за его машиной, мол, все меняется. Ох, не любила Оксана этих перемен, по опыту знала, если отменяют задание, то следующее будет и сложнее и грязнее.
Оксане Емельяновой было на данный момент двадцать три года, но выглядела она лет на двадцать пять-двадцать шесть. Высокий рост и впечатляющие формы прибавляли ей лет, а вот мышление у нее было как раз на ее родные двадцать три. Она была далеко не глупа, а то, что нарушила инструкцию и подошла к Егору в аэропорту в присутствии его жены, так то не от глупости, а от обыкновенной женской ревности. Егор ей понравился, вот и захотелось посмотреть, что из себя представляет его жена.
Конечно, сейчас Оксана понимала, что из-за ее ревнивого любопытства погибнет ни в чем не повинная женщина, но кому теперь легко? Саму Оксану уже давно никто не жалел. С тех пор, как умирающая от цирроза печени мама, протянула руку, погладила пятнадцатилетнюю дочь по щеке и сказала.
— Горемычная ты моя. Заклюет тебя жизнь, когда меня не станет. Не живи с отцом, уходи, а то погубит он тебя.
И все, так и умерла, уронив сползшую по щеке дочери руку. Отца Оксана и так не любила. За то, что сам пил по-страшному и мать в конце концов споил до смерти. Поэтому наказ мамин выполнила с удовольствием и уехала сразу после похорон к ее двоюродной сестре. Та была гораздо старше и жила одна в покосившемся домике в деревне со странным названием Любовники. Причем к любовникам, как таковым, название никакого отношения не имело.
Прожила она у тетки полтора года, ровно до того времени, как поняла, что ее оформившаяся фигура привлекает внимание окружающих мужчин. Не только деревенских пьяниц, которые готовы лапать корову за вымя, только бы было белое, да мягкое, но и приезжих дачников. Вот один такой, гостивший на чьей-то даче, и забрал ее с собой в город, благо, она прибавила себе два года, чтобы он не испугался, что она еще несовершеннолетняя.
Сейчас Оксана даже себе не смогла бы ответить, осталась бы она жить с Виктором, если бы узнала сразу, что он обыкновенный бандит или нет? До Вити она бандитов только по телевизору видела, но те были наглые, тупые, с бычьими шеями. Витя был не такой. Он любил Оксану, она это чувствовала. Подарки ей дарил, не дорогие, но трогательные. Не обижал никогда, в общем, не показывал свою бандитскую сущность.
Когда же пришли его приятели и сказали, что Витьку зарезали на какой-то разборке и завтра будут похороны, она всю ночь проплакала, под утро связала между собой кое-какие события, недомолвки Витькины, отлучки в срочном порядке и поняла, кто он был на самом деле. Ей бы бежать подальше, когда разобралась во всем, но уж больно захотелось с Витей проститься, в последний путь его проводить. Дура! Обязанной себя посчитала за доброту и подарки трогательные. Вот и получилось, что как бы Витя передал ее по цепочке прямо возле своей разверзнутой могилы. Именно там положил на нее глаз Витькин шеф и увез прямо с кладбища к себе на квартиру. И пошли они чередой, эти малые и большие «шишки» криминального мира.
Оксана, когда поняла, в какую воронку ее засасывает, решила хотя бы с пользой бандитские деньги тратить. Один хахаль, который был менее тупой, чем другие, согласился оплатить ей репетитора по английскому языку. Его развлекало, когда во время любовных игр, Оксана вворачивала какую-нибудь фразу на английском. Другой, у которого была фирма для отмывания денег, взял ее к себе секретаршей, где она научилась делопроизводству. Худо-бедно, но профессию она освоила, вот только образования никакого не было, кроме среднего. Но у Оксаны была мечта — накопить денег и убежать куда-нибудь подальше, где она смогла бы начать новую жизнь и в этой самой новой жизни получить какое-нибудь образование.
Ее невеселые мысли оборвал голос Красавчика.
— Черт, куда это он свернул? Дебил, что ли? Не понимает, что у нас какая-то «копейка» задрипанная? Я же на этих кочках мост оставлю. Придурок!
Оксана решила немного осадить Красавчика и вкрадчиво сказала.
— Ты бы поостерегся, родной, при мне о шефе гадости говорить.
Красавчик недоуменно взглянул на нее и недобро оскалился.
— Ты что же это, шалава, угрожать мне вздумала?!
— А ты не забывай, что я с шефом постель делю. Язык-то прикуси!
Оксану несло и она сама это понимала, но так хотелось, чтобы с ней хоть в чем-то считались.
— А могилу с бабой того Егора Ларина разделить не хочешь? — злобно спросил Красавчик. — Ты меня лучше не зли, это я прокалываюсь иногда, когда на заказ работаю, но если для души кого замочить решу, то прокола не будет.
Оксана отвела глаза и обругала себя последними словами. Что взъелась? Не иначе, как жить надоело.
Машина шефа, тем временем, переваливаясь на кочках проселочной дороги, въехала на единственную улицу маленькой деревеньки и остановилась возле небольшого, потемневшего от непогоды и времени, деревянного дома. Шеф, не выходя из машины, махнул рукой, чтобы Оксана открыла перекошенные дощатые ворота.
Девушка неохотно вышла, распахнула обе створки и, дождавшись, когда машины, одна за другой, въедут во двор, снова закрыла ворота. Шеф вышел из своей красавицы иномарки и кивком головы позвал их за собой. Оксана знала, когда дела принимали серьезный оборот, ее любовник становился немногословен.
В избе было прохладно. На дворе хоть и стоял конец мая, но подтопить бы не мешало. Видно, что тут давно никто не жил. Зачем они сюда приехали? Оксана непроизвольно поежилась и подумала, а вдруг в этот раз все будет по другому и вместо того, чтобы события становились все более ужасными, шеф жену Егора убивать передумает? С одной стороны это хорошо, а вот с другой…
Оксана не успела закончить насквозь эгоистичную мысль, потому что шеф подошел к занавеске, отгораживающей какой-то закуток и отдернул ее. Сердце Оксаны замерло — на старой продавленной кровати лежал Егор. Руки и ноги его были связаны, рот залеплен пластырем, а сам он был без сознания.
ГЛАВА 4
Мне снились родители. Они стояли обнявшись в ореоле яркого белого света и с тревогой смотрели на меня. Я помахала им рукой и хотела крикнуть, что у меня все хорошо, но губы шевелились впустую и я не смогла издать ни одного звука.
Проснувшись, я долго таращилась на стену, пытаясь вспомнить, у кого из наших знакомых в квартире такие дорогие и красивые обои. Повернув
