Сюр отмахнулся от навязчивых мыслей и включил селекторную связь по кораблю:
– Внимание всем постам и командам! В секторе боевых действий нашего корабля могут находиться не выявленные разведкой силы противника. Командам сенсоров тщательно исследовать пространство. Команде разведки выслать зонд в сторону противника, Зонд должен выйти на известный нам рубеж, недосягаемый для выявленных ранее средств поражения. Докладывать о малейшем изменении обстановки… – и от себя добавил: – С богом, господа…
Через две минуты корветы по приказу лидера устремились вглубь обороны противника. Сюр внимательно и с напряжением следил за космическим пространством в своем секторе ответственности. Следом медленно двигался минный тральщик. Лазерные установки молчали. Но стоило зонду преодолеть невидимый рубеж, как его тут же уничтожили импульсы вспышек хорошо скрытых от сенсоров корвета лазерных установок. Тут же ответным огнем его корвета установки были уничтожены.
Сюр очень хотел уйти вперед и выяснить, что же прячут эти хитрые корпоранты, но также очень этого боялся. Неожиданно подступивший страх погибнуть по нелепой неосторожности сжал сердце, подступил к горлу, и он мешал проявлению инициативы. Сюр положился на вечный авось и на уверенность Оверграйта. Он не отдал команду выдвинуться дальше, чем предписывало наставление по прикрытию кораблей.
Команды корветов работали слаженно. Двигаясь впереди тральщика, ощупывали каждый участок пространства, выявляли и уничтожали датчики обнаружения и ретрансляторы.
Слева от корвета Сюра двигались мелкой россыпью зеленых звездочек другие корветы. А за ними, возвышаясь большой тушей кашалота, следовал минный тральщик. Он методично уничтожал мины, расчищая проход для основных сил.
Для Сюра было странным, что противник не предпринимал активных действий. По логике вещей он должен был противодействовать корветам и минным тральщикам, но этого не происходило. Сюр подумал: «Неужели штаб на флагмане этого не понимает? Там должны быть аналитики и тактики на порядок выше по уровню подготовки, чем я». Затем пришло знание от Оверграйта. Эти спецы все понимают, но говорят лишь то, что хочет услышать адмирал Ловбайд. Все знали, что этот Ловбайд тесть президента и мнения, отличного от своего, не принимает. Он методично гнобит всех, кто осмелится его высказать и усомнится в полководческом таланте адмирала. А имея такую поддержку в лице президента, можно плевать на мнение профессионалов. Адмирал был из высшей касты и окружил себя теми, кто лил мед ему в уши… Оверграйт это хорошо понимал и против системы не шел никогда. Хотя и он, как почувствовал Сюр, испытывал острое чувство опасности. Но отклониться от плана адмирала не смел.
А их эскадра тем временем очищала космос и неумолимо приближалась к рубежу атаки ракетных крейсеров.
Медленно, тягуче текло время. Напряжение спадало, а обстановка не менялась. И казалось, что противоборствующая сторона смирилась с неизбежным. Еще немного – и они выйдут на переговоры. А что им еще оставалось делать? С началом сражения они становились мятежниками. А удел мятежников был печален. Президент действовал жестко и показательно, повесив большинство владельцев корпорации на глазах всего мира, он показал, что бывает с теми, кто нарушает установленные правила взаимоотношений государства и бизнеса. Как говорится, богу – богово, кесарю – кесарево сечение, если он замахнется на большее.
Сюр под давлением железобетонного спокойствия Оверграйта почти успокоился и мысленно обругал себя за излишнюю мнительность. Прошли еще четыре часа неспешной тщательной работы. Эскадра очищала пространство от мин. Крейсера следовали за тральщиками.
Корвет под командованием Сюра уничтожил сотню датчиков слежения и четыре лазерные установки. В какой-то момент в голове Сюра что-то щелкнуло.
Он стал раздваиваться. То видел себя со стороны, то пребывал в теле капитана, и все мрачнее становилось его настроение, и нехорошие предчувствия тяжким грузом вновь стали давить на плечи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Вей капитан, – пришел доклад от командира команды боевых сенсоров. – В районах квадратов Z-5, Z-6 и семь наблюдаю странную аномалию. Анализ данных показал, что там может скрываться группировка сил противника. В этих квадратах замечена флюктуация полей подавления.
В тот момент, когда он находился не в теле, а как бы завис над капитаном, тот отдал приказ:
– Изменить маршрут движения! Направление квадрат Z-5. Маневр «Кентавр». Максимальное ускорение!..
Затем события понеслись вскачь с быстротой, неподвластной для разумной оценки обстановки и принятия правильного решения.
Вот Сюр снова в теле капитана и понимает замысел Оверграйта. Капитан все же решился проверить его догадки и направил корвет вглубь обороны противника на один миллион километров. Его корвет, покинув боевой строй, вырвался вперед и по крутой дуге помчался к платформе. Тут же офицер связи напрямую передал запрос с лидера капитану:
– Полста первый, что за маневр вы совершили?.. Почему покинули строй?..
Но ответить Сюр уже не успевал. Он покинул тело и пораженный увиденным замер. Замер и капитан Оверграйт.
На экране тактического монитора внезапно из ниоткуда возникла россыпь мелких кораблей класса малый атакующий корабль. Они сгрудились тесной кучкой, словно рой пчел. По их неподвижности было понятно, что они тут давно и что это беспилотники. А перед ними были выставлены стационарные поглощающие экраны, скрывающие корабли от сенсоров дальнего обнаружения.
Мгновенно Сюр понял задумку противника заманить тральщики вглубь, чтобы атаковать массой беспилотных устаревших истребителей и штурмовиков.
– Срочное сообщение лидеру! – закричал капитан. – В квадрате Z-5 скопление беспилотных летательных средств класса штурмовик. Их несколько сотен только в этой части… Код «Омега»! Код «Омега»!.. – Код «Омега» означал быстрый отход всех сил.
На глазах Сюра рой ожил, и в их сторону устремились сотни маленьких юрких кораблей. Капитан не успевал закончить свое сообщение. В теле был уже Сюр, и он отдавал приказы экипажу…
– Уход по вертикали вниз! Ускорение три… Маневр «Отражение-1».
Сюр успел скомандовать и замер от открывшейся ему огромной по своему масштабу эпической картины. Тактический экран на стене расцвел тысячами красных звезд. Вместе с беспилотными малыми кораблями, перегоняя их в сторону тральщиков, устремились сотни противокорабельных ракет.
Корпоранты смогли удивить видавших виды космофлотцев из Новой Церсеи. Они замаскировали самонаводящиеся ракеты за роем штурмовиков, и лишь самовольное выдвижение вперед корвета полста один вскрыло засаду. Если бы тральщики вышли на рубеж уверенного поражения ракетами, они не имели бы шанса спастись. Понесли бы существенные потери и крейсера. А так под ударами ракет и беспилотных аппаратов стали гибнуть корветы. Зеленые искорки гасли одна за одной. Сюр понимал, что его маневр бесполезен, и, сидя с налившимся от перегрузки кровью глазами, смотрел на приближающуюся волну смерти.
Корабль огрызался с обреченностью смертника, ощетинился морем огня из всех видов оружия. Двигатель на пределах своей мощности гудел и вызывал сильную вибрацию корпуса. Содрогался от выстрелов пусковых установок. Вспышки от импульсов деструкторов засвечивали экран. Часть кораблей противника прошла мимо. Восемь в виде обломков остались за кормой.
Искин подал сигнал:
– Ракетная атака слева с верхней полусферы. Тридцать секунд до поражения корабля…
– Отключить форсаж маршевого двигателя! Торможение носовыми! – слова команд сами собой вырывались из уст Сюра. Губы мгновенно пересохли.
– Ракетная атака отражена. Три штурмовика противника атакуют с нижней полусферы и справа по курсу, – это снова бездушный, равнодушный ко всему искин.
– Стоп носовые! Полный вперед!..
Мгновение – и Сюра прижало к спинке ложемента, сдавило дыхание, а затем выкинуло из тела.
Сильный удар сотряс корабль. Капитан упал головой на пульт. С трудом выпрямился. Еще удар – и корвет, как живой, громко застонал, заскрипел, стал мощно содрогаться всем корпусом. Пару раз мигнув, погас свет, и вновь кроваво-красный луч тускло осветил рубку. Два офицера были вышвырнуты со своих мест и на четвереньках ползли к боевым постам. Потух и загорелся экран тактического искина. По экрану побежали строки – сведения о повреждениях, полученных корветом. Сюр не смотрел на них. Он снова был в теле капитана.
