— Потому, Кристина, потому, — весело улыбнулся Крейг и подмигнул.
А ей вдруг стало совсем не до веселья и тайн.
Голова закружилась, сознание раздвоилось: одна она, пошатнувшись, обмякла в объятиях Крейга. Вторая она, пятилетняя испуганная девочка, сидела в душной, пахнущей чабрецом темноте.
Она дрожит в душной, пахнущей чабрецом темноте.
Шевелится, поднимаясь, задвижка. Дверь шкафа для трав распахивается, неяркий свет, проникающий из коридора, ослепляет.
Показывается светловолосый мужчина с голубыми глазами, ледяное равнодушие в которых сменяет торжество. Она солнечно улыбается — он хмурится. Окидывает ее испытующим взглядом… и внезапно прижимает палец к губам.
Она кивает и снова одаряет его улыбкой.
В этот раз он ее возвращает — бледные губы на миг обнажают матовые клыки…
Пятнадцать лет назад ее спас не колдун.
— Так это был ты? — Крис вырвалась из поддерживающих рук Крейга. — Это ты не выдал меня вампирам! Не колдун, как я думала все эти годы!
Она шипела на него разъяренной кошкой.
Крейг бросил тревожный взгляд в сторону охранников, стоящих у распахнутых парадных дверей. Кажется, назревает маленькая семейная ссора… Ну что ж, он готов. Правда, незачем посвящать в нее посторонних.
И Крейг, потянул Кристину за собой в сад.
Девушка не сопротивлялась, покорно семенила за ним, повторяя как заклинание, одну фразу:
— Это был ты! Это был ты!
Мощенная черной плиткой дорожка увела их в густую тень, отбрасываемую старыми яблонями.
Они удалились на достаточное расстояние от любопытных ушей, и Крейг наконец ответил:
— Да, это был я.
— Почему ты предал ради меня своих людей? Почему?! — воскликнула недоуменно Кристина и угрожающе добавила: — И только попробуй ответить 'потому' — я тебя ударю, а потом достану пистолет и…
— Какая кровожадная девочка, — перебил ее с усмешкой вампир и нежно провел по щеке.
Словно теплый ветерок коснулся ее прохладной кожи…
— Прекращай свои вампирский штучки! — возмутилась Крис и оттолкнула ласкающую руку. — Я требую ответа.
— И ты его получишь, — Крейг — воплощение невозмутимости, но в глазах плещится насмешливая нежность. — Я не убиваю женщин и детей. И был против, когда Феликс отдал приказ уничтожить вашу семью. Но в то время у меня не было права голоса, а Артур Сильвестров подчинялся Мастеру безоговорочно.
— Почему Феликс отдал такой страшный приказ? Мой отец ничем ему не угрожал! В то время в Союз никто не верил, смотрели, как на очередную блажь колдуна-филантропа.
Видя в ее глазах боль, он испытывал грусть и вину.
— Не знаю, Кристина. Мастер в праве ничего не объяснять рядовым вампирам. А теперь, став его правой рукой, я не могу спросить, не вызвав подозрений.
— Хорошо, один ответ засчитан, — вампиресса толкнула носком туфельки кем-то надкушенное яблоко. Проследила за траекторией его полета и исчезновением в кустах черной смородины, затем перевела взгляд на Крейга. Не отрываясь от его кристально честных глаз, поинтересовалась: — Ты спас меня из жалости пятнадцать лет назад, а теперь что двигает тобой? Ты помогаешь мне, приходишь по ночам и делаешь то, что обязан делать наставник. Почему?
Этого момента Крейг опасался больше всего. Сейчас решится судьба Кристины и участь его самого. Может лучше отложить объяснения на потом?
Ее требовательно-нетерпеливый взор сказал, что отсрочки не будет. Вампир обреченно вздохнул и решился на честность.
— Кристина, ты получила мою кровь, потому что я…
— А вот и они! Зря ты переживал, Ник. С твоей родственницей ничего не случилось, ведь она с моим лучшим боевиком.
Кристина и Крейг обернулись синхронно, однако эмоции, проявленные ими, кардинально отличались. Девушка испытывала досаду, что брат явился так не вовремя, да еще в компании какого-то импозантного мужчины в белом фраке. В шагах десяти от них ненавязчиво стояли вампиры в коже и при мечах. По виду серьезных физиономий, телохранители.
Крейг быстро справился с раздражением и приветствовал Мастера Ложи и его гостя полуулыбкой.
— Мечтал разделить тишину и звезды с прекрасной девушкой… Но вы ведь не дадите, Мастер? Еще и родственника этой девушки привели, — сыронизировал Крейг и до боли сжал руку Крис.
Вынужденная мера остудила гнев, поднявшийся из глубин ее души. Кристина смотрела на очаровательного, темноволосого древнего вампира — и видела монстра, приказавшего уничтожить ее семью. Она чувствовала, что еще мгновение — и вцепится ему когтями в наглые зеленые глаза, так внимательно ее сейчас рассматривающие…
Но Крейг был начеку. Вампир обнял ее за плечи, точно взяв в тиски. И этот нежный капкан ей не по силам.
— Девушки и тишина — невозможное сочетание, мой мальчик. Согласишься со мной, Ник?
Молодой колдун беспечно кивнул. Но Крис догадывалась, что не все так безоблачно, как кажется на первый взгляд.
От Мастера Ложи исходила волна мощи, хотелось пасть ниц и молить о прощения за недостойные мысли. Скрытая сила древнего подавляла всех, кроме, возможно, Крега, который без усилий выдерживал прямой взгляд своего повелителя.
— Что ж, мальчик мой, вижу, выбор твой хорош, — мягко произнес Стальной Феликс и вдруг оказался рядом с застывшей парочкой. Холеная рука с длинными черными когтями (поговаривали, что Мастер, страдающий паранойей, всегда находился в частичной трансформации) взяла Кристину за подбородок. — Красавица… явственно зрима благородная порода. Так какая, ты говоришь, Ник, степень вашего родства?
— Кристина — племянница мужа моей тети Александры.
— Слабое родство, — ухмыльнулся Феликс, — мог бы оставить такую красотку себе… А ты отдал вампиру. Признаться, я удивился, когда Крейг пришел ко мне за разрешением обратить ведьму. Колебался, ведь не в моих правилах нарушать Договор, — древний вампир снова ухмыльнулся и погладил окаменевшую Крис по волосам. — Но раз сама девушка и ее родственник не возражали, пришлось разрешить. Потешил старика, мой мальчик, приятно удивил, выбрав себе пару…
Стальной Феликс растаял молочным туманом.
И материализовался рядом с настороженным колдуном.
Легонько похлопав Ника по плечу, Феликс предложил:
— Прогулка при луне — удел юных и романтиков. А я не отношусь ни к одной из категорий. Поэтому предлагаю оставить ученицу тет-а-тет с ее наставником.
Крис неверяще наблюдала, как удаляются Феликс и ее брат. Она не замечала, что ее бьет крупная нервная дрожь. Стальной Феликс, распорядившийся жизнью и смертью ее родителей, беспрепятственно уходил. А она ничего не сделала, чтобы его наказать…
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
