Small rain lays great dust
Небольшой дождь густую пыль прибивает
Народная мудрость
Густые кроны деревьев даже в полдень не пропускали ни единого лучика солнца, а сейчас мне казалось, что оно еще даже не взошло.
— Зачем вставать в такую рань, — спросила я у Кланки.
Но тот не удостоил меня ответом. Вместо этого протянул разогретые на костре остатки вчерашнего ужина. Наспех перекусив, мы отправились в путь. И сколько я не пыталась, так и не получила разъяснений, куда мы так торопимся.
Сначала я даже не поняла что не так, но что-то вокруг определенно изменилось. Стало темнее, лес окутали легкие сумерки, а уже ставшая привычной моему глазу листва, замерцала сильнее. Но до вечера еще далеко, не могла же я так уйти в себя, что совсем потерялась во времени. Нет, здесь что-то другое. Я принюхалась, пахло морем, точнее не морем, а водой. Море пахло солью и йодом, а я сейчас ощущала запах свежести. Он, казалось, окутывал меня. И этот шум. Словно расстроенный приемник, но в несколько раз громче. Доносился он сверху, я подняла голову, пытаясь понять, в чем дело. И тут мне на лоб шлепнулась первая капля.
Так вот это что, догадалась я. Это дождь. Он начался с легкой мороси и постепенно усиливался, так что шорох капель был сначала едва уловимым, и я обратила на него внимание только сейчас. Крона же деревьев была настолько густой, что не пропускала не только солнечный свет, но и падавшие с неба капли воды. До земли они доберутся еще не скоро. Когда вода просочиться через верхние слои листвы, скатиться с одного листка на другой, преодолевая все новые и новые преграды, дождь там, наверху, может уже и вовсе прекратиться.
Кланки явно был не рад подобному изменению в погоде. Он хмурился, часто поглядывал наверх и все ускорял шаг. Вскоре, мне приходилось почти бежать, что бы не упустить его из виду.
— Может, немного сбавишь шаг, — задыхаясь, попросила я.
— Нужно пройти как можно дольше, пока мы не начали мокнуть, — проворчал он.
— Впереди нас ждет какое-нибудь укрытие? — С надеждой спросила я.
— Нет, — коротко и ясно.
— Зачем же тогда спешить?
Вместо ответа он только хмуро посмотрел вверх. Оттуда все чаще начинали падать капли. И вскоре нам пришлось остановиться. Оказывается, Кланки очень не любил дождь. И это еще было мягко сказано. Когда ему на голову начали часто падать капли, он выглядел прям как кот после купания. Стал таким же несчастным и беззащитным. И мне даже показалось, что уши прижал плотно к голове.
— Ты что боишься воды? — С изумлением спросила я.
— Нет, — как-то растерянно сказал он, — просто не люблю.
Мы остановились и, так как из защитных средств у нас был только плащ Кланки, пришлось немного потесниться. Мы сидели между корнями одного из деревьев, тесно прижавшись и раскинув над головами плащ. Теперь понятно, почему у него такой длинный и широкий подол. Полезная штука во время дождя.
Кланки скучал, а я с восторгом наблюдала за падающими каплями. Это на открытом пространстве дождь «моросит» или «льет как из ведра», здесь же все было по-другому. Вода неспешно срывалась с листьев и неслась, набирая скорость к земле. Иногда она собиралась в лужицы в особо крупных листах и, переполнив их, крохотными водопадами проливалась вниз.
— Какая красота, — прошептала я.
В наше царство сумрачное царство каким-то чудом сумел пробраться солнечный лучик. Он был тоненьким, и в обычное время я бы его даже не заметила, но сейчас… Он пронизывал насквозь медленно стекающие капли, отражался от одних, преломлялся в других и снова отражался. Благодаря этому всему пространство вокруг было наполнено множество раз отраженным ярким солнечным светом. Казалось, даже воздух вокруг искриться и сияет, словно драгоценные камни.
И это все из-за одного единственного лучика, что же будет, если их станет больше? Мое любопытство было тут же вознаграждено. С разных сторон полыхнули, словно молнии, солнечные лучи. Они пронизывали все вокруг, натыкались друг на друга, разлетались в разные стороны и снова встречались. Этот безудержный хоровод света был очаровательно прекрасен. Только Кланки вот что-то не радовался как я, он сидел, насупившись, словно мокрый кот, а ко лбу у него прилипли несколько мокрых прядей волос, что довершало сходство.
К радости эльфа дождь закончился быстро, так и не разразившись до полноценного ливня, и мы продолжили путь. С деревьев то тут, то там еще долго продолжали срываться капли. И периодически какая-нибудь из них попадала несчастному эльфу то за шиворот, то на лоб. От этого он становился еще более хмурым, а меня это только забавляло. Даже у сильных мира сего, оказывается, есть слабости.
* * *
Klein, aber fein
Мал, да удал
Народная мудрость
Через пару часов непрерывной гонки не понятно с чем путь нам преградила очередная речушка. Кланки отправился пополнять запасы воды, а я уселась на землю просто там, где стояла. Нужно было пользоваться каждой секундой остановки для отдыха.
Внезапно из кустов выскочила разноцветная стайка моих вчерашних знакомых. Они неслись прямо на меня, громко пищали и то и дело натыкались друг на друга. Я с любопытством смотрела на этот марафон. В последний момент они заложили вираж, обогнули меня, без сил сидящую на траве, и помчались дальше, продолжая вопить. Вскоре их голоса затихли, растворившись в общем шуме леса.
Странные какие, подумалось мне. Напугать они меня хотели что ли. Или сами чего-то испугались.
— Кланки-и-и… — Жалобно позвала я.
И тут с той стороны чащи, откуда только что выскочили желтоглазики, раздался громкий треск, словно ломались ветки у кого-то под ногами. Вскоре я услышала и шаги этого кого-то, гулко отдающиеся от земли, на которой я в данный момент сидела. Да, не зря малютки улепетывали со всех ног. Я вот уже тоже готова бежать, куда глаза глядят.
Листья раздвинула огромная лапа, заросшая белой длинной шерстью и увенчанная толстыми черными когтями. Расступившиеся ветки открыли замечательный обзор. Мне на громадное существо, покрытое слежавшейся шерстью, с пастью полной острых клыков, торчащих во все стороны, и злющими, налитыми кровью глазами. А ему, соответственно, на бедную девушку, хрупкую и беззащитную, собирающуюся стать оному чудищу завтраком.
Не дождетесь! Я задала такого стрекоча, что позавидовал бы любой спринтер. И куда только делись усталость, головокружение и боль в ногах. Я неслась не обращая внимания ни на больно хлеставшие ветки, ни на встающие на пути пни и коряги, перепрыгивая кочки и узкие ручейки. Я уносилась все дальше и дальше, а мне все казалось, что чудище дышит мне в затылок. Когда всплеск адреналина был израсходован и резерв моих физических способностей подошел к концу, я, тяжело дыша, остановилась. Всматриваясь в густую листву, я ждала, что вот-вот появится мой преследователь, или я услышу его тяжелые шаги, но ничего не происходило. А в ушах у меня раздавались только гулкие удары собственного сердца. Лицо пылало, то ли от прилива крови, то ли израненное жесткими ветками. Голова кружилась, и я уже даже не понимала с какой стороны только что прибежала. Интересно выдержу ли я еще одну такую перебежку? Хочется верить что да. Ведь я осталась совершенно одна, а вокруг гуляет куча чудищ. Нужно залезть на дерево, пришла мне в голову замечательная идея. Но осмотрев широкий ствол, я поняла, что для меня это невыполнимо. Ветки начинались на расстоянии нескольких метров от земли, и даже подпрыгнув, я не смогу за них зацепиться.
