различия полов. Что несколько напрягает отечественных мужиков, привыкших дома, что если в парной присутствует обнаженная женщина, то она не просто мыться туда пришла. Называется культурно-цивилизационная разница. Отчего, если уж в России в газете пишут про сауну – так это баня (с выпивкой, соответствующей моменту, преимущественно пивом, а также, как говаривал Михаил Булгаков, острой и горячей закуской). Если же про элитную сауну, то это, скорее всего, про сауну с девушками пониженной (согласно В. В. Путину) или скорее повышенной (по автору) социальной ответственностью. (Кто не понял, о чем это, – это о Дональде Трампе после того, как он стал президентом США, и о том, что по его поводу там, в США, писала местная пресса насчет его давних поездок в Россию.)
В общем, баня, водка, гармонь и кадриль, вопреки «Росздравнадзору», мэру Москвы и губернатору Санкт-Петербурга со товарищи. Веселие на Руси есть питие, что то ли говорил, то ли не говорил, а это ему после летописцы придумали, креститель этой самой Руси князь Владимир, который герой фильма «Викинг». Что русскому здорово, то немцу (не указано: западному, восточному или, к примеру, казахскому) смерть. И прочее в том же духе. Страна большая и, несмотря на идиотические инициативы ее Минздрава, направленные на борьбу с курением, более или менее нормальная. Раздолбайская, что раздражает. Но самостоятельная и не привыкшая гнуть шею перед авторитетами – ни собственными, ни импортными. Хотя в рамках исторического опыта, когда то собственное начальство хуже любого оккупанта, то иностранное на шею садится, привыкшая и умеющая придуриваться и косить под верность и преданность каким угодно идеалам. Хоть вере, царю и Отечеству. Хоть строительству в этой отдельно взятой стране коммунистического общества. Хоть какой другой дури – в том числе нынешней. Хотя нынешние как раз особо ничего не строят, а просто воруют в шестнадцать рук что подвернется.
И опять же, женщины в стране замечательные. Не испорченные феминизмом до такого не располагающего ни к какому с ними общению состояния, как на Западе. Но уже раскованные – не забитые или притворяющиеся забитыми, как на Востоке. Самое то – образованная, но не до состояния дикого занудства, культурная – в меру, умеющая одеться, навести марафет и слегка пококетничать женщина. Которая сама помнит, что она женщина. По которой видно, что она ею является. Для которой хочется гасить горящую избу и останавливать на ходу коня, чтоб только ей не приходилось всем этим заниматься. Которую иногда хочется убить, но при этом совершенно не хочется с ней разводиться. И для которой строятся все эти дома и дачи, покупаются шубы – непременно из натурального меха, и прочее, красивое и дорогое, сверх всего того, что она сама себе может связать или раскроить и сшить. А может она – особенно для любимого человека и своих детей – куда больше, чем все кутюрье планеты, вместе взятые. И – опять-таки – во все времена года…
Г
Главный день на планете
В России два Новых года – обычный и Старый. У евреев еще и Рош а-Шана. По крайней мере у израильтян и верующих евреев диаспоры, которые отмечают еврейские праздники. Ну а у русских в целом – всех национальностей, русских евреев в частности – вообще все, что угодно. Поскольку многие отмечают Новый год еще и по восточному календарю – тут как раз на дворе смена козы на огненную обезьяну (автор напоминает, что составляющие данную книгу тексты писались несколько лет подряд и календарные животные, а также их цвет с тех пор сменились, так что Белую Металлическую Крысу меняет Белый Металлический Бык). Правда, у самих восточных людей это праздник весенний, и до него еще ждать и ждать, но для тех, кто Востоком увлекается, а праздновать хочет «здесь и сейчас», обезьяна (в этом году бык) сменит на ее посту козу (крысу) в новогоднюю ночь. Бедные, бедные китайцы, вьетнамцы, корейцы и все прочие японцы… Пытаться понять «длинноносых западных варваров» – голову сломать можно. Чудят, однако! Но с чем не смиришься ради притока туристов. Благо для кого Восток – экзотика, а кому он дом родной. Чем бы турист ни тешился…
В России скоро Новый год. С оливье, водкой, шампанским, бужениной и – кому повезло – с осетриной и икрой. А также с Крымом, который никак не может разобраться со своим на всю голову шебутным начальством, непривычным к российской показательной дисциплине и по привычке пытающимся правительство в Москве «отжать». И с «Иронией судьбы» Эльдара Рязанова, которого больше нет, – остались только его фильмы. И на Украине Новый год. С тем же набором, но без Крыма и Донбасса. И без Рязанова, хотя с Зеленским и прочими начальниками. Там ныне тяжелый взрыв национальных чувств, отчего фильмы из советского прошлого нынешнее украинское начальство ставить в свой демократический эфир не велит. Хотя возьми его за ворот, встряхни хорошенько, по всем украинским углам не то что «Союз нерушимый» – «Интернационал» запоют. Проходили. Дорога известна, накатана. Только идти по ней не хочется. Что пока Украину в ее оставшихся границах и сохраняет – до поры. Очень уж ее начальство и ее националисты достали. Так хочется по ним полоснуть…
В Германии Новый год. А также Рождество. Только какое-то оно очень невеселое. С кем из друзей ни поговоришь, все твердят об одном: беженцы. Первое такое Рождество Европы – с миллионом двумястами тысячами африканского и ближневосточного народу, который не для того в Европу ехал, чтобы ее традициям следовать и становиться европейцами. Заставить их быть ими нельзя. Сами они быть европейцами не хотят – да и зачем им этого хотеть? Было уже в Европе это – давно только. Пришли варвары, и сгинул Рим. Много их было. А когда кого-то больше, так и чья, спрашивается, должна быть масть? Хотели демократии и прав человека? Хотели. И кто сказал, что права человека – непременно права белого человека? Так что нате вам этих беженцев. А также купивших на турецком рынке сирийские паспорта уголовников, наркоторговцев и террористов, замаскированных под беженцев. С Рождеством, европейцы! И с Новым годом, если он вас еще радует. На что не очень похоже – хотя со стороны глядеть на это безобразие, непонятно, кто хуже. То ли новички. То ли старожилы этого Фатерланда…
Понятно, что не палестинская девочка, которую фрау Меркель довела до слез, решив на ней продемонстрировать истинно комсомольскую принципиальность, проблема Германии, а сама «канцлерина», которая по выполняемым ею функциям – канцлер Четвертого рейха, а по тому, как она их выполняет, – главная головная боль своей
