расспросах. Потому что магов у них в семье еще не было. То есть все знали про прадедушку Тора, который закончил Академию и был дипломированным магом-артефактором, но это было скорее легендой. Прадедушка (на самом деле «пра» там было очень много) Тор был уже очень и очень немолод, редко покидал свои пещеры и, хотя Кир, конечно же, его знал, они мало общались. А здесь перед ним стоял самый настоящий будущий маг.
– Да, это очень круто. Я ужасно рад, горд и все такое… – без особого энтузиазма отозвался Кас, но Кир ничего не заметил и забросал новыми вопросами, не особенно обращая внимания, что племянник и на предыдущие не ответил.
– Потрясающе. А когда начнутся занятия? А где ты будешь жить? А на кого ты будешь учиться? А ты точно уже поступил или только идешь поступать?
Кас вздохнул и принялся рассказывать:
– Экзамены уже были, и да, я уже зачислен на первый курс. Учиться я буду осенью, как положено, а сейчас мы приехали чтобы подать заявку на общежитие и, возможно выбрать комнату. Сейчас выпускники как раз съезжают и есть возможность выбрать что-то получше.
– Вау…
– Жить я само собой буду в общежитии…
– Ох уж эти веселые студенческие деньки, – неодобрительно покачала головой донна Долото. – Я предлагала ему пожить у тебя, чтобы сосредоточиться на учебе. Или даже снять апартаменты. Да, наш клан не такой богатый как эти Молоты и Наковальни, но мы в состоянии обеспечить нормальное обучение своих сыновей.
Кир нахмурился, ему никто в свое время не предлагал оплатить апартаменты. Даже снять комнату у старушки не предлагали. Обрадовались, когда он поступил в монтажный колледж, похлопали по плечу и сказали, что гордятся, но денег нет. И он с тех пор выкручивался сам.
– Тетушка Долото, – вмешался племянник, – ну, что вы говорите, маги не могут жить ни в каких апартаментах, вы же знаете…
– Почему? – удивился Кир.
– Нестабильные магические потоки, - пояснил Кас. – У всех молодых магов бывают спонтанные всплески сил, общежитие и Академия экранированы, а во время выхода в город мы будем надевать специальные браслеты, приглушающие магию.
– Ужас, - пробормотал гном.
– Да, я сейчас как раз в таком, – с некоторой гордостью продемонстрировал племянник металлический браслет с вязью рун, который Кир принял просто за красивое хоть и несколько грубоватое украшение. – На самом деле терпимо, словно тебя завернули в слой ваты, все слегка тусклое и приглушенное, но теплое и мягкое. Можно привыкнуть.
– А можно завтра с вами в общагу сходить? – спросил Кир и сам подивился как звучит его голос. Словно ему, как в детстве пообещали показать чудо.
Кас вздохнул и пообещал, что его тоже возьмут с собой.
– А, разве у тебя завтра не рабочий день?
Кир вздохнул. День был самый настоящий рабочий и навряд ли начальник разрешит ходить по всяким общежитиям, пока Кир не сделает все заявки.
– Я отпрошусь, - неуверенно сказал он.
Кас еще раз вздохнул и положил руку ему на плечо:
– Не стоит. Я потом в выходной день тебя с собой возьму. Вообще-то нас предупредили, что гостей нежелательно приводить, но родственников иногда можно. Так что я тебе обещаю, ты непременно у меня побываешь.
И Киру пришлось удовлетвориться этим обещанием.
А когда матушка согласилась сходить на ту самую эльфийскую оперу, счастье Кира и вовсе достигло немыслимых пределов.
Вечером, засыпая, он перебирал воспоминания сегодняшнего дня и думал, что он самый счастливый гном на свете: он побывал в опере, в которую собирался сходить уже три года, он еще непременно побывает в настоящей магической академии, а еще у них был обед в кафе на берегу озера. Матушка, конечно, ворчала о немыслимых и бесполезных тратах, но рецепт картошки с курицей записала. И вечером в общежитии блестяще повторила, вновь собрав почти всех обитателей.
Было только жаль, что такой хороший день так быстро закончился. Но такая уж особенность у хороших дней.
ГЛАВА 6. В которой дева попадает в беду
Эрна ненавидела понедельники. Никогда с ней не происходило по понедельникам ничего хорошего, зато неприятности случались регулярно: от небольших, вроде испачканного перед рабочим днем платья, до сломанного каблука на банкете, когда она самым позорным образом растянулась перед министром и его супругой. Этот провал ей долго припоминали в обществе.
Сегодняшний понедельник вроде бы не предвещал ничего плохого. С утра ей подали неплохой кофе в том заведении: сегодня барменом был тролль, а официантка не зевала, а была мила и приветлива. Потом у Эрны был весьма милый клиент, который оставил щедрые чаевые, а после и вовсе посыльный принес букет белых ирисов.
Казалось, что к обеду жизнь наладилась. Эрна сняла кассу и отнесла деньги в банк. Давно надо было это сделать. Целую неделю тянула, уже много накопились. Вроде бы центр города, место безопасное, но все же деньги лучше хранить в банке. У лепреконов всё чётко и надёжно.
Эрна вообще не любила носить с собой наличные: тяжело, занимает место в сумочке, гремит и привлекает внимание. Так, пару монет, чтобы оставить чаевые. Всё остальное можно оплатить браслетом, благо, в магии лепреконы были сильны. Особенно в магии денег.
Эрна избавилась от наличных и убедилась, что на браслет зачислились алмазы и золото. Выйдя из банка она расправила плечи. Холод подземелья всегда на нее плохо действовал, но все банки традиционно располагались глубоко под землёй.
На улице было солнечно и Эрна вначале хотела пообедать в кафе, но вместо этого купила у разносчицы-кикиморы свежий пирог с ягодами и мхом и пошла домой. Дома заварила белый чай с лепестками роз и перцем, порезала пирог и забралась с ногами на диванчик, как раздался мелодичное чириканье дверного звонка.
– Эрна, милая, – зачастила хозяйка апартаментов, где девушка арендовала свою квартиру, – мне неудобно тебя беспокоить по такой мелочи, но вчера не пришёл перевод за следующий год аренды. Уж не надумала ли ты съезжать? Тебя что-то не устраивает?!
– Да, нет, – удивлённо протянула эльфийка. – Папа должен был отправить перевод. Он никогда ничего не забывает. Наверное, это какая-то ошибка.
– Я тоже так думаю, милая, – заметила хозяйка, заходя в апартаменты и оглядываясь. Эрна тоже огляделась и заметила небрежно брошенный халат на спинке кресла, немытые тарелки на подоконнике и поникший цветок в горшке. Вот, перед
