Вопрос, похоже, удивил проводника.
— Я думал о Несторе, — ответил он.
Эревису понадобилась пара мгновений, чтобы припомнить это имя. Ах да, Нестор был здоровенным наемником — как оказалось, слаадом, — с которым Магадон вышел из Звездного Покрова.
— Хотел бы я знать, как слаад убил его, — продолжил проводник. — И главное — когда? Как долго я путешествовал не с другом, а с той вылезшей из ада тварью? — Он вздохнул. — Джак чуть не погиб, потому что я не заметил, когда это случилось. Смерть Нестора не сильно расстраивает меня, не понимаю почему. Все это теперь кажется таким далеким.
Кейл чувствовал то же самое. Сейчас все, что случилось на Ториле, казалось полузабытым прошлым.
— Это не твоя вина, — сказал он. И понял, что сам не уверен, что только что имел в виду под этими словами.
Магадон посмотрел в глаза Кейлу, на кожу убийцы и спросил:
— Разве?
Эревис по голосу друга понял, что тот испытывает чувство вины, и догадался о его причине.
— Да. Ты не мог знать о Несторе или… обо всем остальном.
Проводник кивнул. Кейл увидел, как с плеч друга словно свалился тяжкий груз. Похоже, только сейчас Магадон заметил, что убийца держал в руке.
— Это книга из храма? — спросил он.
— Да. — Эревис осторожно провел пальцами по коже обложки.
— Ты правда собираешься это читать?
— Я не знаю, — ответил Кейл, не поднимая взгляда.
Какое-то время они сидели молча. Убийца уже собрался было с силами, чтобы открыть книгу, как Магадон заговорил вновь:
— По поводу случившегося. Я про дракона.
— Спрашивай. — Эревису не нужно было умение читать мысли, чтобы почувствовать внутреннюю борьбу в душе собеседника. Положив книгу рядом с собой на землю, он взглянул на друга. — Почему ты не говоришь то, что хочешь сказать, Магадон?
Проводник не стал возражать, лишь смущенно улыбнулся.
— Проклятие, Эревис, ты и впрямь прямолинеен, — сказал он. — Думаю, я должен отплатить тебе тем же.
Кейл промолчал.
Магадон сделал глубокий вздох и сказал:
— Храм, дракон, цвет твоей кожи, глаза… — Он замолчал на мгновение, обхватив себя руками, словно собирался нырнуть в ледяное озеро, и затем продолжил: — Ты больше не человеческое существо.
Эревис резко выпрямился и почувствовал, что краснеет. Жесткие слова протеста просились на язык, но он сдержал их. В голосе друга не слышалось осуждения, лишь… симпатия?
Он с изумлением уставился на проводника, ожидая продолжения. Взгляд его янтарных глаз, должно быть, заставлял Магадона чувствовать себя не в своей тарелке, потому что проводник посмотрел в темноту.
— Я ни в чем тебя не виню, Эревис.
— Я знаю.
— Это хорошо. — Проводник кинул несколько веточек в костер. — Я говорю так, потому что это нас объединяет. — Он поднял взгляд на убийцу. — Я ведь тоже не человек.
Кейл не смог скрыть удивление в голосе.
— Что?! — воскликнул он, пожалуй слишком громко. Эревис оглянулся на Джака с Ривеном. Хафлинг заворочался во сне, но ни он, ни убийца не проснулись. — Ты шутишь? — продолжил он уже тише.
— Откуда у меня, по-твоему, такие глаза? — с улыбкой поинтересовался Магадон.
По правде говоря, Кейл даже не задумывался особенно на эту тему.
— Думаю, я считал, что это как-то связано с твоими ментальными способностями. Или, быть может, с какой-нибудь случайностью при рождении.
— Случайностью при рождении? — Проводник на мгновение задумался, и Кейл увидел, как горькие складки появились в уголках губ. Магадон говорил, не переставая подкидывать в огонь новые ветки. Искры взметались в воздух, освещая ночь. — Нет, мое рождение не было случайностью. — Он вновь посмотрел на убийцу. — Я затронутый Уровнями. Ты слышал такой термин?
Ошеломленный, Кейл все же смог кивнуть. Название было ему известно.
Затронутыми Уровнями называли тех людей, в чьих родословных попадались предки из других измерений. Если таким предком было небесное существо, людей называли «аазимарами», словом, языковых корней и происхождения которого Кейл так и не смог ни определить, ни понять. Тех, в чьих жилах текла кровь демонов или дьяволов, называли «тифлингами» или «фейри». Оба слова были эльфийскими. Если одним из прародителей оказывался повелитель элементалей, то «дженаси», словом из древнекалишитского, что в переводе означало «потомок джинна».
— Мало кто знает правду обо мне, — продолжил Магадон. — Всего несколько предосторожностей, и я могу сойти за нормального мужчину, только с необычными глазами. За нормального… человека.
Кейл даже не пытался что-либо сказать.
— Ты хочешь знать, почему я тебе это рассказываю, не так ли? — спросил проводник.
— Ты читаешь мои мысли, проводник? — Убийца прищурился.
— Лишь твое лицо, — усмехнулся Магадон. — И прежде чем я отвечу, ты пообещаешь дослушать до конца. Пообещаешь? Это важно.
— Обещаю, — откликнулся заинтригованный Кейл.
— Есть разные виды затронутых Уровнями, — начал проводник.
Убийца кивнул.
— Знаю. И к какому из них принадлежишь ты?
— Я покажу…
Магадон поднялся и, обойдя костер, уселся рядом с другом. Сняв широкополую шляпу, он убрал со лба пряди длинных черных волос.
— Вот там, — сказал проводник. — Видишь?
Кейл придвинулся ближе. В волосах надо лбом виднелись два закрученных рога.
— Ты тифлинг, — мягко промолвил он.
Проводник кивнул, позволив волосам вновь упасть на лицо, и водрузил шляпу на место. Поднявшись с земли, он пересел на ближайшее к Эревису бревно.
— Да, но…
Когда проводник посмотрел Кейлу в глаза, убийца увидел в лице друга неприкрытую боль.
— Это даже хуже, чем просто тифлинг, — продолжил Магадон.
Проводник почти до плеча закатал левый рукав. И убийца увидел на бицепсе татуировку. Нет, родимое пятно, какое ему никогда не приходилось встречать. Оно было в форме багровой руки с угольно-черными когтями, окутанной то ли туманом, то ли языками пламени. Длинные бледные шрамы покрывали отметину. Старые шрамы.
Магадон вглядывался в лицо друга, ожидая реакции, и, казалось, с облегчением понял, что Кейл не выглядел потрясенным.
— Ты не узнаешь этот символ? — спросил он.
— Нет, — ответил убийца, хотя отметина каким-то образом внушала ему беспокойство, ощущение похожее на то, что возникало, когда Ривен использовал черное наречие. — Но это…
— Тревожит, — закончил Магадон и опустил рукав. — Было бы хуже, если бы ты знал, чей это символ. — Он уставился на огонь и заговорил тихим голосом: — Не назову здесь имя того существа. Но скажу, что это темное, могущественное и дьявольское создание. Воплощение зла. Не божество, но… почти.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
