ворчащий голос.
— Ой! — опомнилась Лена.
Мы уже добрались до общаги и разбудили какую-то тётку.
— Я думал, все преподы должны быть на собрании, — улыбнулся я.
Лена нырнула под козырёк у подъезда и взглянула на меня весёлыми глазами.
— Это Роза Демидовна, комендант общежития, — пояснила она. — Лучше её не злить.
Мы обнялись на прощание, и я пошагал домой. Моросящая мэрзость, которая почему-то называлась дождём, снова начала раздражать.
Но не успел я пройти и несколько шагов, как резко остановился и тут же развернулся обратно.
— Как же я мог позабыть⁈ — воскликнул я и ринулся обратно в сторону администрации. — Кабанчик!
Кабанчик вернулся!
А значит, директор торчит мне награду, и в этот раз он не отвертится от ответа. Это уже дело принципа!
Надеюсь, он придумал нечто невероятное! А если нет…
Тогда, Палыч, не обессудь. Придумывать начну уже я!
Глава 6
Дверь скрипнула, когда я вошёл в кабинет директора.
Меня встретил тёплый свет настольной лампы. Это был единственный источник света в загадочном полумраке.
Очертания потёртого кожаного диванчика, отблеск огонька на застеклённых дверцах шкафа. Под самой лампой вздымалась пыль, и мерно протекали витиеватые дымчатые потоки.
Кресло директора было обращено ко мне спиной, на фоне широкого окна, откуда открывался чудесный вид на вечернюю академию.
— Я знал, что ты придёшь, — тихим вкрадчивым голосом, словно босс мафии, произнёс Василий Павлович.
— Опять чайком балуетесь? — хмыкнул я.
Кресло провернулось, и директор теперь смотрел на меня с чашкой горячего чая на блюдце. Он сделал ещё один глоток и, звякнув, поставил чай на стол перед собой.
— С чабрецом, — улыбнулся Палыч. — Чашечку?
Я помотал головой, щёлкнул выключатель, и кабинет сбросил мрачный полумрак.
Сел на диванчик, закинул ногу на ногу, сложил пальцы домиком и пристально взглянул на директора.
— Пора платить долги, Василий Павлович.
Он нервно сглотнул и на пару мгновений увёл взгляд. Но затем собрался с духом и снова посмотрел мне в глаза.
Пизд… кхм, притворяется!
Его Источник пребывал в полнейшем спокойствии. Может, чутка подрагивал, но лишь совсем немного.
— Кабанчик… в смысле Семён Семёныч вернулся с больничного, господин директор, — продолжил я. — И мне была обещана награда, о которой я не пожалею.
— Всё так, — кивнул Палыч.
Он незаметно — как ему казалось — ухмыльнулся и продолжил держать обеспокоенное лицо.
— Я жду, господин директор. Какова моя награда?
Признаюсь, меня интересовала уже не сама награда, а принцип. Ну и любопытство…
Как он выкрутится? Что такого придумал, и получится ли меня удивить?
Палыч был не так прост, как хотел показаться. Думается мне, даже Соломон не так хитёр и изворотлив.
— Позвольте задать вопрос, Сергей Викторович… — Палыч потянул за шнур, и лампа погасла. — Какую награду хотели бы вы сами?
Точно изворотливый засранец!
— Вы так ничего и не придумали, — прищурился я.
— Нет…
Он снова виновато улыбнулся и состроил невинное выражение лица. А затем вдруг подскочил с кресла:
— Ну правда!! Сергей Викторович, я не знаю, что могу сделать для такого человека, как вы!
Я даже немного удивился. На этот раз Палыч не притворялся, его Источник будто сорвался с цепи и разошёлся дрожью.
— Да ладно… — протянул я.
— Деньги⁈ — он меня не услышал. — Сколько бы я ни предложил, для вас это копейки! Вы явно не на зарплату учителя живёте! Поблажки? Да вы их и сами себе замечательно устраиваете! Не понравились учебники — устроили целый проект цифровизации, и скоро они нам вообще не понадобятся! Даже Чернова смогли уговорить всё это устроить! Чернова!!!
Палыч хлопнул руками по столу, пристально взглянул на меня и медленно, будто делится какой-то тайной, проговорил:
— А он ведь только Вельцина слушается… Слушался, в смысле. Как, Сергей Викторович? Как вам это удалось⁈
— Эм…
— Обсерватория!!! — продолжил директор, снова отскочив от стола. — Ума не приложу, что вы там сделали, но это сработало, и наш астроном теперь безвылазно сидит в башне! Будто боится, что стоит ему уйти, и там снова поселится монстр!
Ого ж, а про Темирыча я такого не знал.
— Да бог с ними, с монстрами! — не унимался Палыч. Кажется, он решил выговориться, и мешать ему не стоило. — Марина Вя!.. — тут он резко притих и огляделся, будто за нами могли наблюдать. И продолжил почти шёпотом: — Марина Вячеславовна! Как⁈ Расскажите, будьте любезны! Как вы смогли её укротить⁈
На это раз он будто ждал ответа и сделал небольшую паузу, но мои методы укрощения строптивых лекарок ему явно не подойдут. Так что я промолчал, а директор спустя время снова продолжил:
— Граф Арасов, самый строгий и принципиальный инспектор министерства, не нашёл, как к вам придраться, и даже пригласил поговорить наедине… От графа Краснова недавно пришёл запрос на ваше личное дело и письмо с просьбой ускорить получение лицензии…
Чего⁈ Личное дело? Краснов совсем охренел!
— Не удивлюсь, если это вы заставили Вельцина парадировать ракету, — последнее Палыч произнёс уже немного ироничным голосом и массируя переносицу, будто сказал что-то нелепое.
Что за скептицизм, я не понял!
Я ведь и заставил! Ну, косвенно, конечно… однако моя заслуга в этом определённо есть.
— Так что да, Сергей Викторович, — произнёс Василий Павлович, — я не знаю, что вам предложить. Какую награду я могу дать такому человеку, как вы? Ноль идей! Ноль, понимаете? А я ведь извёл половину записной книжки! Пытался что-нибудь придумать!
В доказательство он вытащил из выдвижного ящика толстую книжонку в кожаной обложке, где неровным почерком была исписана куча страниц.
Ради интереса я полистал её. И с удивлением отметил, что там были вполне себе неплохие варианты. На некоторые из них я бы с радостью согласился.
Вот, допустим, купон на годовой запас шоколадных кексов в местной пекарне. Они там хороши! Не такие, как делает Лена, но всё же…
Только откуда Палыч узнал о моей любви к шоколаду?
Опа-на, поглядите-ка! Партия алтайской говядины «Калманка». Ну ничего себе. Он и такое может достать?
Это, на мой взгляд, лучшая говядина в мире. Но в год производится всего несколько партий мяса, которые раскупаются в тот же миг. И каждый раз я находился на задании и не мог участвовать в аукционе.
Хаос его раздери, директор точно не так уж и прост, раз позарился на такой подарок.
Хм, а что там у нас дальше? Ага, вот и разломный чай. Как раз тот, что привёз мне Таргай.
Погодите-ка…
Я пролистнул одну страницу, вторую, третью… Почти везде одна еда! Это у него идей больше не было или обо мне такие слухи
