считал, что в честном поединке мне не выстоять. Хотела бы я похвастаться особыми успехами, но владение мечом давалось тяжело и не только из-за физических ограничений. Сложно представить, как я выйду с одноручным клинком наголо против какого-нибудь монстра. Или того хуже, человека. В общем, энтузиазма к овладению ратным делом было во мне немного, но я честно старалась, надеясь, что в трудную минуту тело среагирует на опасность быстрее, чем разум, скованный моральными терзаниями.
Посещение библиотеки я практически забросила. Сил на чтение не было – перегруженный за день мозг отказывался воспринимать информацию. Я знала, что останавливаться нельзя. Каждый упущенный для знакомства с этим миром час, мог стать роковым. Но приходилось утешать себя, что за месяцы в ордене успела узнать многое.
Я досконально изучила карты Стейнхорма - расположение самых крупных населённых пунктов и важных географических объектов. Могла прикинуть, сколько времени понадобится, чтобы добраться из одной точки в другую – пешком или на лошади. Пришлось больше узнать и о великих домах, чтобы понять какие территории и под чьим контролем находятся.
Изучению растений и грибов я отвела почти две недели, запоминая в первую очередь съедобные и несъедобные. Над целебными и ядовитыми, к счастью, отдельно корпеть не пришлось – будущих рыцарей обучали основам целительского искусства. Поэтому эту часть я усваивала вместе с остальными.
Здешняя медицина меня поразила до глубины души. Из-за того, что Орм пропитан силой Создателя, все растения магические – одни в большей, другие в меньшей степени. Энергия усиливает их свойства настолько, что по своему воздействию они ничем не уступают синтетическим лекарствам, разработанным фармацевтами моего мира. А некоторые растения и вовсе волшебные по своей силе.
Эффективность растений напрямую зависит от времени их роста. Многолетние сильнее однолетних, отвары из коры и листьев кустарников и деревьев лучше, чем сделанные на любых травах. Это, кстати, объясняет странную любовь жителей Орма к деревьям – их везде действительно много и к ним относятся бережно, особенно к редкому сеадалю – дереву, листья и кора которого обладают целебными свойствами.
Это, конечно, не всё, что довелось мне освоить за столь короткий срок. Удивительно, но отчего-то новая для меня информация запоминалась легко и большей частью с первого раза. Жаль только, что хорошая память не слишком помогает в освоение практики...
***
Отношение ко мне орденцев со временем изменилось. Большая часть мужчин, осознавших, что меня интересует лишь учёба и тренировки, а слово, если и вытянешь, то всё про лекции и боевую подготовку, отстали. Я всё ещё ловила на себе чужие взгляды, но теперь на меня смотрели больше как на приятную картинку, а не на возможный любовный интерес.
Чего нельзя было сказать о Григе или Хорсе. Мой товарищ по команде быстро осознал, что в отношениях я не заинтересована, но сдаваться не спешил и надеялся со временем добиться взаимности. Он не был навязчив, напротив, внимателен и галантен, и тем сильнее меня тяготило внимание. Тем более, что общались мы много, а впереди – злосчастный выезд.
Хорс, напротив, шёл напролом. Он искренне считал себя величайшим подарком для любой женщины. И собирался осчастливить самую достойную, на его взгляд, кандидатуру, то есть меня. Не думаю, что он был влюблён, просто счёл, что я самая породистая кобылица в окружающем его стаде. Именно так он женщин и рассматривал. Может быть, я думаю о нём слишком плохо, но он из той породы мужчин, которые вполне могут зажать приглянувшуюся им девушку где-нибудь в углу. И не важно, согласна она или нет.
По мере того, как мужской ажиотаж вокруг меня утихал, женщины начинали относиться ко мне лучше. Даже Магда успокоилась, заметив, что я стараюсь изо всех сил, чтобы не бросить тень на обожаемого ею Криса.
Почти идилия, но меня не оставляло ощущение, что это лишь затишье перед бурей.
За две недели до выезда я проснулась от внезапно усилившегося предчувствия беды. С момента моего вступления в орден оно всегда следовало за мной, будто назойливая муха, которую я почти перестала замечать. Не знаю почему, но после перемещения в Орм интуиция стала проявляться гораздо чаще, чем на Земле, а я теперь лучше толковала её проявления. Само вступление в орден должно было привести меня к неприятностям в будущем. Я не вняла этому чувству, и оно утихло, не исчезнув, впрочем, совсем. Иногда я получала другие предостережения, но всегда знала, что они относятся к чему-то менее значимому. Как в тот раз, когда я почувствовала знакомый звон в затылке перед уроком верховой езды, а позднее оказалось, что сбруя лошади износилась, и не проверь я её, могла бы покалечиться.
В то утро я точно знала – бешенный стук сердца и звон в затылке, почти сводящий с ума, не имеют ничего общего с мелкими напастями. Должно было случиться что-то такое, что приблизит меня к роковому часу, в ожидании которого я жила последние месяцы.
День шёл своим чередом, но после обеда всем новобранцам неожиданно предложили остаться в общей зале для объявления.
- Некоторые из вас отправятся на полевой выезд раньше задуманного. Мы получили срочные известия от одного из отделений, им нужна наша помощь, - старший наставник окинул взглядом толпу новобранцев. Убедившись, что мы обратились в слух, добавил. – Так как это задание будет сложнее прочих, на выезд поедут целых три команды - под руководством Криса Леонталя, Айолина Криольда и Тамиры Ройд.
Хотя никто не сказал «три самых сильных команды», но понимание этого повисло в воздухе. А я внезапно осознала, что среди двенадцати учеников, отправленных на неведомую миссию, стану самым слабым звеном, если, конечно, наставники не передумали меня включать в команду Айолина. Такое было возможно, так как окончательный состав ещё не утвердили.
Словно прочитав мои мысли, мужчина принялся зачитывать имена новобранцев. Под руководством Криса, как и ожидалось, были все наши – в том числе, моя соседка по комнате, к Тамире ушёл ещё один из подопечных Криса и трое самых выдающихся новичков из общего потока. А вот в команде Айолина…
Не знаю, что отразилось на моём лице, но Крис, в которого я впилась зверским взглядом спешно отвернулся и прикусил нижнюю губу, сдерживая смех.
Этот засранец, а иных слов для него у меня не было, не только не исключил меня из команды, но и добавил туда… Хорса! Вот тебе и среднячок. Вот тебе и сбалансированная команда. Кажется, я всё-таки застонала от отчаяния в голос, потому что стоящие рядом товарищи оглянулись на меня и окинули недоумевающим
