смотрелся на его жилистой, но изящной шее. Раздражение и даже обида укололи меня, и кожа вновь натянулась на пальцах, выделяя костяшки белыми пятнами, а из легких мужчины вырвался растерянный выдох, я умела пользоваться своими игрушками. Он почти заскулил от несильных, но ощутимых разрядов, проникающих под кожу, и я с садистским удовлетворением ощутила, как жар страсти растекается по венам, волной проходя от макушки до кончиков пальцев.
Я честно думала о том, как он поднимет на меня свой взор с примесью смятения. Как он великодушно склонит голову передо мной, в попытке отработать свое “благодарю, госпожа”. От одной только этой сладкой мысли об уступках со стороны красавца нелианца я на миг блаженно прикрыла глаза, чувствуя, как кровь быстрее разносится по венам.
– Встань! – громко сказала я, немного ослабляя цепи. – Живее, ну же! Не заставляй меня снова запускать систему ошейника. Тебе это не понравится.
– Иди в бездну, – устало прошипел пленник.
– Зубы покажи, – я подняла его подбородок и заглянула в глаза.
На что пленник только мотнул головой. Глаза хищника сузились, и он хотел цапнуть меня за пальцы, но очередной удар импульсом заставил его притихнуть. На миг все же задержала руку на кнопке, прежде чем пустить разряд большей мощности, чем до этого. Он должен понять, кто из нас двоих тут устанавливает правила игры.
– Ничего так, – повторила я, – но вот характер явно подкачал. Тебя долго придется дрессировать, для того, чтобы ты стал послушным мальчиком.
– Пошла ты! – клацнул он зубами.
Его яростный взгляд и резкие слова отлично показывали мне, что он видит перед собой только живое съедобное недоразумение. Словно это не я тут решаю, что его ждет дальше. Нет, в его понимании я была бессловесной тварью вроде нетрекийского полосатого шуршуна, и это меня раздражало до единственной печенки. Я рывком подняла его, насколько позволяла цепь, и заставила опираться только на колени. Теперь мы были практически одного роста. Инстинкты завопили, но пленник их опередил. Его рука сжала цепь, которую я удерживала, и дернула ее так, что я рухнула перед ним на колени. Он ухватился руками за ошейник и старался оттянуть его как можно дальше. Подозревал, что эти импульсы могли убить даже такого, как он.
– Зови меня “госпожа”, – я пустила еще один импульс, чуть сильнее прошлого
– Да, будь моей госпожой… – тем же наигранно равнодушным тоном повторил раб.
Я ухмыльнулась и сдернула с него штаны, просто разорвала их со всей силы. Пленник выгнулся, ощущая мои пальцы у себя на коже, тяжело выдохнул и отвернулся, пряча лицо в сгибе руки. Меня это несколько обескуражило: так быстро возбудился? Ему нравится эта игра со мной? Он даже в таком уязвимом положении чувствует себя победителем?
Перекинув одну петлю цепи, я связала его запястья у него над головой, прицепляя их к импульсной панели, расположенной у него за спиной. У моей спонтанной покупки было красивое тело, признаюсь, теперь, после восстановительного откорма хищника, я смогла это по достоинству оценить. Его грудь ходила ходуном от тяжелого и прерывистого дыхания, мышцы на животе сокращались, выделяя кубики пресса. Я чувствовала все большее влечение к нему, непреодолимое и невыносимое. Он вызывал животное желание наброситься и попробовать на вкус, залюбить до полусмерти, заставить стонать и признать своей госпожой. И, похоже, именно этого он от меня и ждал.
Я запустила пальцы в жесткие рыжие пряди его длинных волос. Пленник вскрикнул, выгнулся мне навстречу, мышцы на его руках вздулись красивыми буграми, так сильно он напряг руки, скованные самым прочным металлом в нашем квадрате. Я забылась, перекинула собственные ноги, усаживаясь сверху на него. Устраиваясь поудобнее, я почувствовала отклик, как нам обоим не терпится. Каюта наполнилась приглушенными стонами. Я энергично двигала бедрами и испытывала дикое удовлетворение от того, что он извивается подо мной, не имея возможности контролировать процесс. Мне хотелось увидеть его лицо, узнать, какое у него бывает настоящее выражение, не прикрытое стальным намордником или наигранной гримасой.
Раб вцепился пальцами в цепи, удерживающие его на месте. Его красиво очерченные упругие губы выглядели очень привлекательными. Я подалась чуть ближе к нему, наклонилась и впилась в них жадным поцелуем. Пленник хотел было дернуться, но все же принял правила игры и с жадностью ответил на поцелуй. Я хорошенько его завела, с наслаждением вслушиваясь в каждый его сдержанный крик и порочный вздох. Его живое лицо мне нравилось: в глазах почти не было того прежнего спокойного, практически равнодушного выражения. Лишь томление и желание, дикое и необузданное.
Я двинулась еще пару раз, чувствуя, что наш общий пик удовольствия почти достигнут. Парень подо мной вскинулся, заерзал и пытался начать резче двигаться, но я не позволила ему этой вольности. Прижала ноги к полу, навалившись всем своим весом, и еще какое-то время двигаясь по инерции, пока не выдохнула с протяжным стоном и не рухнула на его грудь. Мое сердце в этот момент билось как сумасшедшее. Я отодвинулась от своей покупки, с удовольствием проследив за тем, как обмякло тренированное тело у стены. Выдохнула, спиной наклонилась и тихо прошептала:
– Ты мой, Айри.
Опомнившись, я широко распахнула глаза, чтобы снова увидеть только серый потолок с точечными светильниками и глубже осознать, что все привидевшееся в обманчивых грезах нужно забыть навсегда.
Малиса права, я не могу оставить Айри себе, удерживать парня в плену против его воли. Не получится поиграть с ним наяву, как во сне. Ни один рабский ошейник долго не удержит под контролем того, кто способен разрушить силовое поле своей энергетической волной. Израненным и заморенным голодом нелианцем еще можно было, и то с немалым риском, попытаться управлять, но сытый и полный сил он разобьет любую импульсную преграду. А мучить его, издеваться над ним, я бы никогда не решилась. Айри не враг мне, никому из нас этот парень не сделал ничего плохого. А если хотел вырваться из “клетки” и растерзать, это его право как свободной личности. Мы не должны держать его в плену.
Дремер тоже верно сказал, нелианец представляет собой смертельную опасность для всех нас, как собравшихся вместе, так и для каждого по отдельности. Нельзя верить рыжему хищнику. Он может лгать мне обо всем, даже о потере памяти. А его приглашения не что иное, как попытки заманить в ловушку. Если я соблазнюсь и выпущу его, решив принять в команду, он перегрызет мне горло и захватит корабль. Вполне реалистичный и логичный сценарий.
Глава 10. Тени прошлого
