Читаем без скачивания Игла - Хол Клемент

— Не в футах. Я, впрочем, знаю, что тут крутой спуск: большие корабли могут подходить к рифу совсем близко.

— Так и я думал. Я оказался на мелководье. По-видимому, мы разбились в радиусе двух миль от этой точки.

Охотник показал на сетчатке глаза Боба карту с точкой на некотором расстоянии от пляжа.

— Большую часть получившегося круга можно не учитывать. Он, несомненно, не разбился на берегу. Мои инструменты показали, что после первого удара его корабль затонул. Я также уверен, что он не приземлился в лагуне. Там мелко, как ты говоришь, и при ударе он разбился бы о дно, а он прошел около пятидесяти футов воды. Я тоже. Может быть, немного больше. Итак, мы приходим к выводу, что он приземлился в двухмильном полукруге к западу от острова с центром невдалеке от вашего пляжа. Я согласен, что абсолютной уверенности в этом нет, даже доказать это затруднительно, но с этого можно начать. Есть у тебя другие идеи?

— Только вопрос. Сколько времени ему потребовалось, чтобы добраться до берега?

— Я знаю столько же, сколько и ты. Если ему повезло, как мне, то несколько часов. Если он оказался на большей глубине, с меньшим количеством кислорода, если у него больше осторожности, он мог провести несколько дней или даже недель, ползя по дну к берегу. Сам я никогда не решился бы напасть на акулу или плыть, отрываясь от дна, если бы не был уверен, что нахожусь вблизи от берега.

— Как же он узнает правильное направление? Может быть, он все еще ползет там?

— Может быть. Однако он легко может определить направление по бурунам, как это сделал я, а если, как ты говоришь, дно круто уходит вниз, это еще один ключ. Не думаю, чтобы эта проблема оказалась серьезной. Конечно, он трус, это может задержать его на некоторое время у обломков корабля.

— Значит, нам придется исследовать риф примерно на милю в обе стороны от пляжа в поисках следов. Вероятно? И что же он стал делать, попав на берег, как ты думаешь? То же, что и ты?

— Твое предположение верно. Что касается вопроса, ответ зависит от многого. Он, несомненно, захочет как можно быстрее найти хозяина. Но трудно сказать, будет ли он ждать на месте или отправится на поиски. Если он высадится на месте, откуда видно какое-нибудь искусственное сооружение, он, вероятно, направится к нему: рано или поздно к этому сооружению придет разумное существо. В общем, нужно знать все обстоятельства, чтобы предсказать его действия.

Боб медленно кивнул, усваивая это.

Наконец он спросил:

— Какие следы вероятнее всего на месте приземления? Что мы будем делать, если ничего не найдем?

— Не знаю.

Охотник не указал, на какой вопрос он ответил, и Боб устал ждать дальнейших объяснений. Его беспокоило, что даже он видел, насколько малообещающе их положение. Некоторое время он напряженно размышлял, все еще надеясь, что гость скажет о наличии какой-нибудь вспомогательной техники. Неожиданно у него появилась идея.

— Охотник, я кое о чем подумал. Помнишь, ты смог подобраться ко мне, только когда я уснул на пляже?

Гость выразил согласие.

— Разве то же самое не относится и к твоему приятелю? Он не может никого поймать, будучи виден. Ты сам сказал, что требуется несколько минут, чтобы пробраться внутрь. Даже если этот тип не заботится о здоровье своего Хозяина, он все равно не захочет, чтобы его увидели. Значит, круг наших поисков сузится, если я узнаю, кто спал вблизи воды за последние несколько месяцев. На берегу нет домов. До Норма Хэя ближе всего. И мало кто устраивает такие пикники, как мы в тот день. Ну, как?

— Возможно, ты прав. Стоит попробовать. Но помни, что со временем он может добраться до любой части острова, а все люди спят. Впрочем, он может этого и не знать. Во всяком случае, любой спавший на берегу подозрителен.

Изменение в работе двигателей прервало задумчивое молчание, последовавшее за этой ремаркой.

Боб вернулся на палубу и увидел, что танкер разворачивается, направляясь в западный проход через риф. Пробежав по мосткам, он оказался на носу, с которого хорошо видны были риф и лагуна.

Риф, по мнению Охотника, не слишком располагал к поискам. Несомненно, человек не мог здесь находиться, что же касается преступника, то хоть он и мог здесь спрятаться, жизнь его не была бы приятной. Длинные ряды барьеров едва выдавались над поверхность воды, они были заметны в основном из-за бурунов. Некоторые части были выше, на них задержалась почва, основание для скудной растительности. В одном или двух местах даже росли кокосовые пальмы. По мере того, как танкер углублялся в проход, Охотник осознавал, что поиски в рифе будут нелегкими. Человек мог пройти по рифу не более десяти-двадцати метров, так как рифы все время разрывались. С другой стороны, плавать на лодке здесь было очень опасно: непрерывные буруны, прорываясь в разрывы рифа, вызывали непредсказуемые течения и водовороты и грозили сокрушить об острые скалы любую лодку.

Даже танкер, с его большим размером, с достаточным запасом глубины, все же осторожно держался середины прохода.

Охотник заметил, что в лагуне они оставались внутри пространства, отмеченного буями. Он вспомнил, что говорил Боб о глубине лагуны. По обе стороны от них, разбросанные на площади в несколько квадратных миль между рифом и самим островом, виднелись прямоугольные бетонные сооружения. Охотник решил, что это и есть резервуары для культур. Длиной они были в двести-триста футов, но над поверхностью воды поднимались не более чем на пять-шесть футов. Ближайший был слишком далеко, чтобы Охотник мог рассмотреть подробности, но он все же заметил, что крыша состоит из застекленных рам, небольшие квадратные надстройки в различных местах были соединены мостиками друг с другом и с миниатюрной пристанью.

Перед ними находилось большее сооружение, отличавшееся в деталях. По мере приближения его назначение стало ясно.

Подобно резервуарам, оно было прямоугольной формы, но гораздо больше поднималось над водой, почти до уровня капитанского мостика танкера. Уровень «палубы» был ниже, но все же более высок, чем у резервуаров. Палуба была покрыта многочисленными механизмами и приспособлениями.

Там были насосы, запасные цистерны и другие надстройки, назначения которых Охотник не понял. Со стороны приближавшегося танкера виднелись толстые причальные канаты и еще более толстые шланги.

Вокруг них суетились двадцать-тридцать человек. Несомненно, это был док, который упоминал Боб, в нем находилась нефть, главный продукт производства острова. Отсюда нефть перекачивалась в танкер.

Оба наблюдателя через глаза Боба с интересом следили, как танкер подошел к доку и остановился у кранцев. На борт протянулись канаты, за ними шланги.

Через удивительно короткое время заработали насосы, перекачивая восьмидневную продукцию острова в танкер.

Потребовался оклик с мостика, чтобы отвлечь их от созерцания.

— Боб, помочь тебе перенести вещи на берег? — окликнул мальчика Терол.

— Спасибо, — отозвался Боб. — Я сейчас.

Он последний раз оглянулся и увидел нечто, заставившее его радостно засмеяться. Он побежал на корму. Из-за дока была видна дорога, соединявшая его с островом. По этой дороге быстро двигался «джип». Боб знал, кто сидит за рулем.

Багаж был перенесен на палубу дока в рекордное время, но «джип» выскочил из-за угла и остановился у шлангов на несколько минут раньше, чем появился Боб с последними вещами. Он побежал навстречу мужчине, вышедшему из машины. Охотник смотрел на него с интересом и симпатией.

Он уже был достаточно знаком с человеческими лицами, чтобы подметить сходство между отцом и сыном. Бобу еще предстояло вырасти на шесть-семь дюймов, но у него были те же темные волосы и голубые глаза, тот же прямой нос и широкий улыбчивый рот, тот же подбородок.

Боб выражал свою радость горячо, что характерно для его возраста. Отец, обрадованный не меньше сына, сохранял нервозность, чего не заметил мальчик, но заметил и понял Охотник. Чужак понял, что ему предстоит убедить мистера Киннэйрда, что с его сыном все в порядке, иначе свобода действий мальчика будет сильно ограничена. Впрочем, он отложил мысль об этом на более позднее время и с интересом вслушивался в разговор. Боб забросал отца вопросами, которые грозили включить все население острова. Сначала Охотник почувствовал тревогу, что его хозяин начал расследование так рано, но вскоре понял, что мальчик и не думал о расследовании. Он просто старался заполнить пятимесячное отсутствие. Детектив успокоился и внимательно слушал ответы мистера Киннэйрда в надежде извлечь полезную информацию, и он был достаточно похож на человека, чтобы почувствовать разочарование, когда мужчина прервал поток вопросов смехом.

— Боб, малыш, я не знаю, что случилось со всеми с твоего отъезда, тебе придется спросить самому. Мне нужно побыть здесь, пока не кончат погрузку. Лучше отведи домой «джип» с твоим багажом. Я думаю, мать выдержит тебя немного, если у тебя найдется время. Во всяком случае, твои друзья еще в школе. Минутку…