Пайпер прекратила следить за развивающимся спором. Королева, кажется, не меньше двух раз успела напомнить, ради чего она сюда явилась так рано. Господин Армен, старичок с редкими волосами, постоянно осаждал ее. Господин Илир (имя которого Пайпер каким-то чудом все же услышала), второй старичок, являвшийся воплощением спокойствия и дружелюбия, не вмешивался в их разговор. Он лишь изредка вставлял какую-нибудь реплику, заставлявшую сидящего рядом с ним темнокожего мужчину широко улыбаться. Застывшая за спинкой стула Гилберта Шерая с негодованием смотрела на всех спорящих. Сидящая рядом с Пайпер Марселин иногда поясняла что-то, но девушка ее не слушала. Гилберт не делал никаких попыток вмешаться.
Пайпер себя не понимала. Она так рвалась сюда. Так хотела получить ответы на свои вопросы. Но уже оказавшись здесь, в окружении настоящих сигридцев, как минимум часть из которых пережила Вторжение, молчала.
«Спроси о северном заклятии», – прозвучал голос в ее голове. Пайпер показалось, что и Гилберт его услышал. Он подозрительно сощурил глаза и уже открыл рот, но Пайпер его опередила.
– Я хочу узнать о северном заклятии, – произнесла она, ее голос эхом разнесся по всему залу.
Данталион презрительно хмыкнул и откинулся на спинку стула. Джонатан удивленно покосился на племянницу, в то время как королева фей, улыбнувшись, словно нежащаяся под солнечными лучами кошка, протянула руку к Гилберту. Пайпер сама не знала, чего ожидать, но все равно была сильно удивлена. Королева медленно провела ладонью по непослушным темным волосам Гилберта, и он не отстранился. Даже Шерая не наградила королеву испепеляющим взглядом. Но, выждав несколько мгновений, Гилберт все же повернулся к ней, и та убрала руку, с притворным сокрушением покачав головой.
– Откуда ты знаешь об этом? – осторожно спросил Гилберт. Внешне он никак себя не выдавал, но Пайпер чувствовала: ее слова задели его.
– А это важно? – уточнила она, проведя пальцем по краю стола. – Я хочу знать, что это такое.
– Это миф о божественной каре, когда-то очень давно насланной на великанов и мой народ, – не поведя и бровью, ответил Гилберт.
– Кстати, о великанах. Дядя Джон сказал, что в этом мире многие из Сигрида. Феи, эльфы, люди. Но где великаны?
Пайпер заметила, как Данталион заинтересованно скосил глаза на Гилберта. Тот вздохнул, покрутил кольцо на пальце, которое Пайпер заметила только сейчас, и ответил:
– Великаны были истреблены во время Вторжения, начавшегося на севере.
– А ты у нас?..
– Ребнезарец, – с улыбкой ответил Гиберт.
Пайпер нахмурилась. Дядя Джон показывал ей карты Сигрида, и, кажется, там была страна с похожим названием. Ребнезар.
– В чем суть этого заклятия?
– Ты позволишь мне рассказать об этом после? – слегка наклонив голову, спросил Гилберт. – Это не слишком приятная история. Я не хочу вновь заливаться слезами перед всеми.
Данталион вновь хмыкнул.
– Это уже интересно, – не обратив внимания на него, проворковала королева. – Сальватор, которая знает то, что наш дорогой птенчик прячет глубоко в себе. Как же ты узнала об этом, моя дорогая?
– Пожалуйста, не называйте меня так.
– Я бы сказала, что вижу в тебе Йоннет, Первую из Сигрида, но это было бы нечестно по отношению к тебе. Если ты позволишь, я не буду сравнивать тебя с ней. По крайней мере, до тех пор, пока ты не попросишь. Договорились?
Королева была похожа на хищницу, приготовившуюся атаковать свою добычу. Пайпер больно сжала кулаки под столом, надеясь, что это ощущение позволит ей отвлечься.
– И все-таки, – едва слышно зашептала Марселин, – ответить ей стоит.
– Я подумаю, – выдавила из себя Пайпер.
Джонатан с Шераей кидали ей предупреждающие взгляды. Данталион, расплывшийся в широчайшей улыбке и обнаживший свои клыки, кивнул ей.
– Дай знать, когда будешь готова, – королева лениво махнула рукой. – Я обязательно отправлю тебе приглашение на один из своих вечеров. Хочу познакомить тебя с нашими наследниками.
– Очень интересно, – добродушно отозвался господин Илир. – Ваше Величество, как проходит обучение наследников?
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Старик, не лезь с этой ерундой, – попытался осадить его Данталион. – Мы здесь ради знакомства с сальватором.
– Которое вы мне не даете начать, – пробормотал Гилберт.
– Что же, дерзай! – повысил голос вампир. – У моего клана есть дела, так что я не хотел бы задерживаться. К тому же, ночь вот-вот настанет.
– Клан Данталиона, несмотря на то, что они не являются вампирами в прямом смысле этого слова, все же предпочитают работать ночью, – тихо пояснила Марселин.
Пайпер удивленно обернулась к ней и выпалила:
– Он вампир?!
– Ну да. А тебе не говорили?
Пока Пайпер под смех Данталиона открывала и закрывала рот, не в силах вымолвить ни словечка, мужчина с острыми ушами сказал:
– Думаю, не стоит тратить время на пустую болтовню. Я бы хотел знать, для чего Джонатан собрал нас.
– Король Джевел, – все так же тихо представила Марселин. – Это так, если ты не знала.
– У девочки есть к нам вопросы? – промурлыкала королева фей, сверкнув глазами.
– Да, – ответила Пайпер, – и очень много.
«Не забывай, зачем ты здесь». Пайпер не была уверена, что голос в ее голове имел в виду то, о чем она успела подумать. И все же она решилась:
– Я хочу знать, за что Третий был вычеркнут из истории.
Пайпер едва не выругалась. Это было совсем не то, что она хотела сказать. Слова просто сорвались с ее языка. Но, заметив настороженность на лицах, Пайпер постаралась принять уверенный вид.
– Откуда ты знаешь о Третьем? – спросил темнокожий мужчина, сидящий по правую руку от Данталиона.
– Лерайе, – легко соврала Пайпер.
– И давно она с тобой говорит? – недоверчиво спросил Гилберт.
– С сегодняшнего утра.
– Тебе в подробностях? – не дав никому даже осмыслить услышанное, уточнил Данталион. Он, наплевав на все предостережения господина Армена, закинул ноги на стол и скрестил руки на груди, с вызовом посмотрев на Пайпер.
– Для начала можно и в общих чертах.
– Данталион, – тихо обратился к нему господин Илир. Он наверняка хотел сказать что-то еще, но господин Армен, громко хлопнув ладонью по столу, зашипел:
– Неслыханная дерзость! Чтобы темное создание с таким рвением рассказывало о Предателе!
– Если ты еще раз назовешь меня темным созданием, старик, – прорычал Данталион, – я выпью всю твою кровь и вырву сердце, сожгу его на костре и преподнесу Ночи как подарок.
– Ох, ну что вы, – скромно сложив тонкие сухие пальцы на краю стола, сказал господин Илир. – Не нужно ссориться. Я не думаю, что упрекать юного сальватора в любопытстве разумно.
Пайпер понравился господин Илир, – этот маленький старичок в огромном костюме. В отличие от враждебности Армена, которую она благодаря своим обострившимся чувствам ощущала слишком хорошо, в Илире она не замечала ничего неприятного. Он казался обычным старичком, случайно оказавшимся на этом собрании. Пайпер не сомневалась, что он знает достаточно и пользуется заслуженным уважением, однако не думала, что он так быстро встанет на ее защиту.
– Если вы не хотите отвечать, – продолжил Илир, добродушно улыбаясь, – я сам все расскажу, но уже наедине. Мисс Сандерсон не возражает?
Он повернулся к ней, и Пайпер вздрогнула от его взгляда. Молочно-белые глаза смотрели не на нее, а на дядю Джона, сидевшего рядом. Огромный шрам, крест-накрест пересекающий его глаза, выглядел ужасающе. Почему Пайпер не заметила его раньше?
– Вы не против, юный король? – спросил господин Илир, повернувшись в сторону Гилберта.
Тот нахмурился и исподлобья посмотрел на Пайпер. Она не ошиблась, предположив, что любые разговоры о Третьем для Гилберта слишком тяжелы и неприятны. Она решила, что непременно должна разобраться, как связаны Гилберт и Третий.
– Главное, чтобы вы не нарушили закона, господин Илир, – наконец сказал Гилберт.
– Ох, уж я-то помню про закон, – тихо засмеялся старичок.
