У Тимура от сердца отлегло, когда он понял, что она жива. Но злость на непослушную беглянку никуда не делась. Когда счет сравнялся, и осталось трое против троих, Тимур стал опасаться за жизнь девушки. Ее держал невысокий мужчина с военной выправкой, видимо, командир. Тимур прожигал Кристину взглядом, пока она не заметила его. Молотов сам не осознавал до этого момента, как на нее влияет. Но в полной мере ощутил превосходство над ней: она перед ним слаба. Крис завелась от одного только взгляда, но не сдала его, не завопила, указывая на него пальцем. Девушка молила отпустить ее, вырываясь из объятий мужчины, который прижимал ее к себе, озираясь по сторонам в поисках Тимура. Гримаса отвращения исказила лицо девушки. Но ее никто не слушал, сероглазый тащил ее за собой, не замечая, что Крис плохо. Ее стошнило, и мужчина отцепился от девушки, а Тимур, наконец, смог смело пристрелить его. Сам Молотов продвигался к беглянке, которая вытирала рукавом рот возле сосны, в ужасе оглядываясь на трупы. Он шел, видя, как Кристина сжимается все больше, чуть ли не скулит. Это взбесило мужчину: она была такая жалкая, тряслась от страха перед ним, поглощенная животным ужасом, истекающая сладким ароматом вожделения и ненавидящая его.
Кристина
Я сидела на берегу пруда, рассматривая белые облака в отражении водной глади. Город, куда меня привез Тимур, оказался соседним Новокузнецком, в котором я еще не была ни разу. Встретив сердобольную бабушку, я подробно у нее все расспросила и рассказала, что потерялась, что документов с собой нет и телефона, соответственно, тоже. Баба Шура оказалась отзывчивым человеком, не только помогла, но и накормила, и напоила. А я все тревожно поглядывала в окно. Город большой, я очень надеялась, что Тимур не найдет меня здесь. Позвонив Кате, объяснила ей, где я оказалась, упросив подругу приехать за мной. У Катерины был свой автомобиль и доброе сердце.
Выслушав в свой адрес наставления о том, что нельзя бросать друзей и уходить неизвестно с кем, она смилостивилась и пообещала забрать. Расстояние было между городами двухчасовое. Нарушать покой бабы Шуры я не могла. Сердечно отблагодарив, покинула добрую старушку. Мне пришлось кустами пробираться к пруду, к месту, где я договорилась встретиться с Катей. Обзор на площадь с фонтанами из моего укрытия был преотличным, а меня не всякий заметит. Все же я стала параноиком. Чудилось, что в любой момент меня схватит Тимур и опять уволочет в свою машину. Вздрагивала от любого резкого звука, озираясь по сторонам. Часов не было, поэтому и не могла понять, сколько уже сижу в импровизированной засаде.
Жизнь заставляет людей учиться на своих ошибках. Я перестала доверять мужчинам, любым. Хотя раньше я всегда мечтала о муже, о детях. А теперь просто не представляла свою будущую жизнь. О какой семье может идти речь, если я не могу ни с кем, кроме Тимура, а с ним на это не стоит и надеяться.
Грустно вздохнула, оплакивая свои девичьи мечты. Оглядывая очередной раз площадь, наконец, увидела, как подъехала знакомая машина Кати, ярко-красный «Хендай». Осмотрев улицу, я удостоверилась в безопасности и только потом осмелилась выйти из укрытия неспешной походкой. Пытаясь выглядеть спокойно, я шла, считая каждый шаг, прямо глядя на Катю, которая вышла из машины и озиралась по сторонам в поисках меня.
Очень хотелось броситься со всех ног к ней, но я сдерживалась. Это могла быть ловушка. На триста пятом шаге Катя заключила меня в объятия, а я не удержалась и осмотрелась. Город жил своей жизнью: люди спешили на работу и по своим делам, маршрутные автобусы собирали пассажиров, машины проезжали мимо. На нас никто не обращал внимания.
– Ну ты, мать, даешь! – восторгалась Катерина, хлопая меня по спине. – Все такая скромница, а тут на тебе – красавца такого подцепила, что он даже увез тебя подальше от дома.
– Кать, пошли в машину. Прошу, – сдержанно прошептала, пытаясь отстраниться.
– Конечно! Домой?
Мне бы веселость подруги. Чувствовала я себя очень неуютно, словно чей-то взгляд прожигал мне затылок.
– Да, надо заявление написать, что у меня паспорт украли, – меня уже трясло от напряжения. Мне казалось, что он рядом. Наблюдает, но не вмешивается. Я точно скоро от любой тени буду дергаться.
Села в машину, не переставая вглядываться в лица прохожих, боясь упустить момент, когда он появится непростительно близко от меня.
– И, Кать, ты можешь помочь? Надо разыскать беглого заключенного, имя Тимур. Дело было три года назад.
Подруга села на водительское место, удивленно воззрилась на меня и покрутила пальцем у виска.
– Кать, я знаю, ты можешь, – стала упрашивать ее, понимая, что она так сразу не согласится использовать любовника.
– Хорошо, – сдалась подруга, – вижу, что тебе очень надо. Особые приметы?
– Кать, ты его видела вместе со всеми приметами.
– Стой, ты что же, не знаешь кто он?
Удивлению подруги не было предела. Она даже рот открыла в изумлении, не веря, что я не шучу.
– А нам недосуг разговаривать было, – огрызнулась в ответ и отвернулась к окну.
– Он тебя что… изнасиловал? – осторожно выспрашивала она меня, а я пыталась справиться с накатившей жалостью к себе.
– Поехали быстрее, вдруг найдет.
– Ты сбежала из-за этого? Ну как же я не догадалась. Прости, – посочувствовала мне Катя.
– Все еще хуже, – призналась я срывающимся голосом.
Правда, мой голос потонул в звуках двигателя автомобиля. Вырулив на дорогу, Катя плавно вела машину, вливаясь в общий поток. Она еще несколько раз пыталась меня разговорить, но я так сильно устала. Устала бояться, устала дрожать. Откинувшись на спинку кресла, отвернулась к окну и задремала.
Меня качало на волнах, липкие пальцы тревожного сна возвращали меня в кошмар. Холодные глаза преследовали меня, горячие губы оставляли на коже красные ожоги. Я просила его остановиться, умоляла не трогать. Но не было спасения в этом кошмаре для меня. Он был везде и всюду. Куда бы я ни бежала, он преследовал меня. Страх пробирался в сердце, леденя душу.
– Крис, – звал его голос, – Крис.
Я отступала от него, мотая головой. Не хочу! Не хочу!
– Крис, успокойся! Это сон! – добрался до сознания обеспокоенный голос подруги.
Распахнула глаза, озираясь. Я в Катиной машине. Перед нами дорога и лес. Мы стоим на обочине. Катя трясет меня за плечо, всматриваясь в лицо.
– Так, быстро рассказала, что он с тобой сделал! – в сердцах выкрикнула подруга, выплескивая на меня свой страх. – Что, я спрашиваю? Он насиловал тебя, да? Ты так стонала! Крис, это ужасно! Тебе нужно срочно в реабилитационный центр обратиться! У меня чуть душа в пятки не ушла от твоих стонов!
