Назавтра Scînteia помещает телеграмму, посланную из Монреаля и адресованную Николае и Елене Чаушеску. Девочки благодарят за то, что им позволено было одержать эту великую победу. Подписи расположены в иерархическом порядке: Надя, Дорина, Мариана, Анка, Габриэла, Луминица, Юлиана.
В Онешти получено больше шестидесяти тысяч писем со всей планеты, на некоторых конвертах только и было указано:
Наде Команечи
Гимнастке
Румыния
Румынским почтовым ведомством было напечатано двести тысяч открыток, на которых Надя застыла в финальной позе вольных упражнений. Чемпионка Олимпиады, разумеется, в белом купальнике, носок правой ноги вытянут, на лице улыбка – теперь, чтобы критики умолкли, она постоянно должна доказывать, что умеет улыбаться.
У всех у них только одно желание, всем им хочется только одного – увидеть эту девочку. Король Иордании Хусейн Бен Талал, Джимми Картер, Жискар д’Эстен – все они мечтают во время своего официального визита в Бухарест посмотреть, как тренируется малышка. Чем их порадовать? Покажешь монреальскую композицию, особенно заключительную позу, понятно?
Важные гости сидят на верхних трибунах прекрасного гимнастического зала, она смеется, едва устояв на ногах после сложной акробатической диагонали. Вечером она допоздна засиживается с ними в роскошном ресторане, который могут посещать только влиятельные лица, дипломаты и сотрудники госбезопасности, в «Капше»[22] не увидишь ни одного ребенка, официанты с накрахмаленной салфеткой на руке церемонно наклоняются к ней, здесь очень много еды, и разное мясо, и соусы, и ей разрешают выпить немного вина.
Она позирует у себя дома, в гостиной, сидя на старом ярко-синем диване, накрытом золотисто-желтой тканью, отец – он по такому случаю в костюме – смотрит на нее, а она, разложив на коленях альбом, делает вид, будто перебирает марки. Фотограф попросил ее надеть – в дополнение к красной куртке и синим спортивным штанам – желтые носки.
Она позирует в школьной форме: под синим сарафаном застегнутая до самого верха голубая блузка, волосы перехвачены белой лентой, взгляд серьезный. Она позирует в окружении одноклассников, неразличимая масса рук восторженно тянется к медалям, висящим у нее на шее.
Она позирует с Белой в парке спортивной школы, ее хвостики украшены огромными бантами. Кажется, учитель и ученица обсуждают какие-то рабочие дела, она – его сотрудница, здание мировой славы они построили вместе.
Она позирует в своей комнате, окруженная заботливо рассаженными матерью на кровати куклами «с пяти континентов».
Она позирует в румынской вышитой блузке.
Она позирует на пляже – в лимонном бикини, с красным мячом в руках. Надя вполне заслужила каникулы! Она позирует, окруженная детьми в купальниках, раздает им автографы.
Она позирует с девочками из команды – у моря, но в спортивных костюмах. (Во время предоставленного им Партией недельного отпуска они тренируются с семи до девяти утра, до обеда занимаются на песке, после обеда непременный дневной сон, и час плавания, и бег вдоль кромки воды для укрепления щиколоток, и «мягкая» тренировка перед ужином.)
Она позирует на снегу, девочки из команды выстроились гуськом позади нее, Надя на лыжах, но после того как ее сфотографируют, лыжи придется снять – Бела не позволяет ей рисковать, вдруг упадет!
Она позирует между двумя генералами в окружении других взрослых, все они в военных мундирах, а толстый генерал слишком долго держит ее за руку, и рука у него широкая и вялая, и он громко сопит.
Она позирует перед огромным собственным портретом на фасаде здания – девочка с жестким и дерзким лицом.
Альбом посвященных ей фотографий завершается церемонией во Дворце съездов, когда она стала Героем Социалистического Труда. Таких молодых Героев еще не было. Она – новое дитя прогресса, еще более современное, чем быстро развивающаяся румынская нефтяная промышленность.
Повернувшись в профиль, она улыбается Чаушеску. На ней все тот же небесно-голубой костюм сборной страны, она подходит к микрофону и звонким голосом произносит затверженную наизусть речь: «Я очень взволнована. Из рук самого любимого в Румынии человека! Я никогда не забуду этот августовский день. Не забуду того, как поверили в мои силы вы и многоуважаемая Товарищ Елена. Мы все, девочки из сборной, чувствовали тепло вашей родительской любви и от всей души благодарим вас за нее!» «Вождь вождей» жестом останавливает аплодисменты: «Перед вами девушка, рожденная в социалистической стране и увенчанная высочайшими наградами мирового спорта!» Слова Вождя тонут в «несмолкающих», как указывается в официальном сообщении, аплодисментах.
Она позирует перед объективом вместе с Белой, великан наклонился, чтобы оказаться на одном уровне с ней. Сам он получил орден Труда первой степени – за особые заслуги в деле воспитания молодежи. Каждое утро он встречает ту, кого удостоили награды более высокой, чем у него самого, одинаково: «А вот и наша священная корова-медалистка!»
FROM RUMANIA WITH LOVE, NADIA
1977
– Должно быть, прибытие в Онешти группы CBS – это было нечто особенное…
– О да! Люди столпились вокруг фургона с техникой и вокруг Флипа, ведь до того в Онешти никогда не видели чернокожих…
– И как воспринял это сам Флип Уилсон?[23]
Надя смеется:
– Сам? Сам он с утра со всеми подряд пил цуйку[24] и, чтобы начать съемку, приходилось ждать, пока он протрезвеет!
– Это же Флип представил Белу американским зрителям и сделал его персонажем сказки, созданной вокруг вас средствами массовой информации…
– Американцы сразу полюбили Белу. У него было все, чтобы им понравиться…
– Например?
– Ну, знаете, его высказывания, он выучил это наизусть перед началом съемок – Winning is everything или Winning isn't everything, it’s the only thing[25]. В таком роде.
– Вам ничего не напоминают невероятные начальные титры?
– Нет… какой-то фильм?
– «Человек на шесть миллионов», с вами в роли Стива Остина![26]
«Я совершил это путешествие ради одной маленькой девочки. Я влюбился в нее тогда же, когда и вы, миллионы телезрителей». Этими словами Флип Уилсон, телезвезда, начал американскую развлекательную передачу, которая была поставлена в прайм-тайм и называлась From Rumania with Love, Nadia. Стремительность монтажа титров подчеркивалась энергичным звуковым рядом. На разноцветном полиэкране появлялись улыбающиеся лица, сначала второстепенных персонажей – Дорины, Луминицы, Марианы, Марты, затем на несколько секунд возникал Бела, и наконец, – под барабанную дробь и торжествующие фанфары – крупный план смеющейся Нади.
Начальный эпизод: Флип Уилсон, пыхтя, неуклюже бежит за далеко опередившей его Надей, отчаянно машет рукой оператору И он, и Надя в форме румынской сборной. Наплывом – они вдвоем в гимнастическом зале, Флип стоит на бревне, Надя держит его за руку, он хнычет: «Мама, я боюсь!» Потом – Флип Уилсон, окруженный загорелыми детьми, одетыми в грубые белые рубахи, расшитые красными, голубыми и зелеными цветами. Дети дружно аплодируют телеведущему, после чего берутся за руки и начинают кружиться в традиционном хороводе, им аккомпанируют старые музыканты с выразительными лицами – их нарочно привезли из Бухареста, это профессионалы; молодые музыканты из Онешти знать ничего не хотят, кроме Rolling Stones, они не могут сыграть ни одной народной мелодии из тех, которые американцам хотелось бы услышать.
Флип Уилсон, снятый в контражуре на фоне заходящего солнца, протягивает к объективу гроздь золотистого винограда. «Этот виноград, – он кладет в рот виноградину, закрывает глаза, – мммм… навсегда остается в памяти, а этот хлеб (женщина в цветастой косынке подает ему толстый ломоть хлеба) – вааау! Этот хлеб заставил меня забыть о том, что называют хлебом у нас, фу!» – И он бросает через плечо кусок блеклого мякиша в пластиковой упаковке. Заключительный общий план: дети, собравшись на лугу, хором поют нечто ностальгическое, Флип прижимает к себе Надю и одновременно с этим за кадром проникновенным тоном обещает: «Я буду там, в Москве, на трибунах, и стану посылать оттуда воздушные поцелуи моей Наде!»
Передача Флипа Уилсона рекламировала не столько Надю, сколько Румынию. Веселую и радостную Румынию. Ловко упрятав слово «коммунистическая». Этого слова на экране не произносили вслух, тем не менее все шестьдесят минут передачи восхвалялся именно коммунизм, наивный весенний коммунизм с пышущими здоровьем пионерами. Просто ошеломляющая реклама! Сотрудничество Румынии с Соединенными Штатами было бессловесным – в передаче не было ни одного интервью с Надей, а их разговоры с Белой не переводились.
