсебома, а потом просто корабль, который мог бы отвезти их в Северную Гавань.
— Кто такой Герсебом? Что им нужно в Северной Гавани? — оба вопроса прозвучали почти одновременно, но первый чуть раньше, и я ответил на них в порядке очередности.
— Герсебом был таким же капитаном, как и я, и многие другие в Климбе. Он умер год назад. А насчет их намерений относительно Северной Гавани мне ничего не известно, потому что я не согласился.
— Вот как? — первый недоверчиво поднял брови. — Вы так легко отказались от выгодных клиентов?
— Мое судно вряд ли отойдет от причала до весны. Этот сезон закончился и нужно готовиться к следующему. Я уже наполовину разобрал судовую машину.
Тот, что помоложе, что-то негромко сказал на ухо человеку со шрамом, и он так же тихо ответил.
— Куда они пошли? — услышал я новый вопрос.
— Этого я не знаю. Может, в порт, искать другое судно. Хотя вряд ли у них что-нибудь получится… Или в гостиницу. А может, на станцию, и теперь уже едут на паровике обратно в столицу.
— Надеюсь, вы говорите правду, капитан, — человек со шрамом пристально смотрел мне в глаза, и я спокойно выдержал его взгляд.
— У меня нет причины что-либо скрывать, — сказал я. — Я их не знаю. Как и вас, впрочем.
Он некоторое время размышлял.
— Значит, в Северную Гавань… — проговорил он. — Так вы говорите, что судно им не найти? Неужели в Климбе не осталось моряков, желающих заработать?
— За всех не поручусь, — ответил я. — Только выходить в океан в сезон ветров, когда любой шквал легко может утащить вас к Зеву Дьявола… Во всяком случае, в погребке Фарнифа сейчас таких нет.
Они еще раз коротко переглянулись и одновременно поднялись.
— Хорошо, капитан, — сказал старший. — Если вы встретите их или что-нибудь о них услышите, сообщите нам. Мы остановились в гостинице возле Соборной площади. Ваша услуга будет щедро вознаграждена.
— Я никогда не отказываюсь от награды, если она заслужена, — кивнул я. — Кстати, отчего бы вам здесь не поужинать? На кухне Фарнифа отлично готовят моллюсков на вертеле.
— Мы еще успеем их попробовать, — сказал человек со шрамом, и они ушли.
Я же вновь откинулся на стуле, прихлебывая пиво и изображая состояние полного покоя и отрешенности от мирской суеты. Так я сидел примерно полчаса, а потом стал неспешно собираться. Оставил чаевые официанту, кивнул на прощание буфетчику и вышел на улицу.
Стемнело. Снова шел дождь, размазывая в бесполезные блеклые пятна свет редких уличных фонарей. Улица была пуста. Точнее, она казалась пустой. Только пока я неторопливо двигался по направлению к дому, испытывал неприятное ощущение чужого присутствия за спиной. В шуме ветра и дождевых струй шаги преследователя — если он действительно существовал — были неразличимы. Несколько раз я оглянулся украдкой, но ничего не заметил, однако ощущение не пропадало. А своим чувствам я привык доверять.
Я зашел в дом, поднялся в свою квартирку и, не раздеваясь, зажег лампу, предварительно почти полностью отлив из резервуара масло. Масло догорит, и лампа погаснет сама собой минут через десять. Для тех, кто следит за моим окном, это должно означать, что я улегся спать.
Однако ложиться я не собирался. Через пару минут я уже спускался по стальному стержню громоотвода с другой стороны дома, при этом стукнувшись о стену ушибленным коленом, которое снова противно заныло. Превозмогая боль, стараясь ступать бесшумно и держаться в густой тени, я заковылял в сторону порта.
* * *
Зев Дьявола — это всего лишь ураган. Правда, необычный. Ураганы бывают на всем пространстве океана. Они приходят и уходят, израсходовав свою разрушительную силу. Но Зев Дьявола не прекращается никогда. Он существует вечно и исчезнет лишь вместе со всем нашим миром. Это зона постоянного сильнейшего шторма диаметром около трехсот миль. Немного стихая летом и набирая полную силу с наступлением зимы, он находится на одном месте сотни, тысячи, а может, и миллионы лет, задолго до появления на этих берегах человека. Я не знаю, почему он такой, да и никто не знает, хотя столичные умники постоянно пытаются придумать какие-то объяснения.
А объяснений нет. Просто ураган — это постоянно распахнутые врата ада, потому его и назвали так — Зев Дьявола.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
