уехал в Германию, где прошёл обучение в Кенигсбергской спецшколе «Abwehr». В звании зондерфюрера был прикомандирован к разведывательному отделу штаба 291-й пд. К концу мая 1941 г. вся дивизия сосредоточилась вокруг Мемеля и севернее его. Для охраны штаба армии была выделена 11-я рота 504-го пп. По мнению немецкого командования, на Кретингском направлении основным силам 291-й пд противостояли советские 42-я и 67-я стрелковые дивизии, 6-я танковая бригада и, возможно, еще одна стрелковая дивизия. 11 июня командир дивизии отдал приказ о подготовке наступления 291-й пд через границу. С 19 июня части дивизии начали выдвижение в исходные для наступления районы. Передвижение разрешалось только ночью, после наступления сумерек. В районах, которые могли просматриваться противником, соблюдались меры маскировки. Подготовленный командиром дивизии приказ нанаступление вступал в силу 21 июня в полночь. В ночь с 20 на 21 июня выходили на позиции тылы полков, примерно половина артиллерии, 859-й охранный батальон, 291-й противотанковый дивизион (без 1-й и 2-й рот). В ночь с 21 на 22 июня на исходные позиции выходили передовые части усиленных полков, и все остальные части дивизии. Все передвижения должны были быть законче ны к 2 ч 30 м. Открытие огня до пересечения границы в час «X» было запрещено. При открытии огня со стороны противника дивизия оставляла за собой право открыть ответный оборонительный огонь только при ярко выраженной атаке противника, по приказу офицера, рангом не менее командира роты. Переход границы начинался только с разрешения командира дивизии. 21 июня, на основании решения ОКХ, в период 14–17 ч ожидалась передача либо пароля «Düsseldoif» (Дюссельдорф) — это означало, что наступление назначено на следующий день, время указывалось бы дополнительно (предположительно между 0 ч и 3 ч 30 м), либо пароля «Altenbuig» (Альтенбург) — это означало, что атака отложена. Она могла быть отложена как на несколько часов, так и на несколько дней. Это указывалось отдельно.[111]
Промежуточной целью первого дня был — Дарбеняй и его район, с выходом дивизии на линию Астейкай — Дарбенай — Бутинга. На быстрый успех командование дивизии не рассчитывало. Если дивизия в бою с сильно превосходящими силами противника в направлении намеченной цели, Лиепаи, сначала прорваться не смогла бы, то она должна была связать противника постоянными атаками… Командование армии подчеркивало, что хотя и есть надежда на достижение дивизией Лиепаи, однако не желательно, чтобы из-за слишком смелой атаки появилась опасность больших потерь или мощного ответного удара. Дивизия должна была проводить свое наступление, сковывая неприятеля снова и снова, таким образом, чтобы исключить опасность контрудара, особенно с востока.[112] Основные усилия дивизия сосредотачивала на левом (западном), фланге и в центре. На восточном правом фланге предусматривался захват и удержание Кретинги, прикрытие дивизии от возможных неприятностей на фланге. Слева, направо (с запада на восток) полки были развернуты в следующем порядке: 506-й (с 403-м самокатным батальоном), 504-й (с 6-м бронепоездом) и 505-й. Стык на юге с X–VI АК прикрывал 859-й охранный батальон. В резерве оставались 10-й пулеметно-артиллерийский батальон, морской штурмовой отряд и батальон 504-го пп. Железнодорожная батарея предназначалась для действий по морским целям. В середине дня 21 июня было получено кодовое слово «Düsseldorf», это означало, что нападение должно было начаться 22 июня в 4 ч 5 м.[113] Против ВВС КБФ действовало авиакомандование «Ostsee» (штаб в Проверене) входившее в состав 1-го воздушного флоталюфтваффе. В его составе находились:
— 806-я береговая бомбардировочная группа в составе: штаба в Проверене, 1-й эскадрильи (12 единиц Ju.88A), 2-й эскадрильи (12 единиц Ju.88A) и 3-й эскадрильи (12 единиц Ju.88A) в Проверене, в начале операции авиагруппе подчинялось одно звено из 1-й эскадрильи 506-й авиагруппы (Ju.88F),
— 125-я морская разведывательная группа, в составе: штаба в Пиллау и 1-й (12 единиц Не.60) в Кампе, 2-й (12 единиц Не.60) в Пиллау, 3-й эскадрилий (12 единиц Ar.196) в Проверене.
ПВО военно-морских баз кригсмарине на центральной Балтике[114] было следующим.
Таблица 4
ВМБ
Количество орудий
Прожекторы
20-мм
37-мм
40-мм
75-мм
88-мм
105-мм
Мемель
24
13
15
Пиллау
48
9
28
12*
18
Данциг
24
4
8
20
9
Хела
8
4**
4
4
Готенхафен
40
5
36
16
* 8 из них использовались в т. ч. и для береговой обороны.
** Одновременно в качестве защиты прохода в заграждении.
Для своевременного обнаружения подлета самолетов была развернута система ВНОС. Звукоулавливающие приборы ЕМ. III были установлены для ПВО Свинемюнде в Арконе, для ПВО Готенхафен в Риксхёфте и для ПВО Пиллау в Брюстерорте. Предназначенный для ПВО Мемель прибор ЕМ. III в Шварцорте должен был быть готовым к работе к 1 июля. Авиакомандование «Ostsee» все время должно было поддерживать связь с Командующим крейсерами. Морское групповое командование «Nord» имело в качестве офицера связи при 1-м воздушном флоте фрегаттен-капитана Кинитца. Установление связи с финским командованием без разрешения командующего люфтваффе было запрещено. При подготовке к Восточной кампании перед командованием 806-й авиагруппы стояла задача решить техническую проблему, заключающуюся в оснащении бомбардировщиков для одновременной подвески двух 1000 кг бомб. Кроме этого, три Ju.88 планировалось заменить на три самолета с оборудованием для аэрофотосъемки (Ju.88F). Уровень подготовки иоснащенности позволял использовать 125-ю авиагруппу только при безупречной погоде (никаких полетов в темную ночь, или слепых полетов). Из-за недостаточного оборонительного вооружения и скорости гидросамолетов не рекомендовано было вести разведку в районах с вражеским истребительным противодействием.
Своего противника в воздухе командование авиагруппы оценивало следующим образом. «В области проведения разведки и будущих боев противник имеет численное превосходство в воздухе. Большая угроза со стороны истребителей существует в районе Либавы и Ленинграда, а также на входе в Финский залив (Ревель и Аренсбург), всего около 100 истребителей. Подразделения морской авиации базируются по-эскадрильно в Либаве, Ханко, Выборге и на Эзеле. Опасность для нашей авиаразведки, если она будет проводиться силами гидросамолетов, они не представляют, так как русские гидросамолеты обладают слишком малой скоростью. Поэтому стоит ждать, что русские кроме гидросамолетов будут для морской разведки применять также и 2-моторные сухопутные самолеты (например, более непригодные в роли бомбардировщиков СБ-2
