слишком скудного бюджета подрабатывала там же уборщицей. Работа ей нравилась, хоть и была трудной и неприятной. Зато платили, и пока дочь училась, Мусечкина зарплата и Леночкина стипендия позволяла им еле-еле оставаться на плаву. Жили скудно, даже бедно – экономили, высчитывали каждую копейку, копили, выгадывали… Но никогда не жаловались. Да и на что жаловаться-то? Крыша есть, еда, слава богу, тоже. К тому же Леночка уже со второго курса начала репетиторствовать и писать курсовые работы на заказ. Она допоздна засиживалась со своими тетрадками, гробила глаза, осанку и свою молодость. Мать понимала, как ей трудно, жалела и оберегала от бытовых хлопот.
Леночка отучилась, не блистая, но и не проваливаясь откровенно, получила диплом и очень удачно устроилась корректором в республиканском издательстве.
К тому времени бабушка была уже физически измождена и психологически истощена общением со внуком и бесконечными готовками. Поэтому Леночка вскоре приняла волевое решение отправить сына в детский сад для привития навыков общения с коллективом и повышения сознательности.
В детском саду Ленечка впервые столкнулся с несправедливостью. Для начала на завтрак подали сбитую комками ненавистную кашу, и Ленечка виртуозным плевком отправил ее в глаз заведующей Нины Федоровны, за что был наказан и провел остаток времени, отведенного на завтрак, в холодном сортире, рядом с дыркой в полу вместо унитаза, в которой плавали чьи-то какашки.
Попытки влиться в коллектив закончились так же бесславно, как и начались. Ленечка отказывался спать во время тихого часа, отказывался пить тошнотворно-сладкий компот, отказывался ходить в строю, петь хором и слушаться старших и потому немало времени проводил в холодном вонючем туалете. Ко всем бедам он оказался еще и заядлым спорщиком. Однажды на глазах у всех он съел бумагу для рисования, закусив карандашом. Сделал это исключительно в знак протеста и на спор (после чего последовало долгое и мучительное промывание желудка, вызов красной от стыда Леночки к директору, выговор и общественное порицание). После этого случая Мусечка сняла зубы и шиньоны, смыла красную помаду, залезла в постель и сообщила торжественно:
– Я слегла.
Что это означало, было не очень понятно, потому что Мусечка отродясь ничем не болела. Но в подтверждение своей немощи она сообщила:
– Мне плохо.
Леночка, как приличная дочь, конечно, засуетилась вокруг матери, но та не могла точно указать причину недомогания и место болезни в своем организме. Она просто сказала:
– Я не могу смотреть, как ребенок мучается. Лучше мне умереть прямо здесь.
Леночка поняла, что из-за этого дурацкого детского сада она рискует остаться сиротой с ребенком на руках, поэтому уже на следующий день вопрос с воспитанием социальных навыков был закрыт. Ленечка с Мусечкой снова были счастливы.
Вместе со школой появилась необходимость заняться физическим развитием. Согласно бабушкиному диагнозу к спорту он был неприспособлен категорически, тем более что часто подхватывал простуды и разные болячки – от ветрянки до скарлатины. Но мать оставалась тверда как камень: ребенку нужно физическое развитие.
– Куда! – взмолилась Мусечка. – У ребенка сопли и обширный панкреатит!
– Мама, не мели ерунды, – строго ответила Леночка. – Панкреатит бывает только в поджелудочной железе, а сопли бывают у всех, – заметила она убедительно.
После долгих препирательств решили отправить Ленечку в кружок плавания. Отбор был простой – тренер Валерий Кириллович зычным голосом орал:
– Раздеваемся до трусов, прыгаем в воду и плывем!
Ленечка послушно разделся, прыгнул в воду и пошел ко дну. На счастье, бабушка быстро обнаружила пропажу, подняла вой, и Ленечка был спасен – правда, со спортивным будущим пришлось распрощаться. Но это и к лучшему, потому что обширный панкреатит и спасительные сопли подарили освобождение от уроков физкультуры. Правда, он честно посещал их, сидя в спортзале, набитом «козлами», «конями» и прочим инвентарем, скучая и поглядывая по сторонам в поисках развлечения. Так как вокруг ничего особо интересного не наблюдалось, Ленечка задумчиво разглядывал девочек, скачущих через «коней», и размышлял, что у них находится под одеждой. Некоторые обещали стать вполне симпатичными в будущем, кое-где у них даже намечались округлые формы.
Однажды он совершил ошибку. Никто из класса не мог выполнить сложное упражнение на отжимание, а Ленечка тогда был отчаянно влюблен в девочку Зину, задумчивую и томную. Совершенно забыв про свои диагнозы, он зачем-то встал со своего места и отжался от пола целых пять раз, не понимая, откуда у него взялись на это силы. Девочка Зина была покорена, но с физруком начались проблемы. Он вызвал Леночку в школу и устроил скандал:
– Вы врали, что ребенок болен, а он здоров, как ленивая свинья!
Леночка мужественно вынесла сравнение сына с ленивой свиньей, но с тех пор об освобождении от физкультуры можно было забыть. Жизнь его проходила под жестким женским контролем. Бегать и играть с детьми считалось вредным и опасным. Ходить в гости к соседям было негигиенично. По той же причине было нежелательно приглашать других детей – мало ли какую заразу можно от них принести. Да и вообще, о чем с ними, с бескультурными, было говорить интеллигентному тихому мальчику?
В походы Ленечка не ходил, потому что у него были слабые почки. В лагерь не ездил из-за гастрита. У него вечно случалась то гнойная ангина, то острое пищевое отравление. Он постоянно подхватывал какую-нибудь инфекцию. Бактерии буквально одолевали его несчастный организм, вирусы не давали ему прохода, а кишечные палочки вместе с глистами так и норовили в нем навечно поселиться. При любой попытке Леночки наладить спортивно-общественную жизнь сына Мусечка водружалась на старую бабкину постель и начинала громко стонать:
– Мне плохо. Кажется, я умираю. Может быть, у меня колики в мочевом пузыре?
