Читаем без скачивания Как люди открывали свою землю - Анатолий Томилин

Однако, покидая владения воинственного царя, он оставил при дворе Чандрагупты, в древней столице Паталипутре, своего посла-резидента по имени Мегасфен. Много лет прожил Мегасфен при дворе Маурьев. Он составил первое описание Индии, которое и по сей день необыкновенно интересно.

Когда будете на поезде проезжать Урал, постарайтесь не спать. На одном из перегонов мелькнет за окном полосатый столб с надписями: «Европа — Азия». Он и означает, что здесь пересекли вы невидимую границу между двумя частями света. А почему именно здесь? Можно привести много причин. Собрав их вместе, ученые-географы договорились провести разделительную линию на едином Евразнатском континенте сначала по Уральским горам, потом по рекам Эмбе и Манычу, протекающим по территории Советского Союза. Потом по Черному, Средиземному и Красному морям до Индийского океана. С одной стороны разделительной линии написали «Европа», с другой — «Азия».

Представляете, как интересно жить ребятам на берегах пограничных рек: разбежался, нырнул с европейского берега, а вынырнул уже в Азии!..

В древности обитатели полуострова Индостан называли свою страну Синдху. А их соседи-персы, которым трудно было произносить букву «с» в начале слова, переделали название в Хинду. От персов это название перешло к грекам, которые потеряли еще одну букву. И стала наконец называться далекая страна Индией, по имени самой большой ее западной реки — Инд.

Индийцы же называли и называют свою родину либо Джамбудвипа, что означает «континент дерева Джамбу», либо Бхаратаварша — «страна сыновей Бхараты», по имени одного из легендарных героев. Но как и большинство народов мира мы называем ее Индией, — наверное, в силу многолетней привычки.

Индия хорошо защищена от остальной части Азии величайшим в мире хребтом, даже не хребтом, а целой горной страной — Гималаями.

Теплый климат и густая сеть рек делали страну богатой и плодородной. За пустыней, отделяющей бассейн Инда от другой великой реки — Ганга, скрывалась настоящая житница Индии, которая кормила все население. Здесь берега были покрыты непроходимыми джунглями. Бродили тигры. А многочисленные стада слонов, которых оберегали для своей охоты местные цари, переходили с места на место и везде находили для себя обильный корм. Удивительным было плодородие индийской почвы. Казалось, воткни в землю палку — к вечеру она покроется зелеными листьями, а на следующее утро зацветет. Трудолюбивые земледельцы снимали по два урожая в год со своих полей.

Уже в те далекие времена Индия была страной передовой науки и культуры. Сегодня мы знаем, например, что знаменитая теорема Пифагора была известна индийцам задолго до рождения греческого математика, давшего ей свое имя. В Индии родились цифры, которые мы называем арабскими, здесь же появилась удобная десятичная система счисления.

Великие древнеиндийские ученые Арья-бхата и Варахамихира учили, что Земля — шар. И даже высказывали предположение, что она вращается вокруг своей оси, отчего происходит смена дня и ночи.

В Древней Индии жили замечательные философы, лучшие врачи, прекрасные химики и фармацевты… Короче говоря, страна вполне могла считаться одной из самых культурных областей азиатской ойкумены.

Некоторые историки пишут о том, что индийцы были неважными мореходами. Но еще до начала нашей эры они открыли для себя полуостров Малакку, острова Суматру и Яву, заселили Цейлон, проникли в Индокитай. В истории не осталось имен тех, кто первым освоил «муссонный путь» в Переднюю Азию через Аравийское море. Но индийские товары были хорошо известны в Древней Вавилонии и в самой Греции.

В начале нашей эры жил в египетском городе Александрии купец по имени Гиппал. Очень хотелось ему разбогатеть. Познакомился он с другими торговцами, привозившими товары из далеких стран, и задумал дерзкое путешествие в Индию через открытое море. Сколько его ни отговаривали, сколько ни пугали, Гиппал твердил свое: поплыву да поплыву!

Накупил он товаров. Погрузил на верблюдов. Отправился сначала через пески к Красному морю. А там договорился с кормщиком, нанял его корабль. Загрузил и вышел в море.

С жалостью глядели ему вслед купцы-соотечественники. Все знали, как опасно плавание вдоль берегов Аравийского полуострова и в прибрежных водах Юго-Западной Азии. Города, расположенные в этих местах, задерживали корабли иноземных купцов и требовали больших пошлин. Кроме того, вдоль берегов рыскали пираты. А уходить далеко в океан никто не решался. Ведь у моряков в те времена не было еще ни компасов, ни корабельных часов. Они не знали почти никаких навигационных приборов и не имели подробных карт. На что же надеялся Гиппал? Однако, миновав Баб-эль-Мандебский пролив и выйдя из Аденского залива, купец приказал править прямо в открытый океан…

Оказывается, от кого-то из кормщиков узнал он про устойчивый юго-западный ветер — муссон, который все лето дует в восточном направлении с океана на материк. Узнал, что зимой этот ветер меняет свое направление на противоположное. Арабы так уверенно говорили о благодатном ветре, что решил Гиппал доверить ему и имущество свое и свою жизнь.

И ветер не подвел купца. Наполнив паруса, перенес он груженый корабль через океан прямехонько к берегам Индии. Там, счастливо избежав мелей и опасных проливов, распродал Гиппал свои товары, накупил на вырученные деньги пряностей и душистого желто-розового сандалового дерева, купил мускуса и шафрана, шелка и муслина, драгоценных камней и жемчуга.

Дождавшись зимы, он с помощью того же муссона, только дующего теперь в обратном направлении, благополучно вернулся домой богатым человеком.

С той поры многие купцы стали следовать примеру Гиппала — плавать в Индию через открытый океан.

Похождения Сулеймана — купца из Басры

Почтенный Сулейман — да продлит аллах его дни, как говорилось в те времена, — был довольно зажиточным купцом в городе Басре. А сама Басра, расположенная у высохшего теперь рукава неподалеку от места, где сливаются реки Тигр и Евфрат, была тогда большим и богатым городом, — можно сказать, центром международных торговых путей. Чего только не было на ее рынках. Отсюда вывозили медь, финики и лошадей; привозили строевой лес и пряности, рис, кофе и синюю краску — индиго. Популярность старой Басры была так велика, что даже Персидский залив в те годы называли Басорским морем.

Набрав товара за деньги и в долг, купец Сулейман нанял судно и поплыл из Персидского залива сначала в Аравийское море. Здесь его спутникам пришлось день и ночь звонить в большой колокол, чтобы отпугнуть огромную рыбу, способную проглотить корабль. Только миновав опасные воды, путешественник пристал к Лаккадивским, а потом Мальдивским островам, что идут от берегов Индии к экватору. Дальше его путь лежал через Индийский океан в страну тысяч и тысяч островов Зондского архипелага. Здесь Сулейман насмотрелся столько диковинок, что не знал, верить ли своим глазам. На некоторых островах главную роль в жизни и в делах играли женщины. А мужчины находились у них в подчинении. Такое положение не могло не возмутить правоверного мусульманина.

Затем возле острова Цейлон он увидел одетых в белое ловцов жемчуга, бесстрашно ныряющих в кишащую акулами воду. Не иначе, как они знали заклинания против хищных рыб…

На острове же Суматра великое множество золотых рудников, но он населен людоедами. Впрочем, здесь слушатели не без основания полагали, что почтенный купец, мягко говоря, привирает, чтобы остудить пыл охотников за благородным металлом…

У жителей Никобарских островов путешественник обменял имевшееся у него на борту железо на кокосовые орехи, вино и бананы и повернул к северу. Он побывал на полуострове Малакка и бросал якорь в устье Меконга — большой реки на юге полуострова Индокитай.

Много интересного рассказал почтенный купец, возвратившись в родной город. Неизвестный мудрец записал его рассказы, похожие на путешествия знаменитого Синдбада-морехода из сказок «Тысячи и одной ночи». Получилась книга, которая долгие годы была любимым чтением арабских читателей. А когда известный арабский географ Абу Сеид Гассан дополнил ее еще и научными сведениями, книга Сулеймана стала просто бесценной. Ее переписывали и читали во всем средневековом мире.

Путешествие монаха Плано дель Карпини в страну монголов

Следом за арабами стали пробираться в азиатские земли и европейские путешественники. Особенно интересны первые путешествия, которые совсем не по доброй воле совершили монахи, а вернее, шпионы в рясах, посланные на Восток с различными поручениями своих господ.

Однажды поздно ночью весной 1245 года к низкой калитке в стене лионского собора Сен-Жермен папские солдаты привели шестидесятитрехлетнего монаха-францисканца Джованни Плано дель Карпини. Потирая одна о другую озябшие босые ноги, францисканец терпеливо ждал. И зачем только его орден дал обет не носить обуви! Но вот загремели засовы, вышли ключники и пригласили его войти.