индифферентно.
По этикету мне, как королеве, полагалось сидеть во главе стола. И я, честно говоря, струхнула. Мне же кусок в горло под этими взглядами не полезет. А если они ещё и заговорят со мной? Мне поплохело на мгновение. Но я же воспитывалась потомственным военным, поэтому сдаться без боя не могла.
Горда вскинув подбородок, прошла и села на положенное мне место. Справа уже сидел Фрост. Хотя по этикету, опять же, вообще, пока королева не села, никто не мог садиться за стол. И вот напрашивалась мысль: это меня неправильно учат этикету или прилюдно унижают? Гнусный червячок внутри шептал, что второе. И как же все это разрулить? Как себя поставишь, так и будет. Нельзя давать слабину. Но что я могу им противопоставить? Катастрофически не хватало информации.
На столе, как в фильме «Иван Васильевич меняет профессию», было все: от фаршированной утки до морепродуктов. При этом в отдалении стояли официанты, готовые к подаче новых блюд.
— С выздоровлением вас, Ваше Величество, — произнес граф Лурье, являющийся министром торговли. Хорошо, что в гербовике есть портреты всех аристократов. И этот министр явно занимает свою должность правильно. Он не выказал мне своего недовольства или презрения, восхищения, впрочем, тоже. Торговля она и есть.
— Благодарю.
— Говорят у вас проблемы с памятью, — высказалась брюнетка, которая графиня Цулако.
— Да, не буду скрывать. Память моя сейчас как чистый лист, — не стала я увиливать. И так понятно всё и всем. Сейчас подколки начнутся…
— И что же вы планируете делать? — усмехнулся министр экономики. — Снова брать уроки?
— С её неуклюжестью это будет пустая трата времени и денег, — уже открыто засмеялась графиня Цулако. — Ваше Величество, не стоит заморачиваться. Живите в своё удовольствие. А то вдруг опять упадёте и все забудете.
— Мне лестно, что вы так заботитесь обо мне, графиня, но не стоит переживать. Свои, — я сделала акцент именно на этом слове, — проблемы с памятью я уж как-нибудь решу. И да, если не выйдет вспомнить, буду учиться заново. К вашему сведению, учиться никогда не поздно.
— Ой, глупости. Все, что мне нужно, я и так уже знаю, а чего не знаю, значит, того и не требуется, — взмахнула она рукой, высказав откровенную глупость. Только вот мужчины её поддержали, причём все.
На стол подали суп зеленого цвета с чем-то розовым, плавающим и выделяющимся в общей массе.
— Прошу простить, задержался. — Двери внезапно открылись, и в столовую стремительным шагом вошёл младший король. Только, увидев за столом меня, он запнулся, моргнул несколько раз, кивнул и все-таки занял своё место по левую руку от меня, но через стул. Я же рассматривала нового для меня человека.
— Добрый вечер, — произнесла я ему.
— Добрый, — ответил он настороженно. И так смотрел, будто я прямо здесь и сейчас наброшусь на него. Что же она творила?
— Его Величество Милон опять ловили преступников? Опять грабежи? — впервые подала голос третья женщина за столом, являющаяся подругой брюнетки и графиней Роного. Эта женщина не обладала столь же яркой внешностью, что брюнетка, но тоже была очень даже хороша собой. Все черты её лица были гармоничны, лицо сердечком и высокая причёска дополняли милый образ, если бы не взгляд. Он выдавал в ней опытную интриганку, а отнюдь не наивную девочку.
— Это моя обязанность — ловить преступников, — вздернул подбородок Милон.
— А я считала, что вы должны руководить расследованием, но никак не самолично их ловить. Для этого у вас должны быть подчинённые, — высказалась я, чем вызвала смех сразу нескольких людей за столом. Конечно, засмеялись обе леди, но мужчины…
— У меня есть подчинённые, но иногда стоит и самому проверить.
— Не обращайте внимания, Её Величество потеряла помять от падения, — хихикнула брюнетка. А мне аж стукнуть её захотелось. Даже если я потеряла память, я не потеряла логику.
— Неужели? — воскликнул Милон, уставившись на меня удивленно. — И вы не помните нас?
— Не помню. Теперь вы все для меня незнакомцы, — поджала я губы. Господи, какой нелепый разговор выходит…
— Зато какие перспективы открываются. Вы снова как молодожены, — произнес мечтательно граф Лурье. И в чем-то он был прав, только мои мужья явно не разделяли его восторгов, поскольку скривились. А женщины хихикнули. С каждым мгновением мне все больше не нравился данный ужин. Да я и не съела ни ложечки.
— Мы ловим очень опасную банду, миледи. Это очень важно и требует полного моего внимания, — решил проигнорировать предыдущую фразу Милон.
— И чем же эта банда так опасна?
— О, это вопиющие наглецы, — взял речь граф Цулако. — Они проникают в имения и обворовывают. До чего дошли люди! Мы о них заботимся, работаем на благо страны, а они…
Вот интересно, если я сейчас скажу им откровенно, что думаю, они засмеют меня или обидятся? Решила благоразумно промолчать о том, что воруют люди не от хорошей жизни. Скорее всего, вы сами их давно и основательно обокрали…
— И что же, это простые воришки? Что они берут? Неужели кого-то убили?
— Что вы! Никто не пострадал. Они берут разные мелкие ценности, которые можно легко унести.
— Драгоценности все мои унесли, — сокрушалась графиня Роного.
На стол подали второе — рис с овощами для дам и к нему же куски мяса для мужчин.
Далее мне поведали душещипательную историю семейных, почти реликтовых драгоценностей, которые были наглым образом похищены.
— Вот если бы из вашего поместья выкрали фамильный разящий клинок, вы бы так легко не говорили, — в конце воскликнула графиня Роного.
— Дорогая, успокойся, — произнесли одновременно графиня Цулако и мужья графини Роного. Зато я узнала, что у меня есть какой-то супердорогой клинок. Надо разузнать подробнее…
До самой следующей смены блюд все попеременно успокаивали графиню. Милон лично несколько раз убедил её, что непременно поймает обидчиков
