— Он слабеет, Сидни... я-то чувствую! — мстительно вскричала она.
— Пока еще недостаточно, — отозвался Нилрем. — Врата — наша единственная надежда.
Роулингс попытался войти в транс, но тут же злобно открыл глаза.
— Вот подлец! Мало того, что ударил сзади, — так теперь мое волшебство портит!
— Ты не на своем ярусе, Роулингс. Этот потруднее будет. Отступись. Мы...
Внезапно разверзлись хляби небесные. Прямо внутри комнаты! Взревела буря, дождь зашумел, во мраке молнии взблистали — то были глаза Роулингса, который что есть мочи взвыл:
— Ни за что!
Но за это время Тигроголовый успел полностью растаять, и на его месте в воздухе осталась лишь вертикальная лужа... нет,самаянастоящая дыра: черная, овальная, окаймленная кольцом тусклых огоньков.
— Скорее, Врата не могут долго стоять открытыми! —вскрикнул Кистер.
— Маман! Бегите с нами! — попытался Нилрем перекричать гром, одновременно хватая Кистера за лацканы пиджака и тащаего к дыре.
— О мои бедные красивые древности! Он все испортит! — завопила миссис Беннетт, коршуном налетев на Игромейстера-Изгнанника. — Ступай, Сидни, и наведи порядок на своем ярусе! — Она засучила рукава. — У себя я разберусь сама!
Очередная молния выхватила из мрака две детали: татуировку — свернувшийся кольцом крылатый змей и ярко-пунцовые слова «Папочкина дочка» вокруг — на мускулистом предплечье маман и черты Колина Роулингса, искаженные гримасой нескрываемого ужаса.
— В путь! — возгласил Нилрем и впихнул Кистера в дыру-Врата. Стороннему наблюдателю показалось бы, что молодой человек утонул в стоящем плашмя черном омуте, — для полной иллюзии не хватало только кругов на воде.
— Удачи, матушка! — вскричал Нилрем. — И большое спасибо!
С этими словами Маг-Игромейстер ринулся во Врата, надеясь обрести за ними Темный Круг.
Глава 3
Процесс пробуждения Яна Фартинга легче всего представить в виде триптиха. Левая часть: трепыхание конечностей, сопение носов, шелест крыльев.
Правая часть: игра отблесков света на темной стене. Несколько некрупных существ. И одно громадное. Громкая, ни на что не похожая музыка, отражаясь от сводов пещеры, дробится на множество отголосков. Запах прокисшей пищи.
Центральная часть: интенсивная головная боль.
— А-а-ай! — простонал Ян Фартинг, не в силах с собой совладать. — О-о-ох! — И его рука машинально дернулась к виску, словно для того, чтобы водворить на место удирающий мозг.
— Ш-ш-ш-т-с-с! А то еще следующим станете! — произнес у него под ухом чей-то высокий голосок. — Будете шуметь, она вас обязательно выберет!
Ян встряхнул головой, пытаясь сфокусировать взгляд на окружающей действительности.
Его рука нащупала предел этого темного нового мира: железный прут, второй железный прут, третий... тюрьма?
— Где... где я? — спросил Ян так тихо, как только мог — скорее сам себя, чем заговорившего с ним неведомого соседа.
— Вы, добрый человек, в глубокой заднице, — бодро объявил звонкий голосок. — Но и я, увы, в том же месте. Как и все мы.
Привыкнув к сумраку, Ян различил прямо перед собой чеканное, какое-то не совсем людское лицо: брови-запятые, длинный нос, заостренные уши.
— Вы эльф? — обалдело спросил Ян.
— Да, мой добрый сэр, я эльф, эльф благородного рода, ибудь весь мой ум при мне, ни за что бы я не оказался в упомянутом мною месте. Увы, Великая Перемена лишила меня всякого соображения и рассуждения, и я неосмотрительно угодил в когтистые лапы этой твари! — И эльф скорбно приложил ладонь ко лбу в жесте, коим сей гордый народ заменяет горестное стенание. — Ну а вы чем будете оправдываться?
— Мы в... мы в клетке! — воскликнул Ян, озираясь по сторонам. — А это кто такие?
— Наши товарищи по заточению, мой друг.
— А кто нас заточил? Я помню, как кто-то навалился на меня, ударил... Медведица! — Ян полез было в карман за оружием; не нашел его; вспомнил происшедшее. — Вот именно, медведица, и очень странная на вид!
Эльф многозначительно кивнул:
— Ведьмедица, если быть точным. — Его изящный тонкий палец указал за прутья клетки: — Зри, вон обиталище этой бессовестной грязнули!
Прищурившись, Ян принялся рассматривать кое-как освещенный угол берлоги, ибо место, где он находился, безусловно, являлось таковой. На вытертом диване, порыкивая и похрапывая, дремала огромная медведица. Определенно медведица, ибо на ней была юбка.
На стене у ее изголовья висело нечто, явно преисполненное волшебства: ящик, в котором, беспрестанно сменяя друг друга, мерцали движущиеся картинки. Мало того, из ящика доносились писк, голоса и музыка.
Перед этим чудом лежали на полу, подпирая головы лапами, три маленьких существа. Неподвижные, как статуи, — только длинные ослиные уши иногда подергивались — они зачарованно глазели на картинки и слушали звуки.
— Что это? — шепотом спросил Ян.
— Она это называет «телик». А то, что в нем сейчас шевелится, — это МТВ.
— Ем ты и вы?
— Нет. Магическое Тело-Видение. Течет по кабелю.
Все эти загадочные термины были Яну совершенно неизвестны.
— А кто эти... ну, эти... зверюшки... на полу?
— Крысщенки... малолетние дегенераты из рода гномов.
— Но... но за что она нас заточила? Почему она нас похитила? Эльф печально покачал головой:
— Скоро сами узнаете. Да, кстати, мое имя Л'Ферсиль. Я из...
Внезапно существа, которых эльф назвал крысщенками, оживились. Вскочив с пола, они принялись скакать и извиваться, указывая на ящик.
— О-хо-хо, — проговорил эльф. — Любимый видеоклип.
— «Ви-део», — пробормотал Ян, припоминая уроки латыни. — «Вижу Бога»?
Эльф, обернувшись, посмотрел на Яна как на сумасшедшего.
— Отнюдь.
Один из крысщенков подбежал к дивану и принялся дергать Ведьмедицу за лапы. Храп прекратился; длинные, обильно сдобренные тушью ресницы разлепились.
— Род! — пропищал крысщенок. — Ро-од!
И с Ведьмедицей немедленно произошла разительная перемена. Косматое страшилище неуклюже, но резво вскочило с мягкого дивана и встало на дыбы, с благоговением уставившись тусклыми глазками в колдовской ящик.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
