вопросительно уставилась на него.
Он подошел к ней, придвинул как можно ближе стоящий рядом стул и уселся на него, закинув ногу на ногу.
– Гражданка Вишнар… – поморщился он, – или можно просто, как вас кличут в криминальном мире, Вишня?
– Теплицкий, как хочешь!
– Вишня, у тебя в сумке были обнаружены две штуки баксов. Откуда такие деньги?
– Без адвоката ничего не скажу, – не опускала она глаз.
– Адвокат, не адвокат… Ты ведь понимаешь, что ты под статью попадаешь?
– Восемьдесят восьмую статью отменили в июле, так что не попадаю.
– А статью за скупку наркотиков – нет!
– Каких наркотиков? – похолодело у нее внутри.
– Кокаин, героин, травка. Выбирай. Я могу обнаружить у тебя все что угодно.
– Адвокат, – сохраняя спокойствие, ответила она.
– Вишня, даже с адвокатом, ты можешь сесть, а можешь выйти отсюда. Все зависит от меня.
– Что ты хочешь?
Теплицкий посмотрел на нее жадным взглядом и хотел было дотронуться до ее ноги, но она отодвинулась в сторону.
– Трахнуться – это цена вопроса? – удивленно посмотрела на него Росана. – Ей-богу, была о тебе лучшего мнения. Ты же знаешь, я этим не промышляю.
– Да нет, у меня другое предложение. Ты с определенным контингентом за одним столом сидишь почти каждый день, слышишь много чего полезного для следственных органов.
Она усмехнулась, поняв, о чем идет речь:
– Неужели ты думаешь, воры в законе и прочие подобные личности такие идиоты, что за рюмкой водки в ресторане сливают певице свои планы? Я не сплю с ними, Теплицкий. Тряси проституток при гостиницах. Тебе они нужны.
– Значит, не хочешь сотрудничать.
– Не хочу, – не показывая страха, отказалась она.
– Посиди здесь, подумай, пока я за бланками для допроса схожу. – Он поднялся и вышел из кабинета.
Росана вскочила со стула и принялась обыскивать рабочий стол следователя. Ничего особенного: ручки, карандаши, стирательная резинка, линейка, папки с делами, телефон… Безнадежно подергав за ручки закрытые шкафчики, она кинулась к железному серому комоду, стоящему в углу.
Скинув пачку недельных газет на пол, она все-таки нашла то, что искала, – толстенный телефонный справочник. Открыв его на букве «Ш», она спустилась к фамилии Штерн. В списке их оказалось всего пять… и один-единственный Евгений Александрович. Повторив номер три раза, она быстро захлопнула справочник, подняла газеты и вернула на прежнее место. Затем рванула к телефону, стоящему на столе, и дрожащими пальцами принялась набирать номер…
Когда Теплицкий вернулся обратно в кабинет с бланками в руках, Росана стояла к нему спиной и смотрела в окно.
– Ну что, давай оформляться.
– Без адвоката слова не скажу, – повернулась она к нему.
– Ишь ты как заговорила.
Она провела пальцами по губам, изображая застегивающийся замок.
– Хочешь еще поторчать в камере с бомжами и проститутками? Заметь, к утру их станет еще больше. А к тому моменту, когда тебе предоставят бесплатного адвоката, думаю, пройдет двое суток, не меньше…
– В камеру меня веди обратно. Больше слова не скажу, – сказала она с железным лицом.
– Прошу, – открыл он перед ней дверь, посмеиваясь. – Может, посидишь подольше – и мозги включатся. Дойдет до тебя наконец, что следствию помогать надо, исполнять свой гражданский долг.
Немец приехал в отделение не один, а с адвокатом Чердымовым, до которого он сначала долго не мог дозвониться, и в итоге заявился к нему домой и чуть ли не выломал входную дверь.
– Что с твоим телефоном? – влетел Женька в его квартиру.
– Да выключил на ночь. Звонят из дежурки, вызывают по бесплатным делам. Выспаться решил, – стоял Антон Сергеевич перед ним в теплой пижаме и шерстяных носках.
– Адвокат, на сборы тебе пять минут. Едем, знакомую одну вытащить надо.
– Она что, кого-то убила по ошибке? Что за срочность?!
– Типун тебе на язык. Кажется, на валюте взяли.
– Сколько раз говорил тебе: не водись с валютными проститутками, – пробурчал адвокат.
– Да не проститутка она. Певица местная. Вишнар Росана, может, слышал. Пьянзин из «Фортуны» рассчитался за выступления валютой.
– Тьфу ты, дура! – вздохнул Чердымов и пошел переодеваться.
Росана, увидев входящего в отделение Штерна, подбежала к решетке:
– Женя! Ты приехал!
– С адвокатом, – кивнул ей он. – Лучшего не найти.
Чердымов переговорил с дежурным и затем, махнув Женьке рукой, чтобы тот присоединился, отправился в кабинет Теплицкого.
Через минут пятнадцать Теплицкий собственноручно открыл камеру и выпустил из нее Росану.
– Надеюсь, гражданка Вишнар, произошедшее послужит вам уроком. Вещи свои у дежурного заберете, – криво улыбнулся он ей.
На улице Росана достала из своей сумки сигарету и закурила.
– Как твоему адвокату удалось так быстро договориться? – поинтересовалась она, проведя носком сапога по снегу.
– Теплицкий твой жадный. За бабки что угодно сделает. Хотя и удерживать тебя официально ведь тоже не мог…
– Вы ему заплатили?
– Дал ему пятьсот долларов. Радуйся, что твои не забрал!
– Я отдам! – полезла она в сумочку за деньгами.
– Росана, – остановил он ее. – Мне ничего от тебя не нужно.
– Не возьмешь? – опустила она руки.
– Нет, – покачал он головой.
– Вот черт, Ритка же там осталась, – стукнула она себя рукой по лбу. Женя, скажи адвокату, пусть он ее вытащит оттуда? Я оплачу.
– Эта рыжая, что ли?
– Да-да. Рыжая, кудрявая, в курточке короткой золотистой…
– Подожди тут пока, я посмотрю, что можно сделать.
Женька подошел к своему внедорожнику, в котором сидел Чердымов, и, открыв дверь, быстро объяснил ему ситуацию. Чердымов со словами: «О чем вы раньше думали?» вышел из машины и пошел обратно в отделение.
– Замерзла? – заботливо поинтересовался Штерн.
– Нет. Шуба греет, – улыбнулась она. – Я так рада, что ты приехал и помог. За меня и за Ритку спасибо…
– Да не за что, – зарделся он. Слова Росаны ему были более чем приятны, а еще он поймал себя на том, что ему нравилось находиться рядом с ней.
Через двадцать минут Чердымов вышел под руку с Риточкой из отделения.
– Твой Теплицкий обогатился еще на двести долларов, – обратился он к Женьке. – Он, понимаешь ли, дом за городом себе строит.
– Двести, так двести. Рассчитаемся, – согласно кивнул тот адвокату.
– Я все верну, – пискнула Ритка.
– Не надо ничего возвращать. Вон Росану благодари. Она за тебя попросила, – отмахнулся он.
– Вишня, я тебя обожаю, – повалила она ее в сугроб.
– Слезь с меня, ненормальная, – рассмеялась Росана. – Еще заболеть не хватало.
Ритка кое-как поднялась и подала ей руку.
– Господи, что несколько часов, проведенных в обезьяннике, делают с людьми, – буркнул Чердымов, садясь в машину.
– Ну вы, девки, даете! – усмехнулся Женька. – В тачку прыгайте, по домам вас развезу.
В это время Теплицкий стоял у окна в своем кабинете с
