Голос умолк и сразу же вокруг Денниса закружился вихрь, увлекая его куда-то. Он почувствовал, что все его существо удаляется от той точки, в которой он был закреплён. Ему казалось, будто тело разлетается в тысячах направлениях и падает, падает… И вдруг…
* * *
Он был совершенно один на обширной равнине. Казалось, что она тянется во всех направлениях. Впереди он ясно различал линию горизонта, несмотря на то, что всё скрывала тьма. Стояла тишина. Вдруг яркая вспышка света обрисовала горизонт от одного конца до другого, образуя огромный, жёлтый ореол, брошенный в темноту. Он исчез и вновь повторился вместе с грохотом и вспышкой, потрясшей равнину. Впереди на горизонте рос и ширился этот странный свет. И затем… Эта ужасная тень…
Но в нём не было страха! У Денниса не было больше причин бояться! Тень продолжала расширяться, становясь всё более отчётливой. Пылающее зарево чистой бело-голубой энергии разливалось по горизонту всё выше и выше, подобно рождению звезды. Её сверкающие лучи пожирали мрак, освещая всю долину. Это был рассвет нового, невыразимо прекрасного дня…
* * *
Снова возник голос:
— Теперь вы поняли какая сила скрывалась в вас?
Деннис не в состоянии был ответить. Он чувствовал напряжение всего своего существа, а затем последовало громадное облегчение и чувство удивительной опустошённости, мира и успокоения, наполняющего его до предела.
— …Итак вы видите, — продолжал Лар, идя с Кинди и Деннисом по коридору, — что, найдя вас прежде нас, иконианцы нарушили все наши планы. Но, к счастью, всё закончилось благополучно. Второй катаклизм нам уже не страшен.
Деннис шёл и чувствовал, будто сбросил с себя ужасный груз который носил в своём мозгу, что напряжение, всегда державшее, словно в тисках, исчезло и никогда больше не вернётся.
— Защитное приспособление — вот результат той острой боли в сознании, когда иконианцы пытались вырвать из вас СИЛУ, — говорил Лар, — и ночной кошмар, который вас преследовал, был индикатором присутствия этой силы. Больше он никогда не будет тревожить вас.
— Надеюсь что это так, — сказал Деннис. Теперь, когда барьер непонимания был уничтожен, правда оказалась такой горькой и безотрадной. И Деннис не мог понять, почему. Они стояли на платформе и смотрели на Электрос, главный город Оларуса. Была ночь, но все улицы были заполнены. Ведь пространственному отчуждению пришёл конец!!! И звёзды вокруг…
— Мы больше не узники планеты! — воскликнул Лар. — Мы вырвались в свободный космос! — Он повернулся к Деннису и Кинди. — И это сделали вы! Наш мир не забудет вас. И дух погибших Оркейна, Хрета и Клайдета благодарит вас! Если бы ваш друг Джим Трентон был жив, он бы гордился вами! Скажите, чем только мы можем отблагодарить вас? Все богатства планеты ваши!
— Всё это приятно слышать, — устало проговорил Деннис, — но нам нужно всего лишь вернуться на Землю.
Лар, казалось, был разочарован.
— Это ваше окончательное решение? — спросил он.
— Да, командор, другого не будет.
Лар помедлил немного.
— Это правильное решение, я предвидел его. Ну что же, идёмте. Вас, Деннис, я сам провожу, а Кинди будет сопровождать мой коллега. Вас отправят по одному, так как вы из разных мест. Ни о чём не беспокойтесь.
Он нажал кнопку на поясе, и появились пять одетых в униформу людей. Кинди посмотрела на Денниса.
— Прощай, — тихо прошептала она.
Деннис нагнулся и нежно поцеловал её. Кинди повернулась, чтобы уйти.
— Подожди! — крикнул Деннис. — Кинди!
Она обернулась.
— Что, Деннис?
— Совсем забыл. Как твоя фамилия?
— Петерс, — улыбнулась Кинди, — 27-я улица, Берлингтон, Нью-Йорк.
И она ушла.
* * *
Голос ворвался неожиданно.
— Эй, ну-ка вставай!
Деннис открыл глаза. Возле него стоял Михаэл Крэг.
— Крэг!
Сэндз вскочил на ноги, озираясь. Он опять был в Беркли, в своей квартире.
— Чёрт побери, ты должен мне объяснить, где ты пропадал целую неделю, — говорил ему Крэг. — Я только что вернулся из магазина, а ты тут спишь, как будто не спал лет сорок.
— Какое сегодня число?
— 21-е мая, понедельник, — ответил Крэг, — ты что не знаешь? Да будет тебе известно, что через три дня начнутся экзамены… Ты хоть что-нибудь помнишь?
— Всего неделя… — произнёс Деннис, — а мне казалось, что прошло много лет…
— Послушай, — сказал Крэг, впервые взглянув на него внимательно, — в какой стране носят такую идиотскую одежду?
Деннис посмотрел на себя. Он всё ещё был одет в красно-золотую униформу.
— А может ты из какого-нибудь лагеря хиппи? — спросил Крэг.
— Нет, я был гораздо дальше, — ответил Деннис.
— Подожди, — Крэг задумался, — ты выглядишь так, будто вернулся с Марса.
— Это уже ближе к истине, но всё равно неточно. Ты говоришь, что до экзаменов три дня, а сам-то готов?
— Конечно нет! Ты как будто не знаешь, что Михаэл Крэг — король зубрежки!
— Так вот, — сказал Деннис, когда мы покончим с экзаменами, я тебе всё расскажу.
— Ого! — проговорил Михаэл, — я чувствую, что в твоей истории не обошлось без какой-нибудь малышки.
— Но обещай мне одну вещь, — сказал Деннис.
— Что именно?
— Помнишь, мы собирались поехать отдыхать в Малибу?
— А ты знаешь место получше?
Деннис кивнул.
— Штат Нью-Йорк.
Крэг подскочил.
— Да ты что?! Это же на другом конце страны! Две тысячи миль!
— Ничего, — сказал Деннис. — Как-нибудь наскребём на дорогу. Я должен туда попасть.
— В город?
— Нет. В пригород южной части. Он называется Берлингтон. Там живёт одна девушка. Её зовут Кинди Петерс…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
